Чтение онлайн

В просторной чистенькой кухне их уже поджидала Наталья Васильевна. Янка поначалу почему-то почувствовала робость перед этой статной, красивой женщиной. Однако мама Макса оказалась настолько радушной и приветливой, что это чувство моментально растаяло. «Как дома», — подумала она. Её собственная мама была в точности такой же хлебосольной и всегда старалась, чтобы гости чувствовали себя уютно и были накормлены до отвала.

Чай был крепким и ароматным, пирожки — невообразимо вкусными, и Яна с удовольствием уплетала за обе щеки.

— Кушайте, Яночка, — настаивала Наталья Васильевна. — Терпеть не могу, когда люди плохо едят. На вас просто приятно посмотреть! Кстати, мне кажется, что я вас уже видела.

При этих словах матери Макс хлопнул себя полбу, глянул на часы и, пробормотав что-то вроде «Ах я растяпа», включил маленький телевизор. В углу экрана появился родной для Янки логотип телекомпании «Эхо», а сама она с микрофоном в руках что-то говорила, стоя на ступенях здания областной Думы. Кивнув в сторону телевизора, Максим с улыбкой сказал, обращаясь к Наталье Васильевне:

— Ну конечно, ты её видела. Причем не один раз.

Та переводила взгляд то на экран, то на сидящую напротив неё Яну, которая с удовольствием откусила половину очередного пирожка. Наконец Наталья Васильевна задумчиво произнесла:

— Надо же, как интересно видеть человека одновременно по телевизору и, так сказать, воочию. Просто-таки раздвоение личности, только вот не пойму чьей: моей или вашей, Яночка.

Это замечание вызвало улыбку и у Макса, и у Яны. Ей понравилось, что Наталья Васильевна не стала всплескивать руками и восклицать что-то вроде «Ах, как интересно! Ах, какая необычная профессия!»

В общем, вечер удался. Янке давно не было так хорошо и спокойно. Все проблемы ушли куда-то, казались уже не такими серьезными, как всего несколько часов назад. Уходить из этого дома совершенно не хотелось. Она прекрасно понимала, что может остаться у Максима, если только захочет. Но несмотря на самое горячее желание не расставаться сегодня с Максом, Яна все равно решила ехать домой. Слишком все было хорошо, чтобы рисковать. Она и сама точно не знала, в чем этот риск, но боялась нарушить еще неустойчивое пока равновесие, установившееся в ее отношениях с Максимом. Поэтому, с трудом запихав в себя последний кусок, она поблагодарила хозяйку и обратилась к Максиму.

— Ну, мне пора.

— Да? — с сомнением в голосе произнес он и взглянул на часы. — Ты уверена?

Наталья Васильевна, явно решив не мешать молодежи, тихонько выскользнула из кухни. Яна оценила ее тактичность, но все же решительно заявила:

— Абсолютно. Если честно, то я объелась и безумно хочу спать.

Макс нерешительно взглянул на свою гостью, словно собираясь что-то возразить или предложить, но передумал. Вздохнув, он произнес:

— Что ж, тогда я тебя отвезу. «Ну конечно, если вы больше ничего не хотите…»

— «Признаться, я и сам собирался уходить», — засмеявшись, продолжила цитату Яна. — Очень люблю мультик про Винни Пуха. Ну, поехали. Правда, не уверена, что после такого праздника желудка смогу пролезть в дверь.

— Тогда оставайся! Придется тебе, как Винни Пуху, ждать, пока похудеешь, — мгновенно отреагировал Максим.

— Не дождёшься, — не слишком вежливо ответила Яна и тут же постаралась смягчить свои слова. — В смысле, если я у вас останусь, то не похудею никогда. Скорее, наоборот, превращусь в откормленную свинку! Твоя мама слишком вкусно готовит. Можешь представить себе толстого Пятачка?

— Душераздирающее зрелище, — ужаснулся Макс. — Тогда поехали.

На обратном пути они вновь почти все время молчали. На этот раз Яна просто нс могла разговаривать — так ей хотелось спать. Вскоре она действительно задремала на несколько минут, а проснулась от вопроса Максима:

— Слушай, давай я с этим Олегом Кудасовым поговорю? Отберу у него кассету, и дело с концом.

— Даже и не вздумай. Это мои дела. И потом, нет у него никакой кассеты. Он программу с компьютера стер, в этом я не сомневаюсь. А кассету Ольга свистнула. Кудасов к нам никогда не заходит, даже на нашем этаже бывает очень редко. Поэтому на него могли обратить внимание. Нет, кассета у Ольги. Впрочем, может, и у Олега, раз они это все вместе провернули. Но все равно, надо просто забыть об этой истории. Хотя я пока не могу. Жалко программу. Понимаешь, если бы, допустим, я сама как-то нечаянно что-то с ней натворила или монтажер — это было бы обидно, но не так. А вот когда умышленно подставляют, это цепляет за живое. В общем, не могу я этого объяснить, но мне от всей истории очень-очень плохо.

Максим, искоса глянув на Янку, погладил её по щеке. Рука у него была теплая, и Яна немедленно пожалела, что не умеет мурлыкать по кошачьи. Впрочем, через секунду она готова была шипеть и царапаться, потому что Макс предложил:

— Ну давай я тогда с Ольгой встречусь.

— Нет!

— Но почему?

— Просто нет, и всё. И дальнейших разговоров на эту тему тоже нет!

Максим неопределенно качнул головой, но настаивать не стал. Довез Янку до дома, проводил до дверей квартиры, но в гости напрашивайся не стал. Прижал её к себе, и несколько минут они стояли молча. Макс не произнес ни слова, не пытался поцеловав Яну просто отпустил ее, дунул ей в ухо и, сказав «До завтра», сбежал вниз по лестнице. Домой он пока не собирался.

В час ночи Максим Нестеров сидел за стойкой бара в клубе «Щелкунчик». Специфику этого заведения определить можно было с первого взгляда, даже если не вспоминать об известном хите Бориса Моисеева. А Максу совершенно не было нужно, чтобы его принимали за убежденного гея. Любопытствующий молодой человек в поисках острых ощущений — вот за кого Максиму нужно было сойти. И в этом он вполне преуспел.

Бросив взгляд в большое зеркало, которыми изобиловал бар «Щелкунчика», Максим увидел самого себя: высокого парня с довольно длинными вьющимися каштановыми волосами, немного вытянутым лицом с нежным девичьим румянцем и серыми глазами в обрамлении пушистых темных ресниц. Эдакий изящный юноша. в облике которого было что-то такое богемное, артистическое… Правда, эта «богемность» появлялась лишь когда Максим сам этого хотел. По работе Нестерову приходилось общаться с самыми разными людьми — он разрабатывал проекты интерьеров для квартир и загородных домов для солидных бизнесменов, крутых «братков», артистического люда. Его частенько приглашали на самые разные тусовки, в том числе и такую, как сегодня. Он не слишком-то любил подобные мероприятия, но глупо было бы отказываться от возможности получить выгодный заказ — а именно на таких сборищах завязывались полезные знакомства.

Он сидел в небрежной позе, облокотившись о стойку и крутя в длинных смуглых пальцах дорогую зажигалку — подарок одного из клиентов. Точнее, жены клиента, пресыщенной и избалованной сорокапятилетней дамочки. В течение месяца она пыталась соблазнить Максима, однако безуспешно. Он прекрасно представлял, каковы могут быть последствия такой связи — заказов больше точно не получишь, да и проблем огребешь немало. Кроме того, альфонсом Макс никогда не был и становиться не собирался. А зажигалка была подарком на день рождения, отказаться было бы просто неудобно.

Перед ним стояла рюмка с текилой, которую Макс терпеть не мог. Однако нужно было соответствовать выбранной роли, раз уж полез в эту идиотскую историю. И зачем, собственно, полез? Никто его не просил. Яна вообще не в курсе, что ввязался в её дела. Да и с какой стати он взялся помогать этой взбалмошной девчонке?! Вот посидит тут ещё пять минут и уйдет к чертовой матери. Хотя, с другой стороны, за каким чертом он тогда вообще сюда приперся? Вот так, ради собственного удовольствия, взял и забрел на огонек в «Щелкунчик»? Удовольствие сомнительное, и развлечение для него, мягко говоря, несвойственное.