Чтение онлайн

Теноктрис с приглушенным вздохом облегчения опустила свое стило. Ее била дрожь, и женщина упала бы, если бы Илна не подхватила ее вовремя.

Девушка холодно взглянула на друзей, как бы говоря: «Ну вот, я так и знала…» Шарина встретилась с ней глазами и улыбнулась. Илна действительно прозревала суть событий. Если Лиэйн во время толчеи следила, чтобы Теноктрис не затоптали, то Илна видела внутреннее состояние волшебницы.

– Помоги мне, пожалуйста, – попросила Теноктрис.

Илна осторожно выпрямилась, поддерживая пожилую женщину за плечи. Гаррик хотел помочь, но девушке не требовалась помощь, и она не собиралась ее принимать.

Шарина попыталась представить себе мир, в котором все люди такие, как Илна. Очень вежливый и правильный мир.

Но и очень пугающий… Как прогулка по застывшей лаве над кипящим в глубине вулканом. Неужели эта ярость и сила навсегда поселились в душе девушки?

Поддавшись чувству, Шарина сжала маленькую сильную руку Илны. Просто дружеское прикосновение, жест подруги… Илна скупо улыбнулась в ответ, словно знала, о чем думает Шарина, и соглашалась с ней.

Теноктрис выпрямилась и перевела дух.

– Ну, теперь ты выяснила, что это? – спросил Гаррик. Он сгорал от нетерпения и попытался сгладить его извиняющимся тоном.

– Боюсь, до этого еще очень далеко, – ответила волшебница.

Она сделала жалкую попытку улыбнуться, но не смогла. Есть вещи, которые можно постичь лишь через магию, но данный путь требует чудовищного напряжения сил. К тому же грозит немалыми опасностями, даже при условии, что маг все делает правильно.

Если он все же ошибался, то это дорогого стоило. И всегда вставал вопрос – единственно важный – сколько человек в результате он унесет с собой в Преисподнюю? Именно ошибка – в не меньшей степени, чем злой умысел, разрушили, разнесли Старое Королевство в кровавые клочья. Новый промах волшебника мог означать крах всех надежд для цивилизации Островов.

Услышав крик, толпа затихла, и теперь Шарина смогла различить другие голоса.

Они были слишком высокими для человеческого уха, и девушка затруднялась сказать точно, смеялись они или вопили от ужаса. Как и мост, голоса терялись в неясной дали.

Лягушки, обычно устраивающие звонкие концерты на речном мелководье, тоже смолкли. Лишь где-то вниз по течению раздался всплеск – это рыба уходила вглубь от какой-то ей одной видной опасности.

– Сегодня я только попыталась… – с усилием начала Теноктрис. Старая волшебница задыхалась и собиралась с силами перед каждым новым словом. Она с благодарностью погладила Илну по руке и высвободилась. Кажется, ей уже удавалось самостоятельно держаться на ногах. – Выяснить, является ли сила наблюдаемого явления цикличной или же возрастает. Если бы я установила, что оно исчезнет само по себе, то предпочла бы не вмешиваться.

Она устало улыбнулась.

– Но, к сожалению, в данном случае явление будет расти, пока его не уберут. А сделать это не проще, чем, скажем, перенести Вэллис на северное побережье Орнифола… Или уж сразу на Хафт.

Подняв руки, Кэшел закинул свой посох за голову, где он никому не мешал.

– Ну и как, – усмехнулся он, – будем перетаскивать Вэллис по домику или ухватим все сразу?

Теноктрис рассмеялась, преображаясь на глазах. Она все еще выглядела усталой, но с лица исчез отпечаток обреченности. Как хорошо, что вокруг нее друзья – ее друзья, готовые вместе с ней противостоять надвигающемуся хаосу.

– Думаю, прежде всего нам нужно заручиться поддержкой – объявила Теноктрис. – Точнее, нам следует найти мага, ответственного за это и убедить его исправить содеянное.

– Ты имеешь в виду Ансалема? – спросил Гаррик.

Теноктрис пожала плечами.

– Ансалем подошел бы, – сказала она, – будь он жив. Он являлся уникальным человеком – не похожим ни на кого и ни на что, встречавшееся мне. Явление, которое мы сейчас наблюдаем, на самом деле вовсе не мост. Просто наше сознание так его воспринимает. Я бы скорее назвала это точкой пересечения пластов мироздания. Само по себе оно не несет зло, но тем не менее способно причинить вред одним своим…

Снова раздались крики, на этот раз – вполне человеческие. Кто-то, вопя от ужаса, бросился в реку. Странное создание из розоватого света продиралось сквозь толпу. Оно выглядело не менее напуганным, чем люди, в панике кинувшиеся врассыпную.

Существо было ростом со взрослого мужчину или около того и сложением напоминало – почти напоминало – человека. То есть имело две руки, две ноги, но конечности покрывала густая шерсть. К тому же ноги сгибались у него каким-то совершенно невероятным, неправильным способом. И заканчивались козлиными копытцами, они звонко зацокали по мостовой, когда тварь окончательно материализовалась.

Затем фавн расплылся в бледное пятно, которое промчалось прямо сквозь паланкин и сидящую в нем, увешанную драгоценностями даму. Та завопила; впрочем, она кричала и до того. Шарина не заметила, чтоб дама как-то пострадала от неожиданного вторжения.

В двух шагах за паланкином фигура вновь обрела твердость яшмовой статуи. Он – а на существе не было одежды, и сомнений в его половой принадлежности не оставалось – мчался по эспланаде прямо к Шарине и ее друзьям.

Фавн совершил отчаянный прыжок, дородный мужик в кожаном фартуке мясника на свою беду нырнул в том же направлении. Они столкнулись. Мясник упал, а фавн отскочил назад, отчаянно блея.

Теперь он направлялся прямо к Шарине. На его заостренном лице застыла маска ужаса. Девушка вытащила было пьюльский нож, но Кэшел шагнул вперед и заслонил ее, держа наготове посох. Фавн подпрыгнул не хуже оленя… и растворился прямо в воздухе, оставив за собой рассеивающееся пятно алого мерцания.

Шарина охнула, чувствуя, как обмякли мышцы живота. Ей припомнилось, как однажды шершень – стремительный, безмозглый и жутко ядовитый – влетел ей со всего размаху в лицо. Сейчас она пережила нечто подобное.

Мясник лежал на мостовой, мыча от боли и сжимая бок, откуда сочилась кровь. Острые копытца фавна распороли кожаный передник и вошли в левое бедро бедняги как пара ножей. Вокруг него хлопотали женщина и мальчик: она рвала подол своей туники на повязки, а подросток придерживал голову раненого и шептал слова утешения. Он и сам был потрясен не меньше жертвы, по лицу мальчишки текли слезы.

Большинство зевак разбежалось с набережной. Аристократка в паланкине продолжала рыдать. Трое телохранителей с мечами наголо окружили ее, оглядываясь в поисках носильщиков. Тех и след простыл. После недолгого спора процессия продолжила путь пешком. Двое стражников поддерживали свою госпожу на булыжной мостовой.

Кэшел опустил посох, но оставался в напряжении.

– Что это было? – тихо спросил он.

– Некто попавший сюда по ошибке, – ответила Теноктрис. – Сам по себе он не представляет опасности, но является тревожным симптомом нашей проблемы. Пока существует связь реальностей, те или иные вещи будут проваливаться сквозь дыры мироздания. И кое-что может оказаться по-настоящему опасным.

В этот момент Шарина разглядела нечто в небе над мостом. Сначала ей показалось, что это просто отблески, оставшиеся после исчезновения фавна. Они мерцали, как иней на рассвете, затем приобрели очертания крылатой фигуры – птицы, медленно двигавшейся в сторону Шарины и ее друзей.