Чтение онлайн

Ближе подходить не стал, медики только развели руками, травмы несовместимые с жизнью, можно не проверять.

Ещё раз посмотрел на тело. Даже без экспертизы понятно – ей свернули шею. Только это ли стало причиной смерти? Или тело так положили после? Лопнувшие капилляры на лице и в глазах, скорее говорили о удушении. Да и лежит слишком ровно. Как будто-то её специально так положили. Можно сказать красиво. Надеюсь, это просто совпадение, а не работа маньяка.

Не подходя близко к телу, пока идёт съемка, я огляделся и увидел то, что искал: в углу висела скрытая камера. Показал на неё помощнику для фиксации наличия.

И мы прошли дальше. Оперативник кивнул в сторону лестницы наверх. Бросились в глаза – мелкие осколки зеркала на полу. С каждой ступенькой их становилось всё больше и не наступать на них, становилось сложнее. На середине лестницы я почувствовал омерзительно-тошнотворный запах крови. И с каждым шагом он становился всё сильнее. Как и шум воды. Где-то наверху был включен кран.

Поднявшись на просторную площадку перед несколькими комнатами, вонь чувствовали все. Некоторые прикрывали нос манжетами курток, а нервы натянулись как струны. Ещё выключатель никак не могли найти, и свет фонариков прыгал по стенам.

Я толкнул первую незапертую дверь, скорее всего это спальня. И увидел на стене справа мертвенно бледное тело мэра. Оно было совершенно голое и висело вниз головой, вдавленное в тонкий лист гипсокартона. А рядом с ним было большое зеркало, оправленное в шикарный багет. Вся комната была покрыта кровью. Даже потолок. Как будто-то её разбрызгивали из пульверизатора.

Единственная чистая стена была с телом. Почти. На ней большими буквами была каллиграфически выведена надпись: Nil inultum remanebit.

Не думаю, что ошибусь, если предположу, и она была сделана кровью.

Обернувшись на группу позади, хотел дать распоряжение, чтобы не заходили. Но все уже зашли, а затем резко побледнели. Женщина из медиков с криком побежала вниз, мужчины и те сделали шаг назад. Я медленно повернулся обратно к телу. Если до этого всё увиденное вызвало скорее омерзение и раздражение, чем ужас, то сейчас я почувствовал страх. В зеркале отражались старые деревянные дома и пустынная улица мощеная камнем.

– Это просто такой экран.

Сам сказал, хоть и ощущал нутром, что это не так. Но на людей позади меня подействовало. После моих слов, зеркало стало прежним. Без лишних слов быстро осмотрели остальные комнаты и вышли на воздух. Только тошнотворный запах въелся в одежду, казалось, что и мы сами успели пропитаться им.

Медики отказались возвращаться в комнату для констатации смерти. Сказали, что напишут и подпишут всё что нужно. Там и так всё ясно. Один из моих помощников, так же. Если нужно будет, готов заявление на увольнение написать, но туда не вернётся. Оперативники всем составом группы и понятые, ни под каким предлогом не захотели возвращаться в особняк.

Единственные кто не роптал – судмедэксперты. Они облачились в свои защитные балахоны, дождались пока мы найдём новых понятых, выдали всем по защитному костюму, респиратору с очками и приступили к работе.

Ближе к утру вышел покурить и обратил внимание на кучку журналистов, что стояли в стороне и перешёптывались как школьники. Даже они, которые обычно едва почуяв сенсацию, налетают как стервятники, в этот раз были немногословны и тихо ждали, смотря на окровавленное окно, в котором сейчас горел свет, не желая подходить близко к этому дому и не ведя съемку всего и вся как обычно. Добавлял мрачного антуража густой туман, который превратился в молочный кисель обволакивая всё своей белизной, сыростью и холодом.

Подумав, что нужно будет завесить окно, чтобы не пугало прохожих днем и не привлекало зевак, я вернулся в дом.

К утру чётко осознавал, что чтобы это не было, добраться до истины будет сложно. Думать о том, что это какая-нибудь мистика, я себе запретил. Это человек. И судя по надписи – месть. Хорошо продуманная и спланированная, психологически нездорового человека или людей. Конкуренты бы устранили проще. И точно не так. Это что-то личное.

Экспертиза вряд ли что-то даст. Человек или люди, я склоняюсь к второму варианту. Если их можно так назвать, на языке другие слова. Самое мягкое – психи. В любом случае психи, которые учли столько деталей и так подготовились, вряд ли оставят явный след. Нужно искать косвенные улики, которые укажут на преступников.

В камеры, которые были по всему дому, было видно, как происходили преступления.

Антонина бежала к лестнице, а затем резко остановилась, поднялась в воздухе, зависнув на несколько минут, дергая ногами, а затем её голова повернулась к двери, и тело упало уже так, как мы её нашли.

Наверху было видно тело мэра верх ногами и как комната по периметру постепенно окрашивается от нижнего дальнего угла вверх. Не видно никак откачивали кровь, ни того, кто заливал кровью комнату.

Конец ознакомительного фрагмента.