Чтение онлайн

А потом он сделал то, чего капитан никак не ожидал: подбежал к краю крыши и прыгнул вниз.

Послышался крик, похожий на истеричный смех. Фрост бросился вперед и выглянул. Тело “медсестры” лежало на крыше какой-то пристройки, в пятидесяти футах от него. Руки раскинуты, белый халат уже окрасился в красный цвет, лужа крови растекалась по бетону.

Услышав шаги за своей спиной, капитан обернулся. К нему подходил О’Хара.

— Что произошло? — спросил агент ФБР. За ним стояли трое полицейских, одним из которых был тот чернокожий парень, который дежурил возле палаты Уэллса.

Фрост не ответил, кровь стучала у него в висках. Потом он покачал головой.

— Бесс была права, — глухо произнес он. — Мне нужно отдохнуть.

— Да что с тобой? — нетерпеливо рявкнул О’Хара.

— Самоубийство, — мрачно сказал капитан.

— Она покончила с собой?

— Она?

Фрост нагнулся, поднял валявшийся на крыше черный парик и протянул его ирландцу.

— Тебе, кажется, нравились ее волосы? Можешь взять на память.

Потом он отвернулся и закурил сигарету. Его пальцы дрожали.

О’Хара вернулся и покачал головой.

— Я не смог дозвониться до конторы Уэллса — все время занято. Тогда я связался с отделом охраны, и мне сообщили, что Бесс поднялась наверх и с тех пор ничего особенного не происходило.

— У меня какое-то тревожное чувство, — сказал Фрост, гася сигарету в пепельнице. — Дашь мне свою машину?

— Но это служебный автомобиль. Я не могу…

— Да брось, не выделывайся. О’Хара почесал в затылке.

— Ну, хрен с тобой. Только в случае чего я скажу, что ты спер мои ключи. И буду на этом настаивать.

— Можешь даже сообщить легавым. Я с ними потом поговорю.

Ирландец протянул ему ключи, Фрост взял их, кивнул и нажал кнопку лифта. Дверь открылась.

— Расслабься, с ней все в порядке, — сказал вдогонку О’Хара.

— У меня хреновое предчувствие, — повторил Фрост и вошел в кабину.

Лифт двинулся вниз.

Фрост не знал, почему он чувствовал себя так паршиво. Может, виновата была головная боль, а может, то, что он стал свидетелем самоубийства “медсестры”. Капитан терпеть не мог иметь дело с фанатиками. Это напоминало ему Вьетнам и рассказы отца о войне в Корее, когда азиаты сами бросались на штыки, чтобы дать возможность своим товарищам убить тебя. При воспоминании об этом он вздрогнул.

Дверь лифта открылась, и Фрост вышел в вестибюль. Когда он пересекал его, то увидел полицейского — одного из тех, которые поднимались на крышу вместе с О’Харой. Охранник кивнул ему на прощание.

Капитан вышел из больницы. Машина ирландца стояла там, где тот ее оставил. Фрост открыл дверцу и постоял немного, прежде чем сесть за руль. Все время занято — сказал О’Хара. Может, еще раз позвонить? Или сразу ехать? Голова болела, и Фрост чувствовал себя уставшим и неспособным принимать решения.

Но тревожное чувство не покидало его. Капитан сел в машину, вставил ключ в гнездо, повернул. Мотор загудел. Стрелка показывала, что бак с горючим почти полон. Это хорошо.

Фрост тронул автомобиль с места. Что же его так беспокоит? При других обстоятельствах он назвал бы это шестым чувством. Обычно в такие моменты волосы на его затылке поднимались дыбом, предупреждая об опасности. И капитан привык серьезно относиться к подобным предупреждениям — это не раз спасало ему жизнь в трудной ситуации.

Он вспомнил, что неоднократно наблюдал такие проявления и у других людей. Например, когда он бесшумно подкрадывался к часовому, а тот внезапно поворачивался, словно что-то почувствовав.

Фрост покачал гудящей головой и закурил сигарету. Сейчас он не мог думать — так сильно стучало в висках. Через некоторое время он выбросил окурок в окно, секунду колебался, но потом все же включил сирену и мигалку. Ощущение опасности все сильнее давило на сердце.

С надрывным воем и в бликах полицейской лампы он понесся сквозь темный город. Офис Уэллса находился в центре, и Фрост знал, как туда подъехать. Он сосредоточенно крутил руль, не глядя по сторонам. Головная боль понемногу начала стихать.

Капитан остановил машину возле входа в высотное здание, вышел и почти бегом бросился к крыльцу. Дверь была заперта. Выругавшись сквозь зубы, Фрост постучал в стекло кулаком. Он увидел, как из глубины холла появляется фигура охранника. Это был пожилой грузный мужчина красным лицом. Он подозрительно смотрел на Фроста.

— Открывайте! — крикнул капитан. — Мне нужно контору Уэллса. Это срочно!

— К чему такая спешка? — буркнул охранник.

— Откройте, или я вышибу дверь!

— Да кто ты такой, черт возьми? — вопросил мужчина. — Смотри, как бы я тебя самого не вышиб отсюда.

— Я работаю с ФБР, — сказал Фрост.

Ну, это была, по крайней мере, полуправда. Он ведь действительно работал с агентом Бюро.

Это подействовало, и охранник нехотя отпер дверь. Капитан ворвался в холл. Он быстро огляделся и бросился к лифту. Мужчина поспешил за ним.

— Эй, ну вы хоть можете объяснить, в чем дело? Тут у меня все тихо, как в музее.

— Сейчас проверим, — сказал Фрост и нажал кнопку. Дверь лифта открылась, капитан вошел в кабину.

— Я еду с вами, — решительно заявил охранник и тоже втиснул в лифт свое большое тело. Капитан дал ему войти.

— Контора Уэллса на последнем этаже? — спросил он.

— Ну да. Только там сейчас и есть люди. Вы к ним?

— Возможно, — ответил капитан. — И держите свою пушку наготове.

Глаза старого охранника на миг вспыхнули. Его слегка дрожащая правая рука коснулась кобуры на бедре, из которой торчала рукоятка старого кольта.

— Что там такое, мистер? Опять коммунисты?

— Сатанисты, — сквозь зубы ответил Фрост.

— Что? Вы имеете в виду тех мудаков, которые молятся дьяволу?

— Молятся они или нет — не знаю, — ответил Фрост. — Но они на него работают.

Лифт остановился, дверь открылась, и капитан вышел. Дальше по коридору он увидел стеклянную дверь с надписью:

“Инвестиционная компания Уэллса”.

— Так он еще и бизнесмен? — спросил капитан.

— Да, — кивнул охранник, — и писатель, и биржевой маклер. Вот как бывает в наше время.

Фрост двинулся к двери, чувствуя, как холодный спазм сжимает его желудок. Черт возьми, кажется он ошибся. Теперь О’Хара развопится по поводу своей служебной машины, а возможно, и сам получит по заднице. А Бесс…