Служанка для алмазных змеев
Шрифт:
– Зачем тебе помогать мне?
– Разве я могу оставить такую красавицу в беде? Ты и опомниться не успеешь, как тебя снова пленят.
Я это тоже понимала, но это не означало, что и этот змей так не поступит. Он дал явно понять, что заинтересован мной.
Видя мои сомнения, он добавил с усмешкой:
– Я наемник, прибыл в город и как раз ищу работу, а знатные вельможи всегда нуждаются в страже. Так что нам по пути, моя красавица.
Я фыркнула. А не рановато ли он фамильярничает с первой встречной?
Но Тайрис мне понравился, несмотря на то, что он наг. Глупо отказываться от помощи, когда ее безвозмездно предлагают.
После недолгих уговоров он усадил меня на лошадь, забрав мои вещи, и мы отправились к дому вельможи, как оказалось, известного в этом городе.
Ехали окраиной столицы, но и здесь я успевала рассмотреть прекрасные фруктовые сады, яркие цветы, бесчисленные фонтаны, каналы, над которыми возвышались полукруглые гладкие мостики. То и дело я видела нагов в их истинной ипостаси, они неспешно ползали по дороге, общались друг с другом. Меня смущала близость наемника, потому как я чувствовала спиной его тело, но я старалась сохранять спокойствие.
Город жил своей жизнью, неторопливой, сытой. Лачугами бедняков, к которым я привыкла в Мэртаме, тут даже и не пахло. Из открытых окон доносились разговоры и ароматы пряной кухни, от которых у меня текли слюни. Ужасно хотелось есть, так что живот сводило.
Несколько раз мимо нас проезжали дорогие кареты или проносились всадники на лошадях.
Наконец, мы остановились возле прекрасного белокаменного особняка, который походил на настоящий дворец. Он находился на возвышении, окруженный светлыми стенами, и утопал в зелени. Неужели нам сюда? Я даже немного оробела.
Возле деревянных красных ворот, обитых железом, нас встретили два охранника-нага в человеческой ипостаси.
Услышав, что мне нужен хозяин дома, один из них ответил холодно:
– Чужаков пускать не велено.
– Но у меня очень важное дело! – воскликнула я.
– Говорю же не велено! Идите прочь! – грубо отчеканил он и пригрозил копьем.
Что за глупая стража! Я бы показала ожерелье, но боялась, что его у меня просто отберут. Вряд ли эти наги знали, что оно значило, но вот то, что оно очень дорогое, понимал любой. Еще за воровку примут. За этим украшением стояла какая-то тайна, и я подсознательно чувствовала, что ее поймет только хозяин дома. Но меня к нему не пускали!
– Глянь-ка сюда, малый, – вдруг сказал Тайрис и вытянул руку.
В его ладони я заметила круглый черный знак, но не успела разглядеть. Судя по тому, как изменились в лице стражники, они узнали его.
– Что же вы, ниар, сразу не сказали? – уже совершенно по-другому обратились они к нагу.
В их голосе мне послышались страх и уважение. А я, смотрю, тайна есть не только у меня. Что же за знак показал рыжий змей?
Но своими секретами я делиться не желала, значит, не стану любопытствовать по поводу тайн своего защитника. К тому же наши пути скоро разойдутся, раз я попаду в дом.
Перед нами открыли тяжелые ворота и нас пропустили внутрь.
Из душного зноя мы попали в оазис прохлады.
У дома зеленел, отражая листву в зеркальной поверхности, прекрасный пруд. С пологими мраморными берегами. В пруде на тонких изящных стеблях росли и благоухали цветы розового лотоса с широкими листами.
Чуть далее, у самого дома находился фонтан в виде полуобнаженной девушки-змеи с сосудом, из которого с журчанием вырывалась струя воды.
Нас оставили во внутреннем дворе, велев ждать.
Тайрис слез с лошади и протянул руки, я позволила себя снять и опустить на землю. Наг довольно сверкнул глазами. Лошадь он привязал в тени дерева. Я же с удовольствием присела на край фонтана и запустила руку. Ко мне сразу подплыло несколько золотых рыбок, щекотно тычась носами в ладонь и широко открывая рты.
Совсем ручные!
Я тихо рассмеялась, чувствуя со стороны интерес своего защитника.
Вскоре из дома показался привлекательный мужчина, на вид лет сорока пяти, но по проницательным багряным глазам я поняла, что ему гораздо больше. По силе взгляда и степенной плавной походке несложно догадаться, что передо мной предстал хозяин собственной персоной. Судя по вертикальным зрачкам, тоже наг.
В дорогой одежде светлых тонов, длинные белые волосы распущены по спине, только по бокам две тонкие прямые косички с вплетенной алой нитью. Он не спускал с меня своих загадочных темно-кровавых глаз, пристально рассматривая. Мне даже показалось, что он принюхивается.
Тайриса он лишь слегка задел взглядом. Этот змей казался таинственным, внушительным и подспудно вызывал опасения. А к тому ли нагу я должна обратиться за помощью? Я уже сомневалась.
– Твое лицо… мне очень знакомо.
– Возможно, вы знали мою мать или отца, – ответила я. – Вы ведь ниар Лои Пераисс?
Тот с интересом медленно кивнул.
– Тогда у меня к вам личный разговор. Не могли бы мы уединиться? – Я бросила косой взгляд на охранников, появившихся у дома.
Уже произнеся вслух последние слова, поняла, что они прозвучали двояко.
Хозяин дома туманно улыбнулся и приглашающим жестом показать следовать за ним.
Мы пошли вглубь парка по аллее раскидистых деревьев.
– Впервые девушка так яростно ищет встречи со мной. И удивительно, что она даже не испытывает страха.
Я уже перестала бояться, потому что устала. Смерть от яда казалась страшнее.
– Чтобы явиться в мой дом, надо обладать или смелостью, или глупостью.
– Я понимаю, как это выглядит со стороны…
– А как это выглядит?!
Неужели не ясно? Зачем меня заставлять произносить вслух и краснеть?
– Вы, наверное, решили, что я охотница за сокровищами, но вы ошибаетесь. Я здесь не поэтому.
– Мне все любопытнее и любопытнее, но продолжай!
– Я приехала из королевства Авилия, из небольшого городка Мэртам. Моя мама дала мне одну вещь и велела вас отыскать, когда окажусь в Джеррохане. Она сказала, эта вещь вам знакома и вы не откажете в помощи.
– Ты все больше меня интригуешь. Что же ты хочешь мне показать?
Я оглянулась, не смотрит ли кто, но мы отошли на достаточное расстояние. Я вытащила из мешочка закрученное в ткань ожерелье, развернула его, удерживая на руках, и протянула нагу.
Лицо ниара Пераисса вдруг побледнело, он долго всматривался в колье, не веря своим глазам, потом переводил взгляд на меня, затем снова смотрел на рубиновое украшение, будто силился что-то понять или принять.
– Значит, ты жива! – выдохнул он.