Чтение онлайн

— Я что-нибудь придумаю, — мотнул головой новичок, отказываясь от напитка.

Вергилий был настойчив и получил от князя, что хотел, а спустя две недели вернулся в замок барона Дарля.

*

— А-а, выжил-таки. Крепкий же ты Азазеллов сын! — рассмеялся при встрече Гэрим. — Приполз, значит, как собака с поджатым хвостом к своему мастеру. А что так долго? Почему сразу не явился?

— Может и приполз, но хвост точно не поджимал, — дерзко бросил новообращенный, глядя барону в глаза.

— Скалишься? Ничему я тебя не научил, — не оценил бравады лорд Дарль.

— Мне сказали я способный, значит, дело не в ученике, — продолжал ходить по краю Вергилий.

— На цепь его! — взревел барон. — Не кормить тринадцать дней! Посмотрим, как клыками защелкает.

Охрана по команде скрутила новичка и утащила в подвал. Тринадцать дней тянулись бесконечно долго. Жажда с каждым часом становилась все больше и больше. К исходу назначенного срока глаза Вергилия были не просто красными, они были настолько темны, что казались черными. И на фоне бордовых белков смотрелись жутко. Когда в клетку со зверем втолкнули молодую девушку, зверь дергал цепь и рычал. Через несколько минут цепь поддалась. Вампир налетел на свою жертву и жадно вгрызся в ее шею, разрывая тонкую кожу.

Ни громкие крики, ни просьбы о помощи не могли остановить оголодавшего новообращенного. А вот тихие всхлипы уже обессиленной девушки заставили насытившегося Вергилия остановиться и прислушаться. Пелена постепенно спала с его глаз, и он увидел юное заплаканное лицо. “Вот так и твоя жена умирала, Витэр!” — пронеслось в сознании вампира. Осознав, что натворил, он отшатнулся от несчастной и завыл. Девушка же затихла и уставилась в потолок, слегка смыкая и размыкая губы как выброшенная на сушу рыбка.

— Помогите… — еле слышно прошептал Вергилий, прикоснувшись к умирающей, и тут же с отчаянием закричал в пустоту: — ПОМОГИТЕ!!

Вскочив на ноги, вампир кинулся к решетке и грубо рванул ее на себя. Петли громыхнули, замок громко звякнул о металл, а решетка осталась на месте. Но сдаваться он не собирался. Новообращенные сами по себе обладали огромной физической силой в первый год после трансформации, лишь длительное голодание могло снизить их резервы, а Вергилий, насытившись, уже не был слаб. Через пару попыток решетка поддалась и лежала отброшенной в сторону. Мужчина торопливо подхватил девушку на руки и взмыл вверх по лестнице. Ворвавшись на кухню, он смахнул локтем все, что было со стола, укладывая девушку на деревянную поверхность.

— Помогите ей! — обратился вампир к прислуге, находившийся в комнате.

— Ну же! Ее еще можно спасти! — отчаянно выкрикнул Вергилий, удивленный, что никто из людей и не дернулся чем-либо помочь.

Оглядев испуганных слуг, новообращенный понял, что только жесткими приказами он заставит их шевелиться.

— Ты, — указав на женщину постарше, — принеси чистых полотенец и горячей воды, — скомандовал вампир. — Ты, — обратился уже к кухарке, — приготовь отвар из кровесила.

Слуги отмерли и засуетились. Кто-то тут же сунул полотенце мужчине в руки, и он прижал его к разодранной шее девушки, пострадавшей больше всего.

— Я могу зашить рану, — робко отозвалась пожилая служанка, — и игла подходящая найдется.

— Спасибо за помощь.

— Сначала рвут как дикие звери, а потом помощи требуют. Тфу… — не скрывая презрения, плюнул под ноги старый селянин.

— Дед Олентий, ну зачем вы так, — одернула старика кухарка, ставя готовый отвар перед вампиром.

— Прав ваш дед, тысячу раз прав, — глядя в глаза Олентию согласился Вергилий.

*

После того события молодого вампира больше не запирали, не заковывали в цепи, не морили голодом. И все же жизнь в проклятом замке для новичка не стала проще и слаще. Собратья особо не одаривали его своим вниманием, да он и сам не искал их общества. На провокации не велся, открытых конфликтов избегал. Но своего отношения к мастеру не скрывал. Как впрочем, и барон к нему. С людьми было немного проще. За человеческий поступок его уважали, но страх перед новообращенным заставлял держаться подальше. Девушка к радости мужчины выжила и была, наверное, единственной во всем замке, кто не шарахалась от Вергилия, как ее соплеменники, и не воротила недовольно нос, как его сородичи. Она, также как и вампир, была прикована к барону. Браслет рабыни навсегда связал ее с лордом Дарлем и огромным мрачным замком.

— Откуда ты? — поинтересовался Вергилий, благодарно принимая чашу с блэссом из рук окрепшей рабыни и приступившей к своим обычным обязанностям.

— Из королевства Верании, что в землях Карелонии, лэр. Слышали о таком?

— Нет, — отрицательно покачал головой вампир. — Еще недавно я и сам был простым селянином, а теперь вот лэр. А как ты стала рабыней?

— Наша община живет на самом краю королевства и охраняет границы от набегов различных диких племен. Орейцы — самые жестокие и многочисленные из них. Они не убивают своих пленных, а продают их в рабство. Меня перекупали пять раз, прежде чем я оказалась у барона Дарля.

— Почему ваш король не защищает своих людей? — глотнув кровавого напитка, задал очевидный вопрос новообращенный.

— Защищает, — со вздохом пожала плечами девушка. — Как может.

— И давно ты в рабстве?

— Уже лет семь. А я вас помню, вы у Джэрома помощником были, — искренняя улыбка озарила лицо рабыни.

— Да, — уголки губ Вергилия дернулись и поползли вверх, — теперь и я тебя вспомнил, Анатолия.

— Я вам бесконечно благодарна, лэр, что сохранили мне жизнь и помогали выхаживать.

— Я чуть не убил тебя, а ты выказываешь мне благодарность? — удивился вампир.

— Вот именно! Вы могли это сделать, но нашли в себе силы остановиться.

— Если честно, я не знаю, что меня остановило. А твои безобразные шрамы не дадут забыть ни тебе, ни мне этот страшный день, — Вергилий провел кончиками пальцев по обезображенной шее рабыни.

— Я воспринимаю их как откуп за мой второй день рождения, — совершенно серьезно ответила Анатолия, накрывая холодные мужские пальцы своей теплой ладонью.

Дружба между вампиром и девушкой продлилась до самой смерти карелонской рабыни. Старость забрала единственную родную душу, и Вергилий остался один. Более он уже ни с кем не был так близок. С людьми не мог, с вампирами не хотел.

*

Пятьсот лет, проведенные в подчинении одержимого барона Гарэма Дарля, были самыми тяжелыми для молодого вампира. Самым противным — было служить своему убийце погубившему и его семью. Только умер мужчина не тогда, когда стал вампиром, а в ритуальном огне вместе с женой и ребенком.

Год за годом век за веком Вергилий все больше забывал, что он был когда-то человеком и все больше становился настоящим кровососущим. Период дикой жажды давно благополучно миновал, делая из мало контролируемого новообращенного вполне управляемого собой молодого вампира. Но эти годы мужчина не потратил напрасно. Он изучил своего мастера от и до. Знал все привычки и предпочтения, знал характер и мысли древнего. А еще готовился к мести. И нет, он больше не торопился, хорошо помня, чем закончилась его горячность в прошлый раз.