Чтение онлайн

Он стал читать. Он понятия не имел, что Уильям Скотт вел дневник. По мере чтения его глаза расширялись. Оставалось надеяться, что дневник этот он не показывал никому. Как Скотт вообще узнал об этом инциденте? Его скулы побагровели: он не представлял, что его командир так много о нем знает. Страница за страницей проходили перед ним. Боже! Даже краткая связь с леди Гайнфорт не ускользнула от его внимания!

Внезапная мысль заставила его щеки воспылать еще большим жаром. Верити это читала? И он имел тупость обидеться на ее отчаянное решение сделаться его любовницей!

Он удивился, что она не затолкала этот журнал ему в горло и не заставила проглотить. Он читал, заново переживая кампанию при Ватерлоо, нескончаемую праздность Брюсселя, когда они прождали всю весну, пока не наступило то самое утро пятнадцатого июня. В то утро главное, что занимало Скотта, был вечерний бал у герцогини Ричмондской. И он жалел, что его беременная жена предпочла остаться в Англии.

«И все же хорошо, что их нет здесь. Я не верю, что Веллингтон потерпит поражение, но если, боже упаси, случится худшее, я не вынесу, если моя Мэри и маленькая Верити будут вынуждены испытать ужасы бегства».

Макс опустил взгляд. По его плечу разметались темные кудри. Маленькая Верити. Вот она лежит в его объятиях. Его жена. Что бы подумал Скотт о своем зяте?

Он перевернул страницу. Разительное различие бросалось в глаза. Это был другой человек. Первый взрыв отчаяния и ярости не удивил Макса. Вернуться, лишившись руки, и узнать, что твоя жена и сын мертвы и похоронены… Макс вздрогнул. Горе Скотта кричало из каждой строки. Перевернув еще страницу, он нахмурился. Слова были почти… безумны? Бессвязны. То и дело казалось, что тут записаны ночные кошмары.

Он беспокойно шевельнулся. Наверное, он не должен это читать… но тут в глаза ему бросилось еще одно имя. Верити.

«Змеи. Ее глаза полны змей. Они шипят и извиваются. Насмехаются. Она не захотела оставаться в своей могиле… смотрит на меня. Я не могу смотреть на нее. Говорит, что она Верити, я не могу смотреть на нее. Змеи бросаются на меня. Она не уходит. Я кричу на нее, она не уходит».

Содрогнувшись, Макс захлопнул журнал. Господи боже… Неудивительно, что Верити ничего не рассказывала о своем отце.

Что там говорил Ричард о своих кошмарах?

Не тревожа спящую в его руках женщину, он положил дневник на место. Это был слишком личный дневник. Наверное, он не должен был читать его, но не сожалел о сделанном. Ему нужно было узнать, что в нем содержалось.

Сегодня вечером что-то изменилось. Она вновь начала доверять ему. Возможно, надежда все-таки есть. Если только он постарается не просить слишком много и слишком скоро.

На следующей неделе Верити обнаружила, что Макс все время находится рядом с ней. Он сопровождал ее на балы, рауты, обеды и театральные представления.

Само его присутствие утихомирило все злобные сплетни и намеки. Он обращался с ней с заботливой предупредительностью, и его мягкость разбила вдребезги ее оборону.

Она не могла оставаться холодной. Она таяла в нежном тепле его улыбки. Но он не сделал ни единого движения, чтобы увлечь ее в свою постель. После бала у Торрингтонов она просыпалась по утрам одна, и он с тех пор не заходил к ней.

Итак, она смирилась с его присутствием и безмолвным сопровождением. А днем, когда он часто уезжал в свой клуб, она уходила в Грин-парк, взяв с собой собак.

Макс наблюдал из окна гостиной, как Верити, вокруг которой вертелись Таффи и Гус, появилась на тропинке внизу… Она уходила, а спаниели прыгали рядом, хлопая ушами и вертя хвостами, как сумасшедшие.

Чувствуя себя шпионом, он подождал, пока она не прошла достаточное расстояние, и только тогда покинул свой пост. Он знал, куда она направляется. Или, по крайней мере, так она сказала своей горничной. Сегодня он собирался выяснить, с кем она встречается в Грин-парке.

Мысль о том, чтобы последовать за ней, оставила неприятный осадок, но он отмахнулся. Нужно проверить. Если она встречается с кем-то вполне невинно, ему нужно знать с кем.

Он добрался до Грин-парка и вошел в ворота. Предусмотрительно укрывшись за ближайшим деревом, он стал осматривать парк. Близ озера безмятежно жевали траву коровы. Ну где здесь может спрятаться Верити, тем более в ее такой модной и заметной издали алой накидке? Двое мальчишек, игравшие в крикет, вызвали улыбку на лице Макса. Один из ребят проворно перебегал с места на место, другой возбужденно прыгал и визжал, пока запыхавшаяся девушка, по виду старшая сестра, бегала за мячом… Его взгляд скользнул мимо. И тут же метнулся обратно, когда он увидел, что к мальчикам подскочили Гус и Таффи, тявкая, как ненормальные. Где были собаки, там наверняка… и тут он узнал ее, снявшую свою накидку. Ее кудри развевались на бегу, она со всей силы ударила по мячу и поразила цель.

Он наблюдал, потеряв дар речи. Всего несколько минут понадобилось ему, чтобы убедиться, что мальчишки обожают Верити. Младший очень охотно уступил ей свою биту и с апломбом мастера учил ее правильно браться за рукоять.

Он не помнил, сколько простоял здесь, пока они не закончили играть и не уселись под деревом, чтобы разделить немаленькую трапезу. У него чуть слюнки не потекли, когда он увидел нечто, напоминающее сливовый пудинг и бисквиты, которые они запивали жидкостью, являвшейся, без сомнения, лимонадом.

Шампанское и омары никогда не были такими вкусными.

Он должен был уходить. В этой компании Верити вряд ли попадет в беду, разве что в нее случайно попадет крикетный мячик. Но отчего-то он медлил. Смотрел, впитывал, наслаждался, точно вор. Зная, что тем самым причиняет себе только худшую боль.

Ему никогда не приходило в голову, что он когда-либо захочет иметь собственную семью. Не просто наследника, но детей, сыновей — и дочерей, — с которыми он делил бы летние дни и крикетные матчи в Грин-парке и поглощал бы сливовый пудинг, отгоняя парочку прожорливых спаниелей.

В первый раз в жизни до него дошло, что его никогда не беспокоила роль Фредди как наследника. Ему просто не нравилось, что его рассматривают всего лишь как запасной вариант. Нужно поговорить с Ричардом. Объяснить свое решение… Решение? Он изумленно понял, что уже сделал выбор. Что сделал его, наблюдая за Верити и этими ребятами. Она принадлежит ему. Она доверяет ему, любит его.

Завернув за угол, откуда уже виден был дом, он моргнул. На дорожке стоял экипаж Ричарда, и слуга загружал в него багаж. Черт! Куда это он направляется именно тогда, когда так нужен ему?