Чтение онлайн

– Новый хозяин, – невозмутимо проинформировал Сэйн, – возможен лишь при условии моей кончины. Но кьяни не особо обрадуется, потому как после гибели хозяина все личные демоны и демоницы переходят под опеку к кровному наследнику гнезда.

Кошмар. Я об этом не знала.

– К Регхару? – сипло уточнила я.

Инспектор утвердительно кивнул, и мне что-то стало нехорошо.

– На данный момент у меня лишь один кровный наследник, и это Регхар. Он импульсивен, его контролирует магия, а стихийная магия в молодом возрасте застилает глаза и заставляет совершать необдуманные, порой ужасные поступки. К тому же Регхар сверхэмоционален, что обычно не свойственно стихийным демонам, поэтому он не предсказуем, почти как анлихор.

Я представила, что со мной сотворит Регхар, если Сэйн умрет или превратится в нэ’льва, и содрогнулась. Младшему стихийнику в его-то больную от переизбытка магии голову прийти может что угодно. В лучшем случае, он меня просто вышвырнет из гнезда, а в худшем… О-о-о! Нет. Я мотнула головой. Даже думать об этом не хочу.

– Поэтому помолись, кьяни, богам Анграхара за мое здоровье, – насмешливо посоветовал Сэйн, поднимаясь с кровати. – Пока я жив, жива и ты. А теперь одевайся, не будем терять время попусту. Ты летишь со мной в службу контроля.

Я насторожилась.

– Это еще зачем?

– Сюрприз, кьяни, я же говорю. Не любишь сюрпризы?

– Терпеть не могу, если честно.

– Как жаль, но сюрприз есть сюрприз. Узнаешь о нем в службе контроля.

С этими словами инспектор развернулся и, не оборачиваясь, направился на выход, предоставляя мне возможность переодеться без его надзора и участия в процессе, как это было последний раз в лазарете службы контроля.

– Сэйн подождет кьяни у аллеи смерти, – на мгновение задержавшись в дверях, сообщил он мне, после чего вышел из спальни, а через пару секунд я услышала, как хлопнула входная дверь.

Я на скорую руку привела себя в порядок после беспокойного сна и еще более беспокойного пробуждения. Откинув в сторону тревожные мысли и предположения насчет полета в службу контроля, я быстро умылась, привычно заплела косу на одно плечо и смазала лечебным соком жуткий кровоподтек на шее.

Спустившись на первый этаж замка, который тонул в зловещей тишине, я вышла на улицу, сбежала вниз по мраморным ступеням парадной лестницы и почти сразу заметила Сэйна… Точнее, сперва я заметила Драгона, его злющего и прожорливого грифона с ярким оперением и голодными глазищами, а уже потом Сэйна, привалившегося спиной к золотистому крылу магического создания.

Сложив руки на широкой груди, инспектор дожидался меня у аллеи смерти, пока его грифон безжалостно пожирал светящиеся в ночи плоды с деревьев. По мере приближения к аллее за бурлящей горной рекой я увидела, что стихийник там не один. Рядом с Сэйном стояла Уна – личный оракул инспектора, невероятно симпатичная демоница. С виду миниатюрная и хрупкая кошечка с острыми коготками, невысокого роста, с белокурыми волосами чуть ниже плеч, пушистым хвостом и кошачьими ушами, тоже белыми, как снег, которыми она изредка подергивала. Уна никогда не появлялась в форме гнезда, я ни разу не видела ее в серой, невзрачной тунике или в штанах. Оракул придерживалась строгой формы службы контроля – белая блузка со стеклянными пуговицами, приталенный пиджак с гербом грифона на груди и обтягивающая ноги черная юбка. Уна ростом была ниже меня на две головы, а Сэйну не доставала даже до плеч с учетом довольно высоких каблуков… на которых вряд ли удобно передвигаться по Цэрбесу, учитывая преобладающую лесную местность, разве что только в службе контроля.

Личный оракул стихийника предусмотрительно держалась в небольшом отдалении от грифона. Видимо Драгон был не прочь полакомиться не только кьяни, но еще и симпатичной кошкой хозяина, и любыми другими демоницами, демонами, животными, птицами, магическими существами и всем-всем прочим живым.

Обнимая себя за худенькие плечи и обвивая длинным хвостом стройные ноги, Уна что-то тихо доказывала Сэйну, то и дело отчаянно мотая головой и посматривая в мою сторону.

Это интересно… Я прислушалась.

Обычно Уна старается как можно меньше говорить в присутствии Сэйна, она единственная демоница в гнезде, которая по каким-то неизвестным мне причинам боится инспектора до полуобморочного состояния и предпочитает держать язык за зубами в девяноста процентах случаев.

Что это они там обсуждают?

Судя по всему, Уна пыталась в чем-то переубедить Сэйна… и явно безуспешно, если судить по каменному выражению лица инспектора. До меня долетали лишь отдельные слова оракула, которые я никак не могла соединить воедино. Слишком тихо и быстро она говорила. И лишь подойдя к аллее на достаточное расстояние, чтобы попасть под пристальное внимание и Драгона, и самого Сэйна, я услышала:

– …предать всю семью этого виверга смерти, – со вздохом посетовала Уна, – будет слишком жестоко, Сэйн, и непременно повлечет за собой последствия в будущем, а именно в отношениях с…

Инспектор махнул рукой, резко обрывая Уну на полуслове. Оракул тут же замолчала, повинуясь, и опустила голову.

– Обсудим это позже, – отложил разговор Сэйн, перевел пылающий огнем взгляд с кошки на меня и спросил: – Кьяни готова?

Я пожала плечами.

– Смотря к чему.

– Значит, готова, – непреклонно решили за меня. В общем-то, как всегда, чему удивляться.

Сэйн приблизился и накинул на мои плечи черный безразмерный плащ.

– Это скроет твои светлые волосы, – пояснил демон. – Поможет не привлекать к нам излишнего внимания, а то белым пятном в черном небе заинтересуются все хищники.

Это меня сейчас пятном назвали?

– До восхода солнца, – обрадовал инспектор, – многие существа ведут активную охоту. Заметить белоснежную кьяни в сумерках несложно, а если заметят тебя, сожрут нас обоих и грифона заодно. Мне бы не хотелось встревать в неприятности.

Мне тоже, поэтому после слов про ночных хищников я без промедлений приняла плащ и всунула руки в безразмерные рукава. В одеянии инспектора я буквально утонула.

Сэйн же слегка прищурился и придирчиво меня осмотрел.

– Так-то лучше, – вынес он вердикт.

Я запахнула плащ и взглянула на громко чавкающего Драгона именно в тот момент, когда грифон пережрал все плоды с деревьев и, потеряв к аллее гастрономический интерес, опустил морду и недвусмысленно уставился на меня. «Двуногая еда!» – читалось в его голодных глазах. Если бы он причмокнул и выдал с придыханием: «Ням-ням, вкуснятинка», я бы, собственно, восприняла эту его выходку как должное. Говорящий грифон, ну подумаешь. Мы же в Цэрбесе.

– У вашего грифона яркое оперение, Сэйн, намного ярче и, кстати, светлее моих волос, – поспешно отводя взгляд от голодных глазищ с вертикальными зрачками, пробормотала я. – А еще у него животный аппетит… – мрачно буркнула про себя, – убийственный просто.

И убивает он все живое и неживое вокруг.

– Грифоны, – непринужденно привлекая меня к своему горячему телу, инспектор нагнулся и поведал на ухо: – первоклассные хищники. А хищники обязаны быть тихими и неприметными. Поэтому Драгон знает, когда стоит изменить свой облик.