Чтение онлайн

— Хочу, чтобы ты организовал мне встречу с Настей вне работы.

Напыщенный индюк!

Он что, теперь все время будет пользоваться моим знанием его истинной личности, чтобы давить?

«Матвей Тимурович отдал мне распоряжение лично заняться этим делом». Тоже мне, важнюк нашелся! И вообще, говорить о себе в третьем лице разве не признак инфантилизма на пополам с нарциссизмом?

Невольно фыркнула в такт своим мыслям. Искать новые и новые минусы в не-Барановском было может и малодушно, но очень приятно. Хоть какая-то компенсация за истерзанную душу.

Однако, я все же слегка лукавила. Потому что властные нотки в голосе Матвея, его вмиг меняющееся выражения лица, когда с него вдруг слетала маска доброго славного малого, являя миру Матвея настоящего — властного босса, не терпящего возражений, не вызывали ни смех, ни недоумение. Передавая папку Алексееву под его пристальным гипнотическим взглядом из-под нахмуренных бровей, я чувствовала себя не иначе как беспомощным кроликом перед удавом. С замиранием сердца ожидая, что будет дальше. Таким я его ещё не знала и сомневалась — надо ли оно мне вообще?!

Вряд ли настойчивое желание Матвея поговорить со мной так быстро испарилось. И если утром весь «удар» на себя приняла появившаяся рядом Лиля, вмиг правильно оценив ситуацию, то сейчас ему никто не мог помешать. Однако Алексеев вновь удивил — забрав папку, он просто ушел.

А я испытала странную смесь эмоций из облегчения и досады.

Глубоко вздохнув, поспешила вернуться за свой стол и окунуться в рабочий процесс, лучшее средство от ненужных мыслей. Однако сначала необходимо было навести на нем порядок. Несколько стопок бумаг с данными по прошлым проектам громоздились тут и там неровными кучками. Под одной из таких кучек меня ждал сюрприз.

— Ого! — воскликнула Лиля прямо над ухом, появившись вновь словно из ниоткуда, в то время как я немигающим взглядом сканировала коробку конфет. — Это от Барановского? Так сильно накосячил?

Я закрыла лицо руками. Лиля была моей единственной подругой, но изливать душу мне сейчас совсем не хотелось. Да и что я могла сказать? Соврать? Ведь как бы я не злилась на Матвея, но выдавать его секрет все равно не собиралась.

— Не знаю. — устало проговорила я.

— Не знаешь насколько сильно накосячил? — усмехнулась Лиля.

— Не знаю от кого они. — уточнила я. — Лежали тут под папкой, когда я пришла.

— Хм, интересно… — задумавшись подруга постучала указательным пальцем по подбородку и окинула пространство вокруг подозрительным прищуром. — Тайный воздыхатель? И судя по презенту, очень состоятельный.

— Почему ты так решила? — встрепенулась я.

— Насть, это же элитный шоколад. Немецкий, если я не ошибаюсь. — снисходительно просветила меня она. — В России такой не купить.

— А ты откуда знаешь?

— Эм… Да так, просто знаю и все. — вдруг замялась Лиля.

— Нет уж, рассказывай! — почти что рявкнула я, складывая руки на груди.

— Знаешь, мне вообще-то нужно отнести документы Сергею Евгеньевичу. — она приподняла объемную папку в руке повыше и потрясла ею у меня перед носом. — Так что я пойду.

Подруга от меня явно что-то скрывала!

— Не думай, что так легко отделаешься от меня! — сказала я вслед Лилиной спине.

— Ага-ага. — легкомысленно кинула она на ходу даже не обернувшись.

Однако после работы поймать Лилю мне так и не удалось, а на мои звонки она ответила лишь коротким сообщением в месенджере о том, что не может сейчас говорить.

Замечательно!

Если бы не вся эта ситуация с Алексеевым, я бы, пожалуй, решила, что у подруги наметилась личная жизнь, в которую она не желает меня посвящать. Но теперь я не знала, что и думать. Голова шла кругом от всех этих загадок.

А дома в гордом одиночестве, все на том же диване с подушкой в обнимку, стало и вовсе невыносимо. Я ведь даже поделиться ни с кем не могу своей болью. Мама слишком далеко, чтобы понапрасну ее беспокоить, единственная подруга включила игнор, да и не расскажешь ей всего в полном объеме… Ну не с Антониной Гавриловной же мне откровенничать?

Я лежала и жалела себя, периодически всхлипывая и размазывая макияж по щекам. И ела конфеты… Восхитительный немецкий шоколад таял во рту, отдавая горечью предательства. А еще очень сожалела о том, что Матвей оказался не простым менеджером по работе с персоналом или как там правильно называлась его должность? Почему-то именно сейчас я отчетливо представляла себе будущее с ним. И так же отчетливо понимала, что будущего с Алексеевым у меня нет. Не того полета он птица.

Не думала, что настанет такой день. Но, когда в полночь у соседей сверху заиграла громкая музыка, я даже обрадовалась этому. Было куда перенаправить свои эмоции и мысли.

Лиля продолжала меня избегать. Даже на обед со мной не пошла, прикрываясь срочными правками в документах. Матвей то и дело мелькал перед глазами, но новых попыток заговорить со мной не предпринимал, вызывая в душе уже знакомый коктейль противоречивых эмоций. Зато с самого утра я замечала на себе задумчивые взгляды Маши. А этой-то нежной фиалке что еще от меня нужно? От неприятной догадки бросило в жар. Неужели она обо всем знает и теперь… жалеет меня?

Кажется, моя подозрительность рисковала перерасти в паранойю.

— Привет. Ты одна, не занято? — поинтересовалась Маша, стоя с подносом в руках напротив моего столика в кафетерии.

— Виделись. — буркнула я. — Нет, не занято.

Явно обрадованная таким стечением обстоятельств Маша тут же приземлилась рядом со мной.

— О, ты тоже любишь здешнюю рыбу? — спросила она, кивнув на мою тарелку.

— Она здесь вполне сносная. — пожала плечами я, вонзив вилку в эту самую рыбу.

— Мне тоже нравится! — с энтузиазмом продолжила девушка, не замечая моего унылого настроя на разговор или же попусту игнорируя его. — А еще салаты нравятся. Особенно вот этот. — Она снова кивнула на мою порцию обеда.

— С тобой поделиться? — я вопросительно приподняла бровь, заставив Машу смутиться, покрываясь румянцем. Ну просто прелесть.

— Нет. Конечно, нет.

— Тогда что? Хочешь обсудить со мной меню кафетерия?

— Нет. — ответила она, смущаясь еще больше. — Вообще-то, я просто хотела попросить тебя о помощи и как все нормальные люди начала общение с непринужденной беседы. — Маша свела вместе свои аккуратные бровки на переносице, зыркнув на меня укоризненно.

От неожиданности я даже закашлялась, едва не подавившись куском злополучной рыбы.