Чтение онлайн

Отыскав перекресток Ветеранов и Партизана Германа, я вытащила из сумочки изъятый у Мишеньки помятый листок — освежить в памяти адрес и имя хозяйки…

Неприятно вступать в контакт с человеком, о котором довелось узнать много лишнего, по преимуществу плохого. С другой стороны, теперь я сумею предстать во всеоружии и начать с домашних заготовок. Трудно угадать наверняка, что окажется сильнее в женщине, прикованной к инвалидному креслу и давно лишенной нормального общения, — разумная осторожность или желание поговорить. Требуется, чтобы победило второе. Следовательно, впечатление я должна произвести безобидное, но интригующее.

Нажав на кнопку звонка, я приготовилась ждать. И не ошиблась — не знай я наверняка, что хозяйке негде больше быть, кроме как дома, решила бы, что мне давно пора уходить. Затем дверь все-таки приоткрылась — на длину цепочки.

— Кассандра Антониновна? — обратилась я к девически ясному зеленому глазу в образовавшейся щели.

Молчание стало мне ответом, но не обескуражило: все шло согласно плану. Я решительно продолжила:

— Здравствуйте. Я коллега вашего сына. Так получилось, что сегодня часов до десяти вечера он не сумеет вам позвонить, поскольку будет плотно занят на выезде и одновременно в важных телефонных переговорах. Он попросил Ольгу Николаевну зайти к вам и все объяснить, но ей в последний момент пришлось заняться разрешением авральной ситуации по своему профилю. У нас в конторе сейчас не самый легкий период, знаете ли… Так вот, Ольга Николаевна вынуждена была обратиться ко мне — с тем, чтобы я, раз уж мне все равно по пути, заменила ее и ответила на все ваши вопросы. Если они у вас, конечно, возникнут.

После минуты возни, шороха и лязга дверь открылась. В раме дверного проема я увидела громоздкое кресло с гнездящейся в нем маленькой, слегка полноватой женщиной. Голова в живописных кудряшках, кукольное, чуть увядшее личико, наивные ярко-зеленые глаза. Вот только на самом дне этих праздничных глаз не то угадывалась, не то чудилась жесткая непреклонность. Знакомое выражение — словно в тяжелый момент собственной жизни я неосторожно заглянула в зеркало…

Крутанув левое колесо своего средства передвижения, моя визави отодвинулась вправо:

— Заходите.

— Спасибо.

Зажав меня в угол, Кассандра Антониновна вновь погромыхала замками и освободила полутемную прихожую, исчезнув в ответвлении, ведущем, по всей видимости, на кухню.

— Переобувайтесь и проходите в комнату. Я поставлю чайник и присоединюсь к вам.

— Хорошо.

Сдается мне, с первых слов наш диалог с хозяйкой дома стал операцией по прощупыванию сил вероятного противника — на уровне тончайших голосовых модуляций. К счастью, я давно и, смею думать, неплохо владею искусством говорить «мягко, но твердо».

В довольно просторной комнате абсолютно на всем лежал неистребимый отпечаток Кассандры Антониновны — и нигде ни следа ее сына. Впрочем, нет — среди фотографий над диваном, среди многочисленных неразличимых лиц, в том числе трогательно-щекастых младенческих, я обнаружила совершенно неожиданный снимок. Изображенная на нем троица, казалось, не позировала, а случайно забежала в кадр — держась за руки, переговариваясь и посмеиваясь. Несмотря на некоторую нескладность и юношескую мягкость черт, ошибиться было невозможно — это были Оленька, которую тогда еще никто не звал Ольгой Николаевной, невероятно хорошенький, весь светящийся Лисянский и… Снегов. Интересно, как его тогда называли?.. Из них троих он был наименее опознаваем, но…

— Удачный снимок?

Кассандра Антониновна, оказывается, умела порой подбираться абсолютно беззвучно.

— Потрясающий, — искренне отозвалась я. — Ваш?

— Мой, — удивленно подтвердила она. — Как узнали?

— У женщин свои секреты, — усмехнулась я.

В самом деле, не объяснять же ей, что люди ее склада так живо интересуются только вещами, за которые, как им кажется, вправе ждать похвалы. В данном случае, впрочем, вполне заслуженной. Пришлось срочно переводить разговор.

— А я и не знала, что они вместе учились.

— Они тогда почти все вместе делали. Оленька эта, прости господи, таким сорванцом была!

Я, видимо, заметно удивилась. Ольга Николаевна?

— Ну, сейчас-то, конечно, никто и не подумает. Мать семейства. И сотрудник небось ценный?

— Хороший сотрудник, — подтвердила я. — И человек приятный.

— А вы там, если не секрет, какую должность занимаете?

— Не секрет, — вздохнула я. — Директорскую.

— Надо же! Тоже юрист?

— Как раз нет. Единственный в конторе специалист совсем другого профиля. Думаю, за нетривиальное видение меня и держат. В смысле за взгляд из нетипичного ракурса.

— Поняла. И что окупаются ваши нетипичные взгляды?

— Знаете, пока да. Сразу скажу: и мне, и конторе они идут на пользу в равной степени.

Сообразив, что этак любознательная дама вытянет из меня все, что я знаю и чего не знаю, я решила, что пора брать ситуацию под жесткий контроль.

— А скажите, Кассандра Антониновна, вы астрологией не занимаетесь? Или рунной магией?

— Нет, — озадачилась моя словоохотливая собеседница. — Сроду ничем подобным не интересовалась. А почему вы спросили?

— Потому что носителю вашего имени на роду написано стать пророчицей. Вам разве никто об этом раньше не говорил?

Она посмотрела на меня с почти суеверной робостью.

— Говорили… Но знаете, как-то не попадались мне знатоки в этой области.

— Бывает…

Взгляд несостоявшейся пророчицы наполнился проницательностью.

— Ох, сдается мне, дело не только в имени… Ваша полезная редкая специализация случайно не лежит в области рунной магии?

— Нет, что вы!.. Вот к астрологии я имею некоторое отношение. Знатоком, правда, себя не считаю, но у меня был правильный учитель. Так что в случае крайней нужды могу и преподать начатки, хотя предпочитаю рекомендовать список литературы и ряд полезных сайтов в Интернете. Сейчас много появилось желающих знать, что происходит, всех не научишь. Да и построением гороскопов народ любит побаловаться — просто для развлечения. Это действительно очень забавно. Однако я уже довольно давно не располагаю для этого достаточным временем.

Кассандра Антониновна деловито кивнула:

— Тогда не будем его терять. Выпьем чаю и приступим. Вы ведь успеете объяснить мне вкратце?

Мученически заведя глаза, я ответила:

— Разве что вкратце. Лучше я вам хорошую книгу занесу. В конце у нее — список литературы. Пойдете по списку — и сами всему научитесь. Хотя несколько практических занятий, конечно, будут необходимы…

— Да уж куда без практики. Опять же добыватель книг из меня тот еще, сами видите, а Рюшик вечно занят. Разве что сами вы и занесете что-нибудь… Ну, идемте чай пить.