Чтение онлайн

– Вика, либо ты уйдешь сама, либо я тебя отсюда выведу.

– Коля, да вы что, тут совсем с ума посходили?!

Но вместо того, чтобы хоть как-то отреагировать на мои мольбы и просьбы, охранник взял меня под руки и повел к выходу.

– Вот так, дорогая, вали отсюда туда, откуда пришла. А в нашу фирму больше носа не показывай.

Я даже не помню, как дошла до машины, как села в нее и доехала до Ленкиного дома. Когда Ленка открыла мне дверь, я упала прямо на пол и стала громко реветь.

– Вика, что случилось-то? – испуганно спросила подруга.

Но я не могла говорить. Я могла только реветь и биться в истерике. Мне было больно и страшно от того, что Леонид, просчитав ситуацию, понял, что я могу угодить за решетку, и для того, чтобы не навлекать на себя подозрения, постарался как можно быстрее от меня отделаться. Когда я наконец обрела дар речи, то посмотрела на Ленку красными, воспаленными от слез глазами и прокричала:

– Лена, он меня бросил!!!

– Кто?

– Меня мужик бросил!

– Леонид, что ли?

– Он, кто же еще.

– И как это произошло?

– Он уволил меня по статье с позором, объявив всем, что я продалась конкурирующей фирме и сливала ей всю информацию о нашей компании. Меня даже в офис не пустили. Как только Леонид понял, что у меня серьезные проблемы, он сразу меня бросил. У него теперь Нинка из соседнего отдела. Я вчера зашла к нему в кабинет в тот момент, когда он ее трахал. Ленка, как же мне больно. Как же больно! Со мной еще никогда в жизни так никто не поступал. Больно-то как!! Я жить не хочу! Слышишь, я больше жить не хочу!!

– Ну и дура, – отрезала Ленка. Ее голос был жестким, резким и достаточно холодным. Именно так она пыталась привести меня в чувство. – Жить она не хочет. Из-за мужика??

– Представь себе, из-за мужика!

– Из-за мужика не хотеть жить – последнее дело.

– Я не вижу никакого просвета и хочу умереть. Я только одного не пойму: как он мог так спокойно со мной расстаться?

– Чем удобнее женщина для мужчины, тем легче с ней расстаться, – пыталась вразумить меня Ленка. – Я тебе сразу сказала, что он сволочь конченая. Это же надо до такого додуматься! Он совершенно спокойно предложил тебе лечь под своего конкурента, и ты совершенно спокойно на это пошла. Я еще подумала тогда, какие «высокие» у вас отношения.

– Ленка, мне очень плохо, – повторяла я одну и ту же фразу, смахивая слезы. – Знаешь, я сейчас прямо чувствую, как в меня мертвой хваткой вцепилось одиночество.

– Какое одиночество? – не сразу поняла меня Ленка.

– Самое настоящее. Оно на мне повисло.

– Где повисло-то? – не поняла меня Ленка.

– Да везде: на руках, на ногах. Приклеилось так, что не отдерешь. Я и не думала, что оно такое прилипчивое. Я что, теперь с ним всю жизнь ходить должна?

– Не переживай. Мы эту заразу изведем, – решительно произнесла Ленка. – Вика, я знаю, что это очень больно. Я сама через это прошла. Это больно, но не смертельно.

– Смертельно, – не соглашалась я с Ленкой.

– А я тебе говорю – не смертельно.

– Никогда не думала, что можно умереть от любви.

– Умирают от любви только законченные дуры, а нормальные женщины за свое счастье борются. Да у тебя еще знаешь, сколько этих мужиков будет??

– Никого у меня больше не будет…

– А я тебе говорю – будет! Их вон целый Интернет. Это лишь кажется, что их ни хрена нет, когда ты просто по улицам ходишь-бродишь. А стоит только в Интернет зайти, и ты сама поражаешься, сколько же там женихов. Всяких, каких хочешь. Мы с тобой замуж за иностранцев выйдем. Мы русскими мужиками сыты по горло!

Ленка подбежала к компьютеру, щелкнула мышкой и стала показывать мне фотографии различных заморских принцев.

– Смотри, вот этот, может быть, твой. А этот – мой. А это опять твой. А я к этому присмотрюсь. Вон, француз ищет славянскую жену. А ты только посмотри, какой красавец, прямо как с картинки! А вон, итальянец уже устал от одиночества. Вика, ты меня слышишь?

– Слышу, – почти шепотом ответила я.

– Это нашим мужикам ничего не надо, а эти устают от одиночества! Ты знаешь, какие они галантные! Как они ухаживать умеют! С такими мужиками нам не нужно будет быть рабочими лошадьми. С ними мы будем слабыми и домашними. Вика, если выходить замуж, то только за принца заморского! Так что выше нос! Отхватим себе по французу, итальянцу и американцу. Будем как сыр в масле кататься, и чихали мы на русских мужиков! У меня уже почти все знакомые вышли замуж, развелись и остались одни с детьми. Они все изведали прелести брака и уже не желают создавать новые семьи, а если и желают, то только за рубежом. Мы с тобой против преждевременного старения, а это значит, что мы за браки за рубежом! Там можно создавать семьи, рожать детей и не трястись от страха ни за свое будущее, ни за будущее своих детей, потому что там совсем другая жизнь. Я устала быть сильным полом! И ты устала, – воодушевленно прокричала Ленка. – В этой стране мы никогда не сможем быть слабым полом. Слабым полом мы сможем быть только за рубежом! Больше никаких экспериментов по устройству личной жизни в России. Все, хватит! Наелись.

Когда Ленка наконец замолчала, я посмотрела на нее своими затравленными глазами и произнесла с грустью:

– Лена, при чем тут иностранцы? Оторвись от своего компьютера. Меня мужик бросил.

– Поэтому и бросил, – назидательно произнесла Ленка. – Бросил, потому что не иностранец.

– Да ты помешалась на своих иностранцах. Можно подумать, что они женщин не бросают.

– Так, как русские, – нет. Так, как тебя бросил Леонид, может бросить только русский мужик, – заявила Ленка. – Француз бы никогда так не поступил.

– Откуда тебе знать?

– Я знаю. Ну, что ты на меня смотришь, как затравленный зверек? Пойми, конец любви – это не конец жизни. Ну, что, тебе теперь до конца жизни в трауре ходить? Надень черное и ходи, ежедневно оплакивая свою любовь, справляя по ней поминки.

– Вот и буду.

– Вперед! Дерзай! Пойми, разрыв произошел, потому что все к этому шло. Леонид бросил тебя, потому что это должно было когда-нибудь случиться. Он гулящий женатый кобель. Что ты от него хотела?

Ленка достала бутылку ликера, поставила ее передо мной прямо на пол и убежденно сказала:

– Это то, что тебе сейчас нужно.

Мне очень хотелось заглушить душевную боль, поэтому мы с Ленкой пили, чокались и произносили различные тосты, касающиеся мужчин и нашего к ним отношения. Ленка выключила компьютер, включила телевизор, нарезала яблоко в качестве закуски и пыталась меня успокоить.

– Только квартиру не вздумай продавать, – советовала мне она. – Слишком много потерь. Мало того, что ты мужика потеряла, так еще, того гляди, и квартиры лишишься.

– Так что же мне делать?

– Вообще ничего не делать. Пусть шантажисты рассылают эти фотографии, куда считают нужным. Не думай об этом.

– Что значит «не думай об этом»? А если меня возьмут под стражу? Мне тоже об этом не думать? Если обвинят в том, что это я отравила шефа «Ориона»? Ты только представь. Я думала, что за меня хоть Леонид заступится, но он очень тщательно подготовился к встрече с милицией. Он скажет, что не имеет ко мне никакого отношения, что я уволена по статье и что я продалась конкурирующей фирме для того, чтобы сливать ей нужную информацию о «Каскаде». Получается, что все факты против меня. Все! Меня просадят за решетку, и мне никто не поможет.