Чтение онлайн

— Ты думал, что отец оставил тебя у матери из-за того, что ты полукровка? — Ахнула я. Нет, понятно. Что это его задевало, но ведь по поведению Кэлиниэля с самого начала понятно было, что на это ему плевать. Он любил сына таким, какой он есть.

— Так говорили дома. — Тихо ответил Юнтон. — Я понимаю теперь, что это не правда. Но я думал, что у него есть дети.

— У него есть ты.

— Да.

— Теперь ты поговоришь с ним?

— Теперь я сгораю от любопытства, удивления, и нетерпения. Конечно, я поговорю с ним. Пойдем быстрее, он уже давно ушел.

До ритуала нам не удалось перекинуться друг с другом и словом, как-то внезапно разбрелись по дворцу каждый по своим делам. Кэлиниэль сбежал от нас еще от королевского кабинета, меня перехватил по пути за ним Риорналь, хотел обговорить, где мне стоять и что делать, а куда делся потом Юнтон мне неизвестно.

Как бы то ни было, а ритуал начался примерно через час после того, как мы вышли от Владыки.

Храма, как такового у Леса не было. Он не нужен ни ему, ни эльфам. Можно даже сказать, что сам лес и есть его храм, а эльфы, решительно все, в нем живут. Но алтарный камень у Леса был. Или, скорее, Алтарный пень? Нет, не нужно смеяться, это, правда, был пень. Но пень совершенно особенный. Прежде всего, он был огромных размеров, в несколько обхватов. Даже подумать страшно, сколько лет было тому дереву, которым этот пень когда-то являлся.

Но просто размер не являлся чем-то уникальным, я уже видела дома такие деревья, и даже больше. Но вот ощущение Алтаря в этом пне совершенно непередаваемо. Если Алтари Лэмира я чувствую словно родственников, близких, но с которыми я пока почти не знакома, то этот Алтарь мне совершенно чуждый, хоть и явно дружественный. От него пахло свежестью. А может это от того, что мы в лесу, не знаю.

Мы втроем стояли на этом пне. По началу мне казалось, что это не почтительно, залезать ногами на алтарь, но Риорналь заверил меня, что все в порядке. И, справедливости ради, на этот Алтарь мы всем двором могли залезть и даже тесно не стало бы. Но нет, только Риорналь, его ученик и я. Все остальные, включая Владыку, наблюдали издали. Я тоже только наблюдала, но немного поближе. И еще, Риорналь сказал, что если Лес захочет еще раз со мной поговорить, то лучше мне быть здесь, так я смогу слышать его намного четче.

Риорналь и его ученик, молоденький на вид светловолосый эльф стояли в центре друг на против друга и держались за руки. Вокруг них стало появляться зеленое сияние, состоящее из множества оттенков этого цвета. А может, оно вокруг них всегда было, просто видно его стало только сейчас, не знаю. Рирналь медленно и торжественно начал произносить какую-то фразу на эльфийском. Я не понимала что она означает, Юнтон отказался учить меня языку быстрым способом. Но я поняла суть, сама не знаю каким образом.

Риорналь приветствовал Лес. Вероятно это фраза ритуальная, потому что сияние вокруг него стало ярче. Он продолжил говорить, о том, как тепло он относиться к Лесу и как долго служил ему. Сияние становилось все ярче с каждым словом Служителя. И вот, когда, казалось, ярче уже не куда, Риорналь сделал крохотную паузу, а сияние вспыхнуло зеленым костром, словно отделяясь от эльфа. Оно его не покинуло и не отделилось, но было видно, что только пока. Дальше Риорналь просил Лес отпустить его. Просил витиевато, длинно и красиво. Мне была понятна лишь суть просьбы, не слова, сказанные им. Поэтому я просто слушала красоту эльфийского языка, напоминающего песню.

И когда Служитель закончил, с его последним словом сияние отделилось от него и перешло к его ученику. Ученик все так же приветствовал Лес и говорил, что рад служить ему. Мне, признаться, было не интересно, что именно он говорит. Меня интересовало, как это сияние угнездилось на парне. Как бы обхватив, прирастало к его собственной энергии, не оставляя ни следа, ни шва, ни шрама. Кроме одного.

Риорналь держал ученика за руки ладонями вверх, поэтому мне были отчетливо видны запястья парня. И на них, едва заметно, проявилась волнистая линия. У меня тоже такая есть, но я не знаю, что это означает. Лэмир мне помочь с этим не мог, сказал, что мелкий символизм его никогда не интересовал достаточно сильно, что бы заучивать все человеческие знаки наизусть. На каком-то уровне он это знает, но уровень этот бессознательный.

Теперь же есть шанс узнать, что же это такое.

— Здравствуй, Мая. — Совершенно без предупреждения заговорил со мной Лес.

— Здравствуй, Лес.

— Я благодарен тебе.

— Ты уже говорил это. Но мне это было не трудно. Так что не стоило. — Да, я сама скромность. Просто, неловко как-то принимать благодарность от Бога.

— Скромная. — тоже заметил Лес. — Мне нравится. Я хочу тебя наградить.

— Я буду рада. — Я не решилась отказываться. Да и зачем, в конце-то концов? Хочет наградить, так пускай, я порадуюсь.

— Хорошо. Я дам тебе немного моей магии, как у моих детей.

— Эльфийской магии? — Уточнила я. Вот это здорово, наверное. Учитель говорил, что очень мало людей имеют способности к эльфийской магии, а осваивают ее и вовсе единицы.

— Да. Немного. Но для ориентирования в лесу хватит.

Вот это здорово. Теперь награда заиграла яркими красками. Мне очень не нравиться, что я одна тут плутаю меж деревьев.

Разговор прервался так же внезапно, как и начался. Лес закончил его, не прощаясь. Наверное, это и правда ни к чему, ведь мы и не прощаемся. Он же кругом здесь. Просто мы прекращаем говорить друг с другом.

— Как ты, Мая? — Спросил меня Риорналь, пока его ученик привыкает к новой для себя роли. А может, он разговаривает со своим Богом. Ведь он-то может делать это про себя.

— Не разобралась еще. Но как вы? Я думала, что после того, как Служители перестают быть Служителями, они умирают.

— Не совсем так. Бог перестает искусственно поддерживать жизнь своего Служителя. Но мне и не надо поддерживать жизнь искусственно, эльфы живут очень долго, почти бесконечно долго. У тебя есть какие-то вопросы, или, может быть, спустимся к Владыке?

— Да, есть один вопрос. Что это за волнистые полосы на запястье вашего ученика появились? Они что-то значат?

— Да. Это означает, что прежний Служитель хоть и покинул свое место, но все еще жив и, по воле Бога, может вернуться к своей прежней роли.

— Этот знак одинаков для всех Богов или только для Леса.

— На сколько я знаю, для всех Богов этот знак един. — Ответил Риорналь.

Спускаясь с Алтаря я могла думать только о том, что же это все могло значить? Что предыдущий Избранный Служитель Лэмира до сих пор жив? Ведь этот символ и на моих запястьях. Но он ведь был человеком, в хрониках об этом ясно сказано. А прошло уже четыреста лет. Как же он выжил так долго? Да и еще вне поля зрения Лэмира. Не хорошее предчувствие буквально накрыло меня с головой и остаток вечера до самого дома я провела погрузившись в собственные мысли.

В архивы нас пустили на следующее утро. Наконец-то. Мы и так слишком долго здесь развлекаемся, неизвестно, что могло случиться в Карноре за это время.

Отвести нас должен был Кэлиниэль, молчаливый, но совершенно спокойный. По нему и не скажешь, что между нами существовали какие-то недопонимания. Юнтон пояснил мне позднее, когда мы отстали от Кэлиниэля на улице.

— Я поговорил с ним. — тихо сказал он.

— С кем? — Поначалу не поняла я. Меня захватило окружающее нас пространство. Это было так необычно, видеть лес таким. Но разобраться в новом видении мне не удалось, пришлось вникать в то, что говорил Юнтон.