Чтение онлайн

И мы выкладываемся на концертах и репетициях, много и честно работаем. Как все талантливые и востребованные артисты, а их мало, Владимир Натанович очень занятой человек, но всегда в курсе дел, у кого в коллективе что происходит. В любой проблеме выручит, поможет, обязательно найдет нужное слово.

Многим он дал дорогу на большую сцену и продолжает поддерживать до сих пор. Например, мне он помогает не потерять себя как певицу. И я очень ему за это благодарна.

Владимир Натанович, спасибо вам огромное! Живите долго и счастливо на радость близким, нам и вашему неизменному Зрителю!

– Меня зовут Герман Леви, я хочу добавить несколько слов. Когда после «Фабрики звезд» продюсера Матвиенко в 2003 году я искал работу, мне очень хотелось гастролей, зала – всего того, к чему я уже успел привыкнуть. А поскольку всегда, с пяти лет, работал с пародией, то выбор был предопределен. Люди, окружавшие меня, не думали, что это будет серьезно, а я уже в двенадцать лет из Самары, где тогда жил, отправил кассету со своими пародиями Винокуру. Там было попурри женских голосов. Ему понравилось, но он не знал, что с этим делать. Я продолжал совершенствоваться, выступал и постепенно в Самаре стал популярен. С возрастом стал понимать, что со стороны Винокура это был не отказ, просто я был слишком молод. Уже в сознательном возрасте одна моя подруга, Саша, актриса, подбила меня сходить к нему на кастинг. Неудобно было ему навязываться, но я пришел. Он посмотрел, назвал меня самым наглым, и я стал петь: выдал тридцать голосов по списку. Вел с Владимиром Натановичем диалог-импровизацию. От имени Диброва. Он подшучивал надо мной, и я расслабился, почувствовал себя в своей тарелке. Показав себя, я ушел довольный, но даже не надеясь на звонок. Винокур позвонил мне на другой день, пригласил показаться режиссеру Любови Гречишниковой. Она меня прослушала. И Владимир Натанович сказал, что образ Киркорова ищет. Мне дали три месяца сроку, а я на другой день уже был готов записывать Киркорова. Костюм нашли, и сразу взяли меня на гастроли. После «Фабрики» было приятно сменить коммерческий тур на творческий.

Владимир Натанович сам помогал мне собираться, бросая в гастрольный чемодан костюмы, приговаривал: «Не каждый день тебе заслуженный артист чемоданы собирает». В этой поездке я понял, что коллектив состоит из единомышленников, и у руководителя Винокура очень творческий подход. Он добрый, это видно по нему. Простой и очень умный, театр, по сути, только на нем и держится. У Владимира Натановича мощная энергия, но он все очень тонко чувствует. Моя гиперответственность часто мешает мне, он это видит и может успокоить одним словом. С ним не хочется надевать маски, лицемерить. Он сам очень искренний, теплый человек. А театр – это не шоу-бизнес, не тупое зарабатывание денег организаторами, здесь доминанта творческая. Он как отец. И он не страшный, с ним хочется в жизни ближе общаться. Он все время шутит. Беззлобно. Перевоплощается только на сцене, эти образы не переносятся в жизнь.

Владимир Натанович обаятелен, интеллектуал, настолько все делает профессионально, и находится постоянно в развитии. Винокуру это все интересно, и он абсолютно независтливый. Часто пародисты ненавидят друг друга, а он иной, он все уравновешивает. Он аккуратно учил меня жить в коллективе равных себе. Закулисные склоки портят, мешают расти. Находясь рядом с Винокуром, я расту как личность и очень за это благодарен. Хочу пожелать Владимиру Натановичу крепчайшего здоровья, он такой трудоголик. Надо отдыхать и учиться беречь себя. Остальное у него есть.

– Меня зовут Ирида Хусаинова. Я согласна, у Винокура есть все, что нужно артисту, и прежде всего в актерском и человеческом плане. Я тоже в театр попала демократично – прошла через кастинг. И не надеялась даже, что подойду, а теперь работаю с самим Винокуром! Он мягкий и щедрый, и меня поразило то, как трепетно он относится к своей маме, во всем ее поддерживает. Это дорогого стоит. И нас, артистов театра, он никогда не муштрует, все замечания по делу. Главное, что актерское нутро дает проявить. Работать у него в театре здорово и весело. Он изюмина в коллективе, творческий наш парусник. Добрый. Позитивный. И нас так же настраивает. Здорово, когда такие люди есть – самый лучший начальник – коллега, партнер, никакого давления сверху по вертикали власти. За счет этого мы команда, потому что нас ведет опытный руководитель. Искренне хочу пожелать ни в коем случае не меняться, здоровья его маме и ему самому, потому что артист такого класса себе не принадлежит, он принадлежит своему зрителю.

Наша личная встреча с Владимиром Натановичем состоялась где-то в восемьдесят шестом – восемьдесят седьмом году в Афганистане. Я, естественно, и раньше хорошо знал его как артиста. А вот теперь знаю еще как друга и очень этому рад.

В то время в Афганистане была напряженная ситуация, и Винокур приехал с концертами, чтобы поддержать наших ребят. С тех пор о нем можно говорить словами из песни. «Обожаю, обожаю, обожаю!» Душевное состояние у меня выравнивается, когда я вижу Винокура, когда вспоминаю о нем.

Володя же не только юморист, в хорошем понимании этого слова, но он еще и очень серьезный человек. Смотришь на него из зрительного зала, и кажется, что он такой веселый, юморной, а на самом деле в жизни он бывает очень серьезным и решает очень серьезные проблемы. И это хорошо. Он все время кому-то помогает. А у Винокура иначе и быть не может. Достаточно посмотреть на его замечательную маму и на его отношение к родным, близким, друзьям и к недругам тоже. У него нет ненависти ни к кому и ни к чему, он очень хорошо относится к людям. Народ-то его не просто так обожает – от Володи исходит любовь. От манеры поведения, от облика, от манеры разговаривать.

Он никогда не бросит, не предаст. Это естественно. И ему, безусловно, присущ невероятный талант. В совокупности это и дает такую особую винокуровскую харизму.

Он часто рассказывает, как разыгрывал своих друзей, но со мной Володя такого еще не проделывал. Зато у нас с ним есть особая система общения. Когда он мне звонит, он говорит не «Здравствуй», а «Ноль ноль девять!». А я ему отвечаю: «Ноль ноль семь».

С Винокуром у нас в Афганистане была одна история. На моей памяти больше не было случая, чтобы артисты напрямую попали под обстрел. А у Винокура на концерте в штабе армии в Кабуле, как только начался концерт, практически одновременно открылся обстрел нашей территории. А народу битком в зале, Володя сам концерт ведет. Мне бы из зала рвануть и принять меры, как высшему должностному лицу, но нельзя – это вызвало бы панику. И выйти нельзя, чтобы выяснить обстановку. Надо было сидеть с улыбкой на лице и всем своим видом показывать, что не в первый раз такое случается и что ничего из ряда вон выходящего не происходит. А сам сижу и думаю, что это помещение, в котором мы находимся, довольно большая сборно-щитовая конструкция, и при попадании снаряда… не дай бог! А Винокур выступает и на меня посматривает, уйду или не уйду. В общем, мы выдержали это испытание. Обстрел был короткий, но очень интенсивный. Слава богу, никто не пострадал. Как знать, может, винокуровское везение отчасти этому поспособствовало. У артиллеристов есть такое понятие, что первый снаряд – недолет, второй – перелет, а третий точный. Мы считали, сколько было этих реактивных снарядов. Конечно, больше трех, но точного попадания так и не дождались. Потом Володя со мной своими впечатлениями делился, и все с юмором.

Вспоминаю еще случай, когда в 97-м артисты плыли по Волге с «Аншлагом», и Винокур внезапно слег в Новгороде с аппендицитом. Я в то время был неподалеку и, как только узнал о случившемся, рванул к Володе на машине. Его уже прооперировали, опасность миновала, и тут я как снег на голову свалился. Он был приятно удивлен и обрадован. Явно не ожидал меня увидеть.

Володя, и это понятно, уже не изменится. Он останется таким же замечательным другом, веселым человеком и талантливым артистом. Я хочу пожелать тем, кто знает Винокура, чтобы эти люди были ему верны, никогда его не бросали и всегда любили так, как он этого заслуживает. Ведь таких, как Володя, на самом деле раз – и обчелся. И это правда.

Я уже и не вспомню, с чего началось наше с Винокуром общение и когда это произошло. Такое впечатление, что я всю жизнь его знал. Володя яркий человек и очень надежный. Когда живешь в таком большом городе, как Москва, несмотря на наше кажущееся благополучие, величие, кажущееся «все могу и все знаю», мы прежде всего люди, и каждый из нас очень раним, каждый нуждается в дружеском участии. А Володя умеет дружить! Если к нему не то что обращаешься с проблемой, а просто делишься своими переживаниями, он тут же включается и начинает этот вопрос решать. Звонит всем своим знакомым и на следующий день перезванивает и добивается результата. Считается, что на Кавказе умеют дружить, и он в этом плане даже превосходит многих кавказцев. Володя все принимает близко к сердцу, использует все свои возможности, чтобы поддержать друзей. У нас с ним в жизни было множество разных ситуаций, таких как вопрос похорон и установки памятника Муслиму Магомаеву. Володя, кстати один из немногих, очень переживал вместе со мной по этому поводу.

Он чрезвычайно позитивный человек, добавляет веселья в жизнь, окрашивая ее яркими цветами. О его остроумии, о способности импровизировать, о его фантастической реакции ходят легенды. Это знают все. Он не может попасть в сложную ситуацию: если во время концерта из зала доносится какая-то реплика, Винокур так среагирует, так ответит, что публика будет рыдать от смеха. Для него это все как прочитанная книга. Его невозможно обескуражить. Даже технические неурядицы, как, например, захрипевший вдруг микрофон, он так обыграет, что выйдет еще и смешнее в сто раз, чем с нормально работающим микрофоном. В этом Володе равных нет вообще, и это не обсуждается. Это что касается сцены. А вот то, что он может устроить в жизни, я думаю, мало кому под силу. Если у вас в компании находится Володя Винокур, кто бы ни находился там, все будут кататься по полу от смеха! У меня недавно друзья приезжали из Америки, солидные взрослые люди, не бедные, знающие Винокура много лет как артиста, а тут попали с ним в одну компанию. Они уже двадцать лет в Америке прожили, много видели, и рассмешить их не так-то просто. В итоге уже после возвращения, спустя недели две, они звонят мне и рассказывают, что до сих пор под впечатлением от общения с Володей. У людей была истерика в хорошем смысле этого слова. Они опоздали на самолет, но совершенно ни о чем не жалеют, потому что даже не представляли, что такое вообще возможно! Для меня это не удивительно, просто Володя невероятно талантливый человек. У него редкий дар приземлять любую ситуацию. Если рядом большие начальники и высокие чиновники, многие подпадают под влияние серьезного звания, становятся заложниками ситуации. Володю не выбьешь из седла. Он ситуацию трансформирует под себя, чтобы ему было легко и удобно общаться. Высокому начальнику вместо привычного «Здравствуйте» он скажет: «Привет! Как дела?» и первым протянет руку. Естественно, ему ответят тем же. Уже они на «ты», уже все становится на свои места, и Винокур опять хозяин положения! Это гениальная способность большого мастера и большого артиста быть не закомплексованным и не отделенным рампой. Это непередаваемо, что он вытворяет с официантами в ресторанах, как чудит с водителями! Это отдельная легенда! У него миллион экспромтов, которые ставят любого человека в такие рамки, что он вынужден что-то отвечать, и делается это очень деликатно и смешно. Именно в этой деликатности его отличие от новых юмористов, которые зачастую шутят на уровне хамства, манипулируя людьми. У Володи это происходит легко, деликатно и со вкусом.