Смех Циклопа
Шрифт:
Она достает три бумажки по десять евро.
– Я рискую местом, мадемуазель. В этическом плане это совершенно неприемлемо.
Заглянув в свой кошелек и убедившись, что купюры иссякли, Лукреция Немрод утрачивает терпение.
Что ж, прибегнем к ключу номер два.
Не давая пожарному опомниться, она хватает его за запястье и так резко выворачивает, что у него от боли лезут на лоб глаза. Он роняет сигарету и жалобно стонет.
– Все так хорошо начиналось, – произносит она вкрадчиво. – Через две минуты вам придется выбирать: вспоминать мой визит либо хорошо…
Она подносит к его носу последнюю купюру.
– …либо плохо. Решать вам.
Он корчит рожу.
– Раз происходящее противоречит моей воле, проблемы с этикой больше не существует.
Лукреция Немрод разжимает хватку и небрежно выпускает деньги. Пожарный ловит их на лету и прячет в карман.
Потом он пожимает плечами, как ни в чем не бывало подбирает свою сигарету и ведет Лукрецию к запертой двери. В комнате видеонаблюдения он садится перед экраном, переписывает видеофайл на лазерный диск и, поглаживая усы, отдает диск журналистке.
– Будем считать, что вы нашли это в мусорной корзине.
15
«В чем разница между политиком и женщиной?
Если политик говорит «да», это значит… «может быть».
Если политик говорит «может быть», это значит… «нет».
Если политик говорит «нет», все считают его мерзавцем.
А если женщина говорит «нет», это значит… «может быть».
Если женщина говорит «может быть», это значит… «да».
Если женщина говорит «да», все считают ее шлюхой».
Из скетча Дариуса Возняка «Война полов с вашим участием».
16
Рука вставляет диск в компьютер и запускает программу воспроизведения.
В чем загадка синей шкатулки?
На экране появляются четыре картинки – изображения с четырех камер, висящих на потолке за кулисами «Олимпии».
Она устанавливает время на несколько минут раньше трагедии.
23 часа 23 мин. 15 сек.
Перед дверью гримерной толпятся поклонники с цветами и подарками. Некоторые в масках, некоторые раскрашены под клоунов.
Великий репортер Флоран Пеллегрини, ее сосед по кабинету, садится рядом.
– Что за клоуны в розовом?
– Помнишь программу Дариуса «Я всего лишь клоун»? Ну вот… Даже зрители в первых рядах обычно гримируются под клоунов, одеваются в розовое и закрывают правый глаз черной повязкой.
23 часа 24 мин. 18 сек.
Вид сверху: в коридоре появляется Дариус.
23 часа 25 мин. 21 сек.: он направляется к своей гримерке.
Двое журналистов смотрят запись в замедленном режиме. Несколько человек протягивают Дариусу пакеты, он берет их на ходу. Вот он останавливается и разговаривает с кем-то, вручающим ему маленький предмет.
23 часа 26 мин. 9 сек.
Она останавливает и увеличивает изображение.
Картинка мутная, но видно, что некто, загримированный под клоуна, сует ему лакированную шкатулку. У клоуна большой красный нос, волосы спрятаны под красную кепку.
Лукреция делает масштаб еще больше и убеждается, что грим у клоуна не такой, как у остальных. Нарисованный рот не улыбается, уголки губ грустно опущены вниз, на правой щеке блестит слеза.
– У меня была глухонемая сестра, я умею читать по губам, – сообщает Флоран Пеллегрини. – Возможно, я смогу тебе помочь.
Журналистка выводит на экран огромный рот и запускает замедленный пофразовый просмотр.
Пеллегрини пододвигается к самому экрану.
– Он говорит ему: «Это то… что ты… всегда… хотел… узнать».
Лукреция Немрод отматывает назад, ищет самый четкий кадр с грустным клоуном и увеличивает его.
С принтера сходит распечатка.
Флоран Пеллегрини подносит к глазам синюю шкатулку и рассматривает ее через очки.
– Ты держала ее без перчаток? Теперь твои отпечатки перемешаны с чужими.
Надо же, не сообразила! Вот дура!
Репортер почти касается стеклами шкатулки.
– BQT. Что бы это значило?
– Посмотрим в интернете.
Он запускает «Гугл».
– Boeuf Qui Tourne [2] , сорт барбекю.
– Belle Queue Tordue [3] , порносайт.
– А если по-английски? – предлагает Флоран Пеллегрини.
– Boston Qualifying Time [4] .
– Be QuieT [5] .
2
«Вращающаяся говядина» (фр.).
3
«Белоснежка с разорванной глоткой» (фр.).
4
«Квалификационное время для бостонского марафона» (англ.).
5
«Будь спокоен» (англ.).
– Big Quiz Thing [6] . Одно другого бессмысленнее!
Флоран Пеллегрини водит пальцем по позолоченным буквам на крышке и по надписи «Не смейте читать!».
– Внутри находилось вот это, – говорит ему она.
Он осторожно берет у нее бумажку, черную с одной стороны, белую с другой.
– Это фотобумага «Кодак» с медленным затемнением. Наверное, на ней был текст. Дариус прочел его, а потом бумага почернела, и текст стал нечитаемым. Если так, то встает три вопроса: 1) что за текст был на фотобумаге? 2) как умер Дариус? 3) кому понадобилась его смерть?
6
«Большая викторина» (англ.).
Лукреция задумчиво убирает со лба длинную рыжую прядь.
– Что, если он умер от смеха?
Великий репортер неприязненно морщится.
– От смеха? Какая ужасная смерть!
– Ну, не знаю… Может, наоборот, приятная.
– Брось, ты не представляешь, какая это может быть боль! Доводилось тебе неудержимо хохотать? Сводит ребра, живот, горло, вся голова в огне, ты задыхаешься! Умереть от смеха? Ужас!
Молодая женщина силится вспомнить, когда она неудержимо хохотала в последний раз.
– В общем, – продолжает репортер, – твое расследование взяло хороший старт. Наша Тенардье хотела удивиться, и ты ее не разочаруешь. «Убийственный текст» – это уже кое-что новенькое, но «текст, после которого умираешь от смеха», – настоящий эксклюзив! Сначала я не очень-то верил в твою версию убийства, но теперь должен признать, что ты не промах. Браво, малышка!
– Не называй меня малышкой, – огрызается она.
Флоран Пеллегрини улыбается, заглядывает ей в глаза.
– Почему ты заинтересовалась этой историей, Лукреция? Только честно. Ведь это не только профессиональный интерес? Слишком энергично ты за это взялась. Я умею видеть разницу между простым любопытством и одержимостью.