Смех сквозь слезы
Шрифт:
Дом на Провиантской они нашли стазу же. Действительно, его нельзя было не заметить: облупившийся и старый, он так глубоко сидел в земле, что в окна можно было стучать ногами. Но мальчики постучались все-таки традиционно, рукой.
– Что говорить-то будем? – спросил Антон.
– Правду, – ответил ему Славик и почесал в затылке. А правда эта выглядит очень неправдоподобно. Поверит ли?
Калитку открыла дряхлого вида старушка и, ничего не спрашивая, потопала обратно по дорожке в дом. Ребята переглянулись: следовать за ней или разворачиваться обратно?
– Что вы там застряли? Никак понравилось? – уже с порога спросила бабулька, словно она кого приглашала в дом.
– Так бы и сказала, – тихо буркнул Славик Антону.
– Вот я и говорю, – отозвалась старушка.
У ребят глаза стали больше раза в три или в четыре. Как она могла услышать, если Антон еле разобрал Славкины слова? Стало сильно неуютно, и захотелось уйти.
Ребята прошли в дом и застыли. Разруха, которую мальчики видели снаружи, оказалась цветочками по сравнению с тем, что они увидели здесь. Грязно-серые беленые стены украшали лишь веники сушеной травы. Из мебели только стол, плита и железная кровать с растянувшейся сеткой. Вытертые деревянные полы были грязнее, чем тротуар на улице.
Старушка без лишних слов прошла к столу и, сев за него, продолжила прерванную ранее работу: перебирать какие-то сушеные травы и связывать их в пучки, похожие на те, что были развешены по всем стенам в доме. Мальчикам показалось, будто она их не замечает или не хочет замечать. Стало как-то неловко и оказалось, что руки совершенно некуда деть. Ребята переминались в дверях с ноги на ногу, а хозяйку нисколько это не беспокоило. Наконец, Славик не выдержал и кашлянул два раза.
– Что раскашлялись? Заразу мне только разводите, – отреагировала старушка. – Давно бы уже прошли и спросили, что хотели.
Мальчики не знали, как реагировать на такое гостеприимство, точнее, на его отсутствие. Антон потянулся к кроссовкам, чтобы развязать шнурки, но бабка его сразу же одернула.
– Чаво эт у тебя обувка лишняя, или носки о мой пол испачкать хочешь? Неча мою грязь на своих ногах домой утаскивать. Она мне самой пригодится.
Ребята это поняли, как приглашение проходить не разуваясь и решили рискнуть так поступить. Старушка ничего на это не сказала, а, значит, ребята не ошиблись в своих выводах. Они встали у стола, не зная, что делать дальше. Стул в доме был только один, и тот под старушкой. Опять затянулось неловкое молчание.
– Мы это, – решился на что-то Славик, – спросить хотели. Про траву. Да, Антон? – попытался найти поддержку у друга мальчик. Ему трудно было говорить, поскольку хозяйка дома никак не реагировала на Славкины слова.
У Антона язык словно прирос к небу: в ответ он промычал что-то нечленораздельное и, по всей видимости, утвердительное.
– Вот, – отшвырнула старушка один из перебираемых пучков, похожий на небольшой букетик.
– Что вот? – не понял Славик.
Старушка оставила свое занятие и удивленно посмотрела на ребят, точно они задали сейчас очень глупый вопрос.
– Разрыв-трава, что же еще. Ведь она вам нужна.
Ребята, не сговариваясь, разом открыли рты: откуда она узнала? Славик робко протянул руку к заветному пучку, не зная, что еще можно ожидать от этой бабки.
– С-спасибо, – отчего-то заикнувшись, сказал он.
Антон растерянно кивнул в знак благодарности: он все еще не мог членораздельно разговаривать. Старушка, опять же, никак не реагировала на благодарность, она молча продолжала перебирать свои пучки. Ребятам показалось, что наступило самое время уходить.
У самых дверей они вновь услышали голос старушки.
– Ночью не забудьте взять с собой травку. Будете спать ложиться, не выпускайте ее из рук.
Ребят удивили слова старой женщины, впрочем, как и все, что здесь с нею связано. Они вышли на улицу. Там уже было темно. Часов семь или восемь, определил Славик.
– В заброшенный дом так поздно идти опасно. Давай завтра туда отправимся.
– Ладно, – вновь обрел дар речи Антон. – А траву я с собой возьму, – «Так спокойнее», – про себя подумал он.
Славик против не был, он только хотел скорее попасть домой.
ГЛАВА 9
Антон сегодня лег спать рано, часов в девять. Пучок, как и советовала странная старушка, он привязал к запястью. Так точно не потеряет. Он очень устал от событий последних дней, поэтому как только коснулся головою подушки, сразу же провалился в пустоту. Сны ему не снились, и ночь, показалось, пролетела быстро.
Когда он проснулся, было еще темно. Удивило то, что кровать очень жесткая. Антон чувствовал себя разбитым, он отлежал бок, на котором спал. И в плечо что-то впивалось. Мальчик просунул руку туда и достал твердый предмет. Откуда здесь мог оказаться булыжник? Антон сел в постели. Да нет, это не постель: он на полу. Грязном, холодном полу.
Глаза присмотрелись к темноте, и мальчик увидел, что он находится в том доме, где они со Славиком обнаружили магическую книгу. Как же он здесь оказался?
– Добро пожаловать к нам в гости, – раздалось отовсюду: от стен, пола, потолка.
Антону и не надо было отгадывать этот голос, он его запомнит теперь на всю жизнь.
– Да, ты прав – это я, – материализовался из воздуха Ромюс, – соскучился по вам, видишь ли. А друг твой по тебе не скучает, – он повернул голову вправо. Антон тоже посмотрел туда и увидел Славика, – говорит, не стоит тебе посещать нашу компанию. Но мы с Аксотом так не думаем. Правда, Аксот?
Антон быстро повернул голову влево: этот, как табачный дым, стоял рядом и еле виден был при лунном свете. В плечо что-то впечаталось. Антон повернулся и увидел рядом с собой Славика.
– Они меня прямо из постели взяли, – тихо сказал он.
Антон подумал, может быть, и его тоже из кровати перенесли сюда. Хотя он был неуверен. Страшно захотелось пить. Он провел рукою по горлу, и шерстяная веревка, которой он привязывал траву, защекотала кожу. А пучка он не почувствовал.
Вздрогнув, Антон резко отдернул руку и посмотрел на запястье: разорванная нитка одиноко болталась на нем. Все. Пропал.
– Аксот особенно по тебе скучал, – продолжал говорить Ромюс. – Ты у него кое-что забыл. То есть кое-кого. Отдай мальчику то, что принадлежит ему, – обратился Рома к Аксоту.
Тот сдвинулся с места, не переставляя своих прозрачных ног. Он приблизился совсем вплотную к Антону, заглянул мальчику в глаза… Какие же противные мешки у Аксота под глазами.
– Ты забыл, – одним дыханием проговорил дух и вложил в руку скорпиона.
– Он мне не нужен, – как завороженный глядя в глаза духа, сказал Антон. Тот удивился.