Чтение онлайн

–Кем работает его брат, уже узнали?

–Он работает в какой-то фирме по продаже сельскохозяйственных удобрений, – ответил офицер. – Керим Вердиев, ему тридцать восемь лет, машину водит по доверенности, специально не переписывая на себя, чтобы она числилась за его старшим братом, полковником полиции.

–Ты запомнил их лица? – спросил Кулиев, обращаясь к Дронго.

–Я их даже не успел увидеть, – признался тот.

–А вы? – обратился генерал к Вейдеманису.

–Конечно, запомнил, – кивнул Эдгар.

–Пусть срочно пришлют его фотографию, – приказал Кулиев, продолжая разговаривать с офицером, – прямо сейчас.

–Куда послать?

–На мой телефон, и немедленно.

Кулиев закончил разговор, посмотрел на сидевших за столом мужчин и спросил у Дронго:

–Почему он принимал участие в твоем убийстве? Может, у него с тобой какие-то личные счеты?

–Я вообще не знаю ни его старшего брата, ни этого торговца навозом, – в сердцах бросил эксперт.

–Почему навозом? – усмехнулся Кулиев.

–Сельскохозяйственные удобрения, – напомнил Дронго. – Это может быть только высококачественный навоз. Кстати, откуда они получают свой товар?

Кулиев позвонил своему офицеру.

–Откуда они получают свой товар? – поинтересовался он.

–В основном из Турции, – ответил офицер, – но ряд поставок был и из Румынии.

–Ясно. Спасибо. Турция и Румыния, – сообщил он Дронго.

–Турция – союзник Америки, – напомнил тот, – а Румыния вообще стала недавно членом НАТО. Я вспомнил, что Бухарест является транзитной базой для перелета американских военнослужащих в Афганистан. Там тоже бывают свои проблемы, типичные для разных культур и языков.

–Я тебя не понимаю, – сказал Кулиев, – при чем тут Бухарест и убийство Шевалье?

–Вспомнил по аналогии. По-румынски черный чай означает «негро», – улыбнулся Дронго. – Знаете, сколько там бывает проблем с транзитными американцами? Во время кратковременных остановок в аэропорту темнокожие афроамериканцы просят принести им чай, и буфетчицы обычно уточняют: «Негро?» – то есть черный? А некоторые темнокожие американцы считают это намеренным оскорблением и лезут в драку. Ведь слово «негр» у них означает оскорбление.

–Не вижу никаких аналогий. У нас французского дипломата убили намеренно и очень вызывающе, – не согласился Кулиев, – и это не было результатом несовпадения разных культур, а всего лишь наглым вызовом нашему государству.

–Ты меня не понял. Я как раз подумал о том, что европейцы часто не понимают и не принимают восточных традиций, а люди Востока, в свою очередь, не хотят понимать и принимать нынешние представления о свободе европейцев и американцев.

–Мы не занимается такими проблемами, – нахмурился Кулиев, – у нас есть убитый дипломат, которого застрелили в нашем городе, и мы обязаны найти убийцу. Речь идет о репутации нашего государства. К тому же теперь выясняется, что эти неизвестные уже во второй раз пытаются повторить свой трюк и убить теперь эксперта, приехавшего сюда для проведения независимого расследования. Мы не можем допустить, чтобы эти люди действовали так открыто и безнаказанно.

–Ты считаешь, что Вердиев-младший может знать, кто именно в меня стрелял? – спросил Дронго.

–Убежден в этом. Если только твой напарник не перепутал и стреляли действительно из этой машины.

–Не стреляли, – снова вставил Вейдеманис, – стрелял только я, и всего два раза.

–Да, конечно, – согласился Кулиев. В этот момент его телефон просигналил о новом сообщении. Кулиев начал просматривать его, затем показал полученную фотографию Эдгару Вейдеманису. Тот внимательно посмотрел на изображение и, покачав головой, убежденно произнес:

–Его среди них не было.

–Срочно найдите Керима Вердиева, – приказал Кулиев, – как можно быстрее. И узнайте, на кого он оформил доверенность на машину.

–Я позвоню в ГАИ республики, – заверил его офицер.

–И как можно быстрее, – напомнил Кулиев, затем обратился к Дронго: – Я отправлю твою записку на экспертизу, пусть поработают с этой бумажкой и постараются что-нибудь определить. Может, на ней остались отпечатки пальцев.

–Не думаю, – возразил Дронго, – они не настолько глупы.

–Это мы еще проверим, – многозначительно произнес Кулиев и неожиданно улыбнулся: – Вот так ты встречаешь старых знакомых? Мог бы предложить нам что-нибудь еще, кроме чая и кофе. Хотя бы выпить за твое здоровье, ведь сегодня ты остался жив, значит, родился во второй раз.

Дронго принес бутылку коллекционного грузинского коньяка двадцатилетней выдержки, достал бокалы.

–Вот это другое дело, – кивнул Кулиев, – теперь выпьем за встречу. – Он поднял бокал, поднес к носу и пробормотал: – Пахнет шоколадом. Затем снова обратился к Дронго: – У меня последний вопрос. Кто еще, кроме твоего напарника, может знать все подробности дела?

–Больше никто, – твердо ответил Дронго.

–Поздравляю. Может, нам стоит подумать, как его подменить в делах твоей охраны? Он один может не справиться, могу дать тебе двоих наших офицеров.

–Я, видимо, неправильно вас представил, – улыбнулся Дронго. – Господин Эдгар Вейдеманис, бывший полковник КГБ, бывший сотрудник Первого главного управления. Надеюсь, ты понимаешь, что только его многолетняя подготовка помогла ему вычислить возможных нападавших, которые следили за выходом из ресторана, и опередить их на какие-то доли секунды.

–Хорошо. Убедил. Пусть твой напарник тебя и охраняет. Только будьте осторожны и не выходите из дома по пустякам.

–Это как раз то, о чем я его прошу, – вставил Эдгар.

Дронго разлил коньяк по бокалам. Поднял свой:

–За нашу встречу, ребята! Надеюсь, что у вас все будет хорошо.

Кулиев и Самедов переглянулись.

–Мы тоже на это надеемся, – сказал Самедов.

Все пригубили свои бокалы. Коньяк был великолепный. Дронго взглянул на часы – до назначенного времени еще оставалось около полутора часов.

–У нас еще есть немного времени, – спокойно сказал он.

–Главное – не опоздать, – напомнил ему Эдгар.

Ни один из них не мог даже предполагать, к чему приведет эта встреча и что именно они смогут узнать.

Оба генерала уехали через двадцать минут. Самедов пообещал утром позвонить в районную полицию и разобраться во всем. Когда они ушли, Вейдеманис взглянул на Дронго:

–Небольшая страна, где все друг друга знают. Это неплохо, что у тебя столько знакомых генералов. Плохо, что о твоих передвижениях знают все, кому не лень, и каждый делает соответствующие выводы из твоих встреч.