Чтение онлайн

Магия всколыхнулась и тут же притихла обиженной псиной: адастровый браслет действовал безотказно. Ларе захотелось разреветься! Даже поставить на место наглеца и то не может! Тартис поймал ее взгляд и, будто строгий учитель, с укоризной покачал головой.

– Не верю, что они вернутся, но если вы умрете раньше времени, меня могут оставить без повышения. А я жду его уже полгода. Так что посплю здесь. На диване,– улыбнулся и подмигнул: – Если очень попросите, могу составить вам компанию на кровати.

Ларе показалось, она сейчас взорвется. Гнев ударил по коже мириадами колких частиц. Сжала кулаки, проверяя, слушается ли тело. Медленно поднялась с кровати, подошла к Тартису, посмотрела на него снизу вверх и прошипела.

– Убирайтесь сейчас же! Надоели еще днем! Плохо от одного вашего вида! – вдохнула поглубже и выпалила: – Если вам так неймется, могу подкинуть денег на девочек.

Тартис криво усмехнулся и снова покачал головой:

– Не стоит, я не бедствую, – схватил ее за подбородок и смерил надменным взглядом: – Хотите умереть, не стану мешать. Пойду к себе, но если вдруг передумаете, кричите, я неподалеку.

Отпустил ее и бодро зашагал к двери. Лара вздохнула с облегчением: его взгляд внушал страх и почти лишал воли, а ей ужасно хотелось побыть одной. Нет, она, конечно, уже достаточно времени провела в одиночестве, когда гостила у хранителей договора, но это было не в счет. Дома оставаться наедине с собой было куда приятнее.

Порылась в своих бумагах и достала материалы для утренней лекции, отыскала ключ от комнаты и впервые за несколько лет заперла дверь. Раз на магию надежды нет, придется использовать механические способы. Зашторила оба окна. Посмотрела на тумбу, где Тартис оставил свои вещички для первой помощи, и улыбнулась. Отдаст завтра. Хотелось верить, что мужчина понял ее намек и больше не позволит себе лишнего. Созвучие созвучием, но прыгать в постель к первому встречному она не привыкла.

Опрометчивые поступки, конечно, случались иногда, но, как правило, такие связи не имели продолжения. Усмехнулась дурацкой мысли: все ее связи после смерти Панту не имели продолжения. Баловство, да и только. А уж с Фандом и вовсе был обычный постельный договор, прикрытый благовидной помолвкой. Вдвоем оказалось не так скучно по ночам, а о большем речи не шло. Забыла бы о нем через неделю после убийства, но не удалось.

Кивнула накрытой платком клетке с Кики и принялась расстегивать пуговицы на блузке. Самое время переодеться в домашнее. Тартис пытался казаться приличным мужчиной и оставил застегнутой примерно половину, хотя для обработки шрама достаточно было расправиться с парой-тройкой верхних петелек. Занималась последней перламутровой кругляшкой, когда кольнули сомнения, и Лара отвлеклась от одежды. Посмотрела на клетку. Тяжело проглотила застрявший в горле ком и воровато оглянулась по сторонам. Показалось, в комнате кто-то есть.

Клетку укрывал чужой платок. Изящный, из тонкой дорогой шерсти, серый в крупные болотные ромбы. У Лары такого никогда не было. Интересно, это Тартис накрыл птаху, чтобы та не верещала, или напавший маг поджидал Лару в комнате и набросил платок на Кики? И куда делся тот, который обычно использует она?

Лара вздохнула и принялась застегивать пуговицы. На душе было неспокойно, и чтобы хоть как-то разобраться в происходящем, она решила поинтересоваться у Тартиса, в каком виде тот застал птицу. Поменяла платок на клетке на свой халат, отперла комнату, вышла в полутемный пустой коридор и постучалась в соседнюю дверь.

Ничего! Лара постучалась еще раз. Только тишина. Ударила по двери со всей силы и, кажется, опять разозлилась. Как, интересно, он собирался ее спасать, если сам заснул при первой возможности? Махнула рукой. Поговорит с этим соней завтра с утра. Заодно расскажет, что думает о его способностях защитника. Выругалась вполголоса и развернулась к своей двери. И тут же заметила Тартиса.

Он вошел в коридор с лестницы. Держал в руках букет желто-оранжевых рудбекий. Издалека они походили на ромашки-переростки с неизвестной изменившей их окрас болячкой. Лара любила эти цветы. В детстве они казались ей спустившимися с неба частичками солнца. Обещали тепло и радость даже в прохладные осенние деньки.

Заметив ее, дознаватель ускорился.

– Что-то произошло? – поинтересовался, когда подошел ближе. Показалось, он немного смущен тем, что его поймали с букетом.

Лара улыбнулась. Все-таки рудбекии поднимали настроение. Даже когда они предназначались другой.

– Заносите цветы к себе и приходите, мне есть чем поделиться, – благодушно пробурчала она.

– Их не нужно заносить ко мне, – сделав ударение на «ко мне», возразил Тартис. – Они для вас,– неловко улыбнулся и продолжил медленно, явно взвешивая каждое слово: – Хотел извиниться за утро. Не знаю, что на меня нашло. Я обычно более обходителен с женщинами.

Лара рассмеялась.

– Напоминаете мне горе-выпивоху, который перебрал немного и приставал к хозяйке харчевни. А на следующий день пришел извиняться. Еще скажите, что вы не хотели и вам не понравилось…

– Хотел, – он все-таки вручил ей букет, и Лара с наслаждением втянула свежий горьковатый запах цветов. – И понравилось. И при других обстоятельствах с удовольствием бы повторил. Но связь с вами может помешать расследованию, поэтому я постараюсь держать себя в руках.

– И не пытаться острить и пошлить как идиот, – добавила темное сердце.

– И не пытаться острить и пошлить как идиот, – покорно повторил Тартис.

– Кики накрыли чужим платком, – схватила птицу за хвост Лара, – если это сделали не вы, то Кики видел моего гостя. И я могла бы использовать свои умения в общении с птахами, чтобы добыть из его памяти приметы мага.

– Что вам для этого нужно? – дознаватель ехидно приподнял белокурую бровь. Лара усмехнулась: шельмец прекрасно знал, о чем она попросит.

– Надо снять браслет, – вздохнула она и опустила глаза. – Тогда я смогу добраться до птицы.

– Пойдемте к вам, я осмотрю клетку и мы решим, что делать, – удивительно легко согласился Тартис.

Лара насторожилась, но без лишних разговоров поманила его за собой в спальню.

Птахи сопровождали темные сердца всю жизнь: с момента проявления дара до самой смерти. Энергетически нестабильные чародеи нуждались в пернатом приятеле: птицы сглаживали колебания силы и вместе с каменными амулетами помогали удерживать магический потенциал на низком уровне. Без них управлять собой было бы гораздо сложнее. Так и жили парами: темное сердце и пташка. Жили душа в душу, между магом и его крылатым спутником зачастую была почти телепатическая связь. Зыбкая, не всегда ясная, но вполне себе настоящая.

Несмотря на тесную дружбу, изучали крылатых мало: то ли боялись потерять нечто сакральное, то ли просто не хотели портить отношения. Но со временем начали выяснять любопытные подробности, и именно этими наработками и собиралась воспользоваться Лара. Сомнений в успехе не было, профессор Нуини не зря считалась лучшей птичницей четырех академий. Не хватало только одного – свободы. Требовалось для начала избавиться от адастрового браслета.

Тартис, однако, помочь с браслетом не спешил, даже после того как Лара пристроила цветы в вазу и положила платок на диван, он не предложил снять амулет. Вместо этого он подошел к клетке, стянул с нее Ларин халат и, схватившись за прутья, обратился к заклинанию. Темное сердце прищурилась. Никак не могла понять, какую именно магию использует дознаватель. Слова тараторил, как все обыкновенные маги: вполголоса, быстро и четко. Но вот результат этих слов Лара предсказать не бралась, заклинание оказалось запутанным и очень длинным. Редкий маг мог так долго нагнетать энергию.