Смерть - конец ли это?
Шрифт:
— Товарищ генерал, разрешите войти.
— Заходи Аркаш, и прекращай это.
— Есть.
— Ну что скажешь? Как новенький?
— Странный, опасный, надёжный, сильный.
— Точнее…
— Странный в том, что ведёт себя так, как будто ничего не помнит, но поступает осознанно и двигается так же, как будто память не терял, но наш мир не знает это точно. Ваша догадка вероятно правильная. Второе, владеет арбалетом лучше, чем наши снайперы своими пукалками. Двигается как профессиональный военный. Но возможно природное или про-игрок. Подкинули ему пару набитых сумок, которые он разом донёс до машины и даже не чихнул, а ребятам потребовалось бы нести по два или по одному, но очень надрываясь. Далее, ребят прикрывал, умело. Интересовался историей мира. Не против дальнейшего участия в операциях с нами. Надо наблюдать. Но в разведку возьму.
— Вот как. Что же, одобряю. У меня тоже новости есть.
— Во внимании.
— С Катей всё получилось, он полностью её опустошил той ночью. Она сегодня как другой человек по лагерю носилась, лечила всех, как раньше, когда только дар открыла. Я давно её такой весёлой не видел. Чуть не заплакал, когда наблюдал за этим.
— Тогда получается, что …
— Ага, что шанс того что он подобен «герою» всё больше.
— Но ведь у него на проверке это не показалось, а это скрыть нельзя.
— А разве все герои кричат об этом, да и разве «герой» это тот, у кого надпись герой?
— Есть один, как раз, так себя и ведёт.
— Тоже верно. И не напоминай. Но и сколько героев среди наших ребят то.
— Но тогда, что же, или получается!?
— Вероятно ….
***
Глава 4 5-ый этаж
Утро. Утро. День чудесен.
Ещё я дрыхну, мир прелесен!
Утро. Утром свет проклятый.
Я не встану, я ленив!
Утро. Утро. Солнце светит.
Петухи орут: «рассвет»!
Я не хочу вставать, но надо. Я вроде в армейке, но тёплая девушка под боком не добавляет уверенности в этом. Потому продрав глаза, я аккуратно повернулся и посмотрел на спящее лицо девушки. Растрепанные волосы и милое спящее лицо. Умиротворяет и умиляет. Аккуратно отодвинулся и сел на кровать. Выползя из-под одеяла аккуратно поправлял его не раскрывая девушку, которая оказалась одетой в лёгкую ночную рубашку и трусики. Не удержавшись, вечером я всё же потрогал её спящее и бессознательное тело.
Сейчас же, одевшись, я иду в столовую. В этом лагере я всего ничего, но уже освоился, и это как-то странно, но с другой стороны я всегда был лёгок на обживание, а многого мне не надо для комфортной жизни.
В столовой пока завтракал, заметил, что бойцы кидают странные взгляды в мою сторону, с чего вдруг? Или они узнали про сегодня? Не могли! Закончив есть вышел на улицу. Но что делать? Я тут вроде как на испытании и вчера на утро было задание, но на сегодня нет. И что делать? И пока я думал, со спины ко мне кто-то обратился.
— Ну и чего стоим тут столбик изображаем?
А крутнувшись на месте, увидел командира этой части. Подобравшись и выпрямившись ответил:
— Доброе утро! Не знаю, как быть.
Отчеканил я, и просто продолжил стоять.
— Да? И почему же?
— На сегодня заданий не получал, вот и не знаю как быть.
— Понятно, тогда пошли в кабинет, есть разговор.
И мы направились в кабинет командира, надо спросить хоть кто он.
— А разрешите спросить.
— Спрашивайте
— Тогда, как вас зовут и кто вы здесь.
— Ха. Генерал армии Владимир Николаевич Пронин. А до этого на задании вы были под командованием полковника Аркадия Семеновича Белого и его ребятами…
Начал он, и чуть прищурившись глядя на меня продолжил:
— … а ещё ты знаешь нашего медика Катерина Владимировна Пронина
— Эм-м-м.
Вот это поворот. Вот это меня занесло. Хотя по моей натуре меня всё время заносит к высшим. Что за судьба? Но зато хоть ясно кто передо мной. И он похоже всё знает … А ещё … думать об этом не хочу, об том кто лежит у меня в кровати сейчас. Полный попа до с-с. Интересно вазелин готовить?
Кабинет нас встретил тишиной и пустотой. Генерал указал на стул возле стола, а сам тем временем прошёл и сел в своё кресло. И когда мы сели он начал:
— И так молодой человек. У меня к вам серьёзный разговор. И по возможности хотелось бы услышать от вас правду.
— …
От такого я подвис, но быстрый марш мыслей пришёл к выводу: а что я теряю? Может рискнуть?
— Как вас зовут.
Начал хозяин кабинета.
— Алексей Николаевич Санин
— Вы военный?
— Нет, признан не годным по состоянию здоровья. Болезнь лёгких.
— А откуда вы знаете военную выучку?
— Всегда интересовался армией и спецназом. Плюс игры разные не только компьютерные.
— Вы не теряли память. Да?
— Относительно. Но ваш мир мне не знаком, от слова совсем.
— Наш мир. То есть вы не из этого мира?
— Не уверен. Но вероятно да, не из этого. Или из далёкого прошлого. Не могу ответить однозначно, не знаю истории этого мира. Да и вы как-то не сильно удивлены, услышав это.
— Есть в нашем мире уже призванные люди. А какой год был у тебя?
— Примерно 2023 от Рождества Христова.
— Почти тысяча лет… И так какие планы по дальнейшему пребыванию в этом мире?
— Планов нет. Я не понимаю, как вообще сюда попал и для чего.
— Но для человека, что не понимает, вы держитесь весьма бодро.
— А зачем унывать, людей я встретил, уже плюс, сумел понять что выживать я тут смогу, даже в дикой природе, всё просто замечательно. А потому зачем унывать? И нагонять себя? Да, не привычный мир, но не более. Как-то так.
— Интересная у вас, жизненная позиция, а как же родной мир?
— Там у меня никого нет. Потому и тянущего якоря тоже.
— Интересная позиция
— Какая есть.
— Хорошо, а что вы можете сказать про Катю?
— А что именно?
— Ну, что вы про неё думаете?
— Странная, прямолинейная девушка, красивая и нежная. Больше сказать не могу.
— От чего же?
— Я её видел всего два раза.
— Два?
— Ну да … эм… и мы мало общались, точнее совсем-почти не общались.
— Но даже так возможно для неё ты единственное спасение свет жизни!