Чтение онлайн

Сонтий хмыкнул.

А девушка неожиданно сказала:

— На этом корабле больше нет зла. Его нужно взять с собой. Корабль ни в чем не виноват. Смерть ушла с него.

Конан быстро повернулся к ней.

— Здесь была смерть? Та самая, на черных крыльях?

Азелла резко кивнула.

— Теперь понятно… — пробормотал Конан. — Понятно, почему нет крови. Она унесла их на крыльях. Хорошо бы еще знать, что это за смерть… Ты не можешь увидеть, как именно она выглядит?

Азелла покачала головой, сильно размахивая волосами.

— Ладно, ладно… — продолжал бормотать Конан, а затем громко и отчетливо распорядился: — Поступим так. Часть команды следует перевести на этот корабль. Мы поведем на Барахские острова два корабля вместо одного. Собственность господина Меноэса следует спасти.

— Люди будут против, — угрюмо сказал Эклан.

— Кто их спросит! — ответил Меноэс. — Я прикажу и все тут.

— Может подняться бунт, — стоял на своем Эклан.

— Уж не ты ли надумал бунтовать? — надвинулся на него Меноэс.

Но моряк не испугался:

— Я просто предупредил.

— Чтобы на кораблях не возникло никаких бунтов, — вмешался Конан, — существую я. У меня есть большой, страшный меч. А еще у меня есть очень злобный нрав. И я люблю кровь.

Эклан недоверчиво покосился на варвара, однако замолчал и больше не произносил ни слова.

Экипаж «Летучей Рыбы» встретил новость без особого восторга, но и сильного недовольства не выразил. Четверых перевели на брошенный корабль. Меноэс обещал им по пять золотых сверх обычного вознаграждения — после того, как оба корабля благополучно войдут в порт Лабиена.

Несколько часов ушло на то, чтобы «уговорить» найденный корабль слушаться: долгое плавание без команды оставило свои следы, и корабль получил несколько повреждений, которые пришлось спешно устранять. Наконец все было сделано, и оба судна двинулись дальше по водной глади.

— Мы немного отклонились от курса, — сказал Меноэсу капитан Карсеол. — Придется наверстывать. Острова покажутся на горизонте завтра к рассвету.

— Хорошо бы, — Меноэс нервно озирался и тискал руки. Конан заметил, что судовладелец как будто что-то высматривает по сторонам.

Азелла нашла где-то бутыль с вином и выпила почти половину. Она плохо соображала. Сидела на палубе, свесив голову между колен и уронив на лицо длинные распущенные волосы, что-то бормотала, то и дело принимаясь напевать. Сонтий подсел к ней и попробовал было ее пощекотать, но она завизжала, задергала в воздухе ногами и случайно попала ему по переносице. Заливаясь кровью и изрыгая проклятья, Сонтий отскочил от девушки подальше и долго потом ходил, задрав голову и прижимая к лицу платок.

Конан расхаживал по палубе, то и дело всматриваясь в морскую даль. Он понимал, что моряки наблюдают за ним, и держался очень уверенно. На самом деле никакой уверенности он не чувствовал. Опасность, о которой говорила полубезумная Азелла, существует на самом деле, — в реальности ее Конан не сомневался. Но где затаилась беда и когда невидимый враг попытается нанести удар?

Он старался не думать о том, куда на самом деле подевалась команда с «Плавучей Дамы». Слишком много вопросов. Следует разрешать их постепенно: сперва выследить «беду», опередить ее хотя бы на один шаг, затем — остаться в живых, а уж после разгадывать все прочие сложные загадки.

Постепенно приближался закат: небо светлело и розовело на западе. Начал подниматься туман. Корабли зажгли фонари на корме и носу и убрали почти все паруса. Медленно, тихо скользили они по воде. Только изредка легкая волна деликатно плескала о борт.

Из розоватого тумана внезапно выступил корабельный остов. Это было так неожиданно, что «Летучая Рыба», которая шла впереди, едва не налетела на него.

— Обломки корабля прямо по курсу! — запоздало закричал матрос с мачты.

— Убрать паруса! — крикнул капитан Карсеол. Эти корабельные трупы начинали действовать ему на нервы, и он прилагал все усилия к тому, чтобы не показывать подчиненным беспокойства,

На воду спустили две шлюпки: в одной сидели капитан и трое гребцов, в другой — Меноэс, Конан и два матроса. Корабль, который некогда носил гордое название «Краса Мсссантии», потерпел крушение несколько седмиц назад. Обе его мачты были сломаны, обломки рей ползали по палубе, волоча за собой лохмотья парусов. Изорванный в клочья треугольный парус на носу висел, как паутина, которую забыла прибрать хозяйка.

— «Краса Мессантии», — громко сказал Меноэс и встал в шлюпке.

Шлюпка качнулась, Меноэс потерял равновесие и едва не упал — в последнее мгновение Конан поймал его за локоть.

— Это второй из ваших пропавших кораблей, не так ли? — спросил киммериец.

Меноэс кивнул и горестно завыл. Конану доводилось слышать скорбные вопли дикарей, рыдания растрепанных плакальщиц — но никогда прежде он не слышал, чтобы так по-варварски завывал цивилизованный человек, судовладелец, уважаемый торговец из большого города. Меноэсу мог позавидовать голодный шакал, потерявший подругу и логово.

На моряков эти звуки производили удручающее впечатление.

— Замолчите! — прошипел Конан своему нанимателю. — Вы же до смерти перепугаете своих людей!

Меноэс издал еще несколько сдавленных стонов и замолчал.

— Так-то лучше, — одобрил киммериец. — Итак, вы потеряли в этих безопасных водах два корабля и груз.

— Да, — шепнул Меноэс.

Капитан Карсеол тем временем достиг корабля, но подниматься на палубу не стал.

— Здесь никого нет! — крикнул он. — Корабль скоро затонет. Думаю, с ним случилось то же, что и с «Дамой», но затем «Красе» повезло меньше: она попала в шторм.

— «Краса» потерялась раньше, — кивнул Меноэс. — Ее изрядно потрепало.

— Спасать нечего, — подвел неутешительный итог капитан. — Нам остается лишь бросить ее на произвол судьбы.

Они вернулись на «Летучую Рыбу» и провели довольно беспокойную ночь. Туман становился все гуще. Идти стало невозможно. Капитан было настаивал на том, чтобы продолжать путь, но Меноэс категорически запретил:

— Мы можем налететь на рифы.

— В этих водах нет рифов, господин Меноэс, — возражал Карсеол. Он был немного задет тем, что его компетенцию ставят под сомнение. — Я опытный моряк. Я плавал от Кордавы до Барахских островов сотни раз. Впервые я проделал этот путь, когда был мальчишкой. Мы возили контрабанду на кораблике, который переворачивался от малейшего дуновения ветра. Никому и в голову не приходило обыскивать его — просто потому, что на подобных лодках плавают в безопасных лужах на мелководье.

— Вы были контрабандистом? — удивился Меноэс. — Вот уж не знал!

— Да знали вы! — отмахнулся Карсеол. — Я рассказывал вам эту историю раз десять. И вы всегда о ней забываете.

Меноэс удивился.

— Возможно, — признал он наконец. — Вероятно, это одна из тех историй, о которых работодатель предпочитает не знать. В конце концов, признайтесь: я никогда не пользовался вашей откровенностью против вас.

— При всем желании вы не смогли бы ею воспользоваться! — засмеялся капитан. — Все это случилось давным-давно, и никого из действующих лиц уже нет в живых. Ни заказчиков, ни перекупщиков, ни тех лихих моряков, что приучали меня к морю.