Чтение онлайн

– И как поговорили?

– Хорошо,– я пожала плечами.– Иногда человеку нужно просто поговорить.

– И после вашего разговора он совершенно неожиданно умер, да?– Стас говорил тихим звенящим голосом.

– Послушайте, Станислав. Я нисколько не обязана перед вами отчитываться. Я вижу вас сегодня впервые в своей жизни. А вы устраиваете мне допрос. С чего вы вообще взяли, что я как-то причастна к смерти вашего батюшки? То, что я согласилась с вами сюда прийти – уже одолжение. Так что тон сбавьте, ладно?– я тоже разозлилась.

– А я вам просто поясню, чтобы вы понимали всю ситуацию,– он снова чуть наклонился ко мне.– Мой отец вовсе не был паинькой. Вы, наверное, в курсе. В советское время он был одним из ведущих инженеров страны. И его разработки ценятся до сих пор. И до сих пор он получал предложения об их покупке. Третьими лицами, так скажем.

– Приторговывал изобретениями, что ли?

– Типа того,– кивнул мужчина.– За очень и очень немаленькие деньги. Он владел довольно большим состоянием. Но при этом, никогда не раскидывался им. Все старательно сохранял. Даже я во время учебы не получал от отца больше оговоренного содержания. И тут появляетесь вы. И он легко выписывает вам чек на огромную по его меркам сумму. Огромную. А к вечеру умирает. Необычно, верно?

– Верно,– согласилась я.– Но я-то тут при чем? Думаете, я его убила? Я шпионка какая-то? Так это я ему должна была тогда денег дать, а не он мне. Где логика?

– Вот это меня и мучает,– Стас с усилием потер подбородок.– Вы непохожи на убийцу. Но и отпустить я вас так просто не могу. Что-то тут не то. Не сходится!

– Знаете что? Сделайте экспертизу. Установите причины смерти, если для вас это так мучительно. Я Сергея Ивановича не убивала.

«Только проводила в Навь и все. Причем добровольно же пошел!»

Тоже наклонившись к нему, я посмотрела ему в глаза и аккуратно дотронулась кончиками пальцев до руки:

– Стас, не приходите ко мне больше. Я для вас пустышка. Забудьте меня,– Тьма моих глаз медленно обступала его, заливая все его существо холодом и забвением. От пальцев по руке разбежалась «гусиная кожа», усиливая воздействие. Мужчина медленно сморгнул, противясь наваждению. Но тягаться со мной ни один человек не может. Его глаза полузакрылись, а тело расслабилось на стуле.

Вот и ладно. Вот и здорово. Через пять минут очнется и меня забудет. И продолжит жить своей обычной жизнью. А я своей.

Подхватив сумку, расплатилась на баре за напиток и торт. Домой, домой! К черту таких обеспокоенных родственничков.

У подъезда, как обычно, сидели местные бабули. Я было прошагала мимо, но услышав, как они поносят водителя огромного джипа, перекрывшего выход из подъезда, остановилась.

– Здравствуйте!

Как по команде, они воззрились на меня.

– Так вы в полицию позвоните и эвакуатор вызовите. Машину и уберут,– посоветовала я им от всей души.

– Вот точно!– дружно закивали три головы.– Михална, звони участковому, ты ж всегда с собой телефон носишь!

Подкинув старушкам такую шикарную идею, я шмыгнула в парадное. Замечательно! Закрепим результат, чтобы Стас к моему дому не возвращался. Заберет машину со штрафстоянки, что такого?

Поднявшись в квартиру, я покидала некоторые вещи в сумку. Переоделась и вызвала такси. Садясь в ярко-желтую машину, улыбнулась сама себе. Водитель вполголоса бурчал на раскорячившийся посреди двора эвакуатор. Быстро полицейские отреагировали, всегда бы так.

Таксист, убедившись в моей абсолютной необщительности, заткнулся и быстро домчал меня до отеля. Все же я решила на время спрятаться. Не стоит мутить воду, она и так уже неспокойна. Лучше залечь на дно. Я даже усмехнулась. И правда, как наемный убийца.

Девочки на ресепшен с удовольствием и быстро оформили мне проживание в не самом дешевом номере. Пока я подписывала бумаги, в сумочке нещадно разрывался телефон. Я седьмым чувством чуяла, что это не Стас. Но достать аппарат позволила себе, только войдя в ставшие моими на несколько дней комнаты.

– Слушаю.

– Марья Ведамировна?– напряженный женский голос.

– Слушаю вас.

– Мы нуждаемся в ваших услугах,– сбивчиво заговорила собеседница.– Моя мать, она очень больна. Она больше не может терпеть.

– Не торопитесь,– осадила я ее.– Диктуйте адрес.

– Да, да, конечно. Извините. Поселок Постышева, улица Розовая, двадцать четыре. Когда вас можно будет ждать?

Постышева, ну надо же. Еще один поселок весьма и весьма небедных людей. Я подняла руку к глазам:

– Сегодня в 18 часов.

– Спасибо. Спасибо, да. Мы будем ждать.

Сбросив звонок, я вздохнула. Еще один человек, добровольно решивший уйти из жизни. Я не считала свою «работу» чем-то предосудительным. Я всего лишь Проводник в этом мире. Никого не заставляю, не принуждаю. Просто провожаю, избавляю от страданий. Не бесплатно, да. Не стоит меня в этом винить. Каждый делает то, что умеет.

Прикинув, что дорога до очередного клиента займет у меня около часа, я разобрала вещи и заказала еду в номер. Перекушу и поеду.

Сборы и прием пищи заняли тоже около часа. Из своего графика я не выбилась, так что вышла из отеля вовремя. Швейцар предупредительно распахнул мне дверцу такси, и я благополучно отбыла на встречу с клиентом.

Вернулась я уже затемно. Измотанная до невозможности.

Меня вызывали вовсе не к умирающей женщине. А сделали не совсем законное предложение. Из тех, что потом долго и упорно пытается раскрыть полиция.

– Я не убиваю на заказ, уважаемый,– я холодно смотрела на того, к кому меня привезли.– Вы должны были собрать обо мне достаточно информации, чтобы понять, что я не наемный киллер для любого желающего.

Абсолютно непроницаемый человек. Его маленькие глазки под нависшим лбом ощупывали меня с головы до ног.

– Отчего же?

– Если вы нашли меня, значит, знаете и способ моей работы. И то, что я никогда, повторяю – никогда, не бралась за подобные вещи. Я не провожаю тех, кому еще не пришел срок.

– Мы знаем ваши расценки за работу. И заплатим в три раза больше. Аванс сейчас и остальное после исполнения…дела,– на его лице как будто висела непроницаемая пелена. Угадать тщательно скрываемые эмоции было практически невозможно, хоть я и старалась.

Я тяжело вздохнула. Такое бывало. Раньше вызовы к подобным «клиентам» случались частенько. Но вот уже давно не случалось, и я отвыкла даже как-то.

– Поймите. Я делаю это не ради денег. Не только ради них,– поправила сама себя. Большой дяденька слегка дернул уголком рта на эту оговорку. Видимо, это должно было означать ухмылку.– Я не могу, и не буду исполнять вашу «просьбу».