Чтение онлайн

– Плохо, – подавленно проронил Цветков. – При таких помехах наши боевые корабли действительно не смогут ничего поделать с фринами. Бортовые комплексы слепнут и глохнут, это факт. Кстати, связь со штабом тоже пропала, так что мы полностью изолированы от своих.

– Приехали! Станция Березайка, кому снарядом в лоб – вылезай-ка! – это, конечно, высказал мнение Кочеванов.

– Как же сами фрины ориентируются в пространстве при таких помехах? – растерянно спросил Никита Зорин.

Майор Соболевский пожал плечами, вспомнил, что говорил Кравец на инструктаже, хотел ответить, но в диалог вмешался Уарн. Дрогл взял шлем в ладошки, наклонился к встроенному микрофону.

– Фрины для ориентации в пространстве используют другой принцип, – сказал союзник. – Волны тяжести.

– Волны тяжести? – этот вопрос Соболевский и Кочеванов задали одновременно.

Уарн слышал все реплики людей с боевых постов, правда, для этого ему приходилось забавно складывать уши «лодочками» и подносить их близко к динамикам.

И тут в голове у Кирилла будто что-то щелкнуло.

– А! – Майор хлопнул ладонью по металлической панели. – Волны тяжести! Уарн, гравитационные волны?!

– Гравитационные, – согласно повторил трудное слово дрогл. – Волны тяжести. Правда, они не такие тяжелые, как обычно. Легкие, почти неразличимые. Но они есть.

– Они не тяжелые, легкие... почти неразличимые... – Соболевский сильно потер ладонью лоб, пытаясь угадать, что имеет в виду малыш.

Когда Уарн говорил о технических вещах, его речь становилась малопонятной людям.

– Командир, это нетрудно, – пояснил Зорин, который раньше других уловил смысл. – Они используют гравитационные волны, но не такие мощные, какие, скажем, присутствуют на планетах, ну, естественная сила тяжести. Словосочетание «легкие волны тяжести» – это просто попытка объяснить: фрины умеют отправлять и принимать незначительные гравитационные возмущения пространства.

– Да, – подтвердил союзник.

– Слава богу, они пока не создали гравитационных орудий... – пробормотал Кочеванов. – Неприятно чувствовать себя мухой, которую изготовились прикончить тапкой.

Но командир «Москита» не позволил развить эту тему, просто Соболевский вдруг понял другое.

– Уарн! – воскликнул майор. – Ты сказал «волны легкие, почти неразличимые»! Ты видишь эти волны, посылаемые фринами?!

– Нет. Да. Не вижу. Чувствую, – дрогл пытался отвечать максимально четко, в результате получалась каша из отрицаний и утверждений, но все поняли главный смысл.

Уарн чувствовал волны, испускаемые поисковыми системами врагов.

– Они знают, что мы приближаемся? – уточнил Соболевский.

Этот вопрос логично вытекал из того, о чем только что сказал дрогл.

– Да, – ответил Уарн.

Майор откинулся в кресле пилота, вытер пот со лба. Диспозиция перед началом смертельного поединка получалась неприятная. Люди оказались слепы и глухи, вернее, не сами люди, а их компьютерные и радиолокационные системы. Фрины же прекрасно видели приближающийся корабль-разведчик.

– Однако Боря зашел в Угольный Мешок именно здесь... – Соболевский разговаривал сам с собой.

– Сильный радиосвет, – отозвался дрогл.

«Радиосвет...» – мысленно повторил майор, и вдруг будто вспышка возникла в голове! Командир «Москита» понял, почему Зуля двигался вдоль границы туманности зигзагами, отчего полез в Угольный Мешок именно в этой точке.

Уарн! Соболевскому помог Уарн! Дрогл натолкнул его на правильную мысль!

– Так, я все понял!!! – с волнением в голосе произнес Кирилл и облизнул вмиг пересохшие губы. – Спасибо, Уарн!

– Не томи, командир, – попросил Кочеванов. – Восхищенные слушатели готовы разразиться аплодисментами. И даже подбрасывать вверх чепчики-шлемофоны.

– Все просто, ребята! – Соболевский засмеялся. – Что делает доктор, если пациент говорит: «У меня болит»? Врач начинает исследовать, прощупывать поврежденный участок тела, пытаясь установить очаг воспаления! Ну, догадались?!

Сильный радиосвет!!! Вот мы подошли поближе, и наши радиосистемы оглохли! Почему? Да потому, что мы оказались в зоне действия «глушилок» фринов! Вспомните, как поступал Зуля?! Он подходил ближе и отходил – в разных точках! Да он же проверял, на каком расстоянии от Угольного Мешка срабатывает полная блокировка! Он составлял радиокарту! Радиокарту уровней помехосигнала!

«Фантом» подходил к туманности с разных векторов, и Зуля наносил точки – где вражеская система срабатывает на большем удалении, где на меньшем. Понимаете?! Это позволяет установить, где интенсивность шумового поля выше, и вычислить примерную зону расположения центрального узла РЭБ, ведь вблизи нее паразитный сигнал мощнее!

– Ага, командир! – радостно воскликнул Кочеванов. – Тебе премия за смекалку! Возьми с полочки пирожок с капусткой!

– Уарн, ты – молодец! – откликнулся Соболевский. – Навел на нужную мысль. В общем, ребята, Зуля все делал осмысленно. Он обрисовал для себя зону максимальной интенсивности шумового сигнала, провел компьютерный анализ создаваемого поля и лишь потом полез в туманность. Здесь! У нас перед носом! Система РЭБ фринов где-то там, куда направлялся «Фантом»! И мы пойдем тем же маршрутом!

– И, как «Фантом», рискуем нарваться на два-три десятка шаровых молний, – штурман уныло закончил мысль командира.

– Типун тебе на язык! – разозлился Берецкий.

– И мы пойдет тем же маршрутом! – не повышая голоса, продолжил Кирилл. – Но только пойдем гораздо ближе к Гакруксу, чем это сделал Зуля!

– А что нам это даст? – помолчав, осторожно поинтересовался штурман. Все остальные ждали. – Кира, объясни! Народ хочет знать, что за ходьба по натянутому канату над ареной цирка? У нас не работают навигационные системы, компьютерный комплекс бредит, точно пьяный бомж, как ты поведешь корабль в поле тяготения звезды?

– Вот именно, в поле тяготения звезды!!! – радостно потер руки Соболевский, придумавший, как обмануть фринов. – Женька! Что нас отличает от всех других живых существ, а?! Смекалка! Мы пойдем в поле тяготения звезды! В сильном гравитационном поле!

И тут соратники Соболевского уловили замысел командира. Вспомнили слова Уарна о том, как работают локаторы фринов, – и догадались, чему радуется Кирилл. В сильном гравитационном поле Гакрукса враги не смогут обнаружить корабль-разведчик просто потому, что экраны их гравилокаторов будут засорены помехами точно так же, как и системы поиска противостоящего фринам флота!

Фифти-фифти. Людям будут мешать электромагнитные помехи, а фринам – гравитационные возмущения звезды. Противники окажутся в одинаковых условиях. Соболевский нашел способ, позволяющий проскочить первую линию обороны, ворваться в логово врага.

– Уарн, я правильно придумал? – Майор повернулся к дроглу, который почти не участвовал в развернувшемся диалоге, хотя внимательно слушал.

Одно кожаное ухо дернулось к человеку, будто гномик ждал, не скажет ли Кирилл что-то еще. Но командир «Москита» молчал, глядя на дрогла.