Чтение онлайн

– Ну, что… нашел свою дурацкую «Хонду»?!

– Да, – я ответил сухо, надеясь сразить ее своим безразличием. – Извини, Кэт, я жду звонка. Тебе что-то нужно?

– Как ты смеешь так со мной разговаривать?! – Это было начало. Она всегда так начинала. Вообще, я только сейчас стал понимать, что моя бывшая подружка была не более чем набором штампов, пригодных к большинству ситуаций. Прямо Эллочка-людоедка, но, к сожалению, с большим запасом слов. – Негодяй, ты не достоин меня, моей любви, моих страданий!

На этом месте она икнула и дальше продолжала, икая почти через слово:

– Я среди ночи, ик, пригнала ему мотоцикл, ик, а он… козел неблагодарный, ик, еще спрашивает?! Да как ты смеешь?!

– Кэт, – я постарался вложить в свой голос и твердость, и жесткость и даже, если хотите, жестокость, – у меня нет времени выяснять, кто из нас козел, а кто свинья. Поэтому, если все важное ты уже сказала, предлагаю закончить разговор.

– Да, ик, как ты смеешь?! Ик! – Она была настолько пьяна, что не осознавала, что говорит одно и то же. Что-то слишком много повторений. То Гера твердил про баб, которые все дуры, то теперь эта все пытается понять, как я смею. Становилось очевидным, пока она этого не поймет, вопрос будет задаваться постоянно. И я решил объяснить.

– Я не хотел тебе говорить, но раз ты спрашиваешь. Это ты не имеешь на меня никаких прав, так что, пожалуйста, заткнись и проваливай с моим телефоном, пока я не заявил на тебя в полицию.

И, не дожидаясь очередного «да как ты смеешь?!», отключился. На часах было восемь ноль одна. Звонок раздался почти сразу. Я уже приготовился наорать, но, к счастью, а может, наоборот, это была другая Кэт – Катя.

– У вас был занят телефон. – Мне показалась, что она недовольна.

– Кто-то ошибся, – мне не хотелось ей объяснять про Кэт.

Кэт, или лучше, чтобы не путаться, я буду называть ее Катей, помолчала и спросила:

– Где вы?

– На Таганке.

– Хорошо. Спускайтесь в метро, доедете до «Пушкинской», пересядете на зеленую ветку и на «Новокузнецкой» сделайте переход на «Третьяковскую». Выйдете из метро и идите по Малой Ордынке в сторону «Добрынинской». Запомнили?

– Это несложно.

– Хорошо. Когда дойдете до дома номер восемнадцать, строение три, позвоните мне. Вы посмотрели мой номер?

Честно говоря, я этого не сделал, но вновь ответил ей полуправду:

– Да, он есть в памяти.

– Жду вашего звонка, – и отключилась.

Ох уж, эти дети шпионов! Они еще таинственней, чем их родители, шпионы по профессии.

Я спустился в метро и начал свой путь в московской подземке. Стараясь не поддаваться волнению, я в точности совершил все предписанные перемещения, и, когда выходил из подземного выхода на станции «Третьяковская», было уже без двадцати пяти девять. По дороге я старался запоминать лица людей, едущих и идущих со мной, и пару раз я заметил, что вместе со мной с «Пушки» на «Тверскую» переходили несколько человек, а двое, мужчина и женщина, ехали со мной до «Новокузнецкой» в одном вагоне, хоть и в другом его конце. Затем женщина, спросившая меня, буду ли я выходить на «Новокузнецкой». Я вновь увидел ее на «Третьяковке». Обычная женщина, но смотрела как-то подозрительно, да и выходила странно.

Хотя что тут странного? Ну нужно ей так, разве это запрещено? Выйдя из подземки к «Макдоналдсу», встал в очередь к окошку. Женщина поднялась по ступеням и, покрутив головой во все стороны, пошла к Пятницкой. Очень подозрительно!

Я не стал покупать ненавистный фастфуд. Убедившись, что на меня никто не обращает внимания, отошел от пахнувшего вчерашним маргарином окошка и побрел по тихой, начинавшейся от метро улице. Дом номер 18 по Малой Ордынке был совсем недалеко, поэтому, чтобы не терять времени, я по дороге поискал в телефоне номер Кати. Входящих было два. Один – это мой, теперь уже бывший номер, другой начинался с 350. Я подошел к старому, можно сказать ветхому зданию, на котором висела бело-синяя табличка с цифрами 18/3, и нажал на телефоне кнопку вызова. Катя ответила моментально.

– Я возле дома восемнадцать. Что дальше?

– Видите подъездную дверь?

– Да, вижу. – Красная, или, правильнее, когда-то красная краска со времени своего последнего обновления превратилась в грязно-коричневую высохшую корку, за которой скрывалась деревянная дверь. Рядом висел допотопный механический замок. Я подошел к дверям и сообщил об этом Кате.

– Хорошо. Нажмите один и два одновременно и поднимайтесь на третий этаж. Квартира номер пять, третий этаж, слева от лестницы.

– Мне нужно войти туда? – поинтересовался я, чувствуя, как по спине побежала первая волна адреналина.

– Да. Ключ за дверью электрического щитка на магните. Пошарьте, его непросто найти, и не забудьте положить его обратно, когда будете уходить.

– Постараюсь.

– Хорошо. – У этой девушки тоже было «свое» любимое слово. – Только… – она чуть помедлила, – будьте осторожны.

– В каком смысле осторожен? Не застрять в лифте екатерининских времен? – Я попробовал пошутить, но сам понял, что шутка не удалась.

– Там, наверное, нет лифта, так что не переживайте, – ответила Катя, и мне показалось, я уловил в ее голосе насмешку.

– Прекрасно. Кстати, может и не к месту, но все же хотелось бы знать, что дальше?

– Дальше я не вскрывала.

Я удивился, но, впрочем, несильно.

– А когда вскроете?

– Когда выйдете оттуда.

Мне показалось, что я знаю причину, по которой полковник написал инструкцию именно так, и мне стало неприятно. Я подумал, что это сделано, чтобы исключить возможность риска. Иными словами, если меня кто-нибудь застукает за тем, что я проник в чужую квартиру, то я не смогу выдать того, чего попросту не знаю. Умно, но неприятно. Я с трудом сдержал свои эмоции.

– Ладно, допустим, я вошел в квартиру, а дальше что? Действовать по своему разумению?

– Не знаю, – после секундного молчания произнесла девушка. – Вы еще можете отказаться.

Я подумал, что после вчерашнего вряд ли это сделаю, и сказал:

– Хорошо, я войду. А потом перезвоню вам.

– Будьте осторожны. Здесь не написано, но мне кажется… это опасно, – эти ее слова слегка примирили с моей незавидной ролью.

– О’кей, я буду осторожен.

Прежде чем войти в подъезд, я машинально посмотрел направо и увидел мужичка, медленно бредущего по тротуару. Несмотря на раннее утро, походка выдавала его нетрезвое состояние, что успокоило, поскольку никого больше на улице не было.

На третий этаж я взбежал довольно проворно, учитывая, что в доме, построенном лет за сто до моего рождения, все ступени были низкими, из-за чего привычный размер прыжка в две советские ступеньки был не очень удобен. Две ступени были коротки, а три, наоборот, длинны. Но я приноровился и, остановившись перед квартирой с надписью 5, почти не запыхался.

Дверь была обычной, металлической, черного цвета, без каких-либо изысков. Два замка, глазок и все. Я взглянул на металлическую дверцу, за которой скрывался электрический щиток, и заметил, что замок вдет лишь в одно кольцо. Через несколько секунд, за которые я успел подумать, что зря не позаботился о резиновых перчатках, ключи были у меня в руке. На ключах была выцарапано: 1 и 2. Я посмотрел на дверь, увидел два замка и вставил первый ключ в верхний…