Чтение онлайн

– Нет, – снова расплылся участковый и посмотрел на меня: – Я как увидел в журнале, кто заявку сделал, сразу согласился… Вот, на обед денег срубил…

– Ну и ну, – вздохнула я и ушла на кухню.

Примерно через час ко мне присоединилась Мегрэнь.

– Знаешь что? Это очень странно, но, похоже, что ничего не пропало…

– Как это?

– Так… Деньги, сережки золотые… видик, плеер… Все на месте.

– Может, не нашли?

– Как не нашли? Все в куче на полу. И дверь ключом открыта. Я ничего не понимаю.

– А Ринат чего говорит?

– Ринат чего? Ринат убивается. Те, кто в споре продулся, говорят: раз ничего не украли, значит, кражи не было.

– И Что?

– Ничего. Пришлось деньги обратно отдавать. Ничья у них вышла. Без обеда остался.

– А если без смеха?

– Без смеха здесь нельзя, – заявил появившийся в дверях кухни Ринат и, обращаясь ко мне, озабоченно сказал: – Светлана Сергеевна, дайте-ка ваши пальчики скатать, чтобы вхолостую не работать.

На кухне появился долговязый дядька с усами и квадратным чемоданчиком в руке. Я горько вздохнула, а дядька быстро изгваздал мне всю руку темной краской и моментально удалился.

Пока я удручённо разглядывала плоды дядькиных трудов, в дверном проеме вдруг появился старший Тайкин брат Юрка.

– Ой, привет! – Я вытаращила глаза, хлопнула ресницами и покраснела.

– Здравствуй, Светик… – со значением отозвался мой бывший одноклассник, протянул раскрытую ладонь и одновременно попытался заглянуть в глаза.

Глаза я весьма удачно спрятала, потому что, когда Юрий Алексеевич Лапкин все же умудрялся туда заглянуть, я краснела не то что до кончиков ушей, а даже до кончиков волос.

В глазах Юрки Лапкина я неизменно видела одно и то же: преданность и молчаливое обожание, полнейшую покорность судьбе и твердую решимость не отступать от своей цели. Разделить Юркины чувства я не могла, потому что уже с четвертого класса не терпела голубоглазых блондинов, а Юрка влюбился в меня только в пятом. По малолетству выражение этого светлого чувства принимало иной раз самый экзотический характер. Повзрослев и поумнев, Юрка несколько изменил тактику ухаживания, перейдя от дерганья за волосы и отбирания сладостей к дарению букетов. Это несколько смягчило наши отношения, но поставленной цели Лапкин-старший не достиг. Со школьной поры много воды утекло, жизнь развела нас в разные стороны, неизменным осталось лишь одно нерушимое, сцементировавшее нас с Юркой кольцо – Мегрэнь. Именно это позволяло ему периодически появляться на моем жизненном горизонте, заглядывать в глаза и с надеждой тянуть:

– Здравствуй, Светик…

Когда основная милицейская масса покинула пределы Тайкиной квартиры, Ринат вернулся.

– Здравия желаю, товарищ капитан! – браво гаркнул он и взял под козырек. – Разрешите войти?

Юрка усмехнулся и кивнул:

– Входите, лейтенант, сделайте любезность… Можете садиться… Ну-ну… Как допустили подобное происшествие на вверенном вам участке?

Мегрэнь нервно закатила глаза к потолку и вдруг рявкнула:

– Хватит дурака валять! «Разрешите-заходите!» В кабинетах своих идиотничайте, а здесь, будьте так любезны, не откажите, Христа ради, устройте… этот… мозговой штурм…

Мужчины посуровели и заворочали извилинами. Воспользовавшись моментом, я юркнула в ванную и попыталась придать своим пальцам первоначальную свежесть. Когда я вернулась, все трое усиленно дымили сигаретами и разглядывали кухонный потолок. Ринат задумчиво протянул:

– Хулиганство?

– Не исключена мелкая кража… – нехотя отозвался Юрка.

– Может маньяк? – скривила губы Мегрэнь и вопросительно изогнула бровь.

Я усмехнулась, затем, грациозно лавируя среди разбросанной кухонной утвари, пробралась к окну и распахнула створки. Маньяк – это то, что подружке очень понравится. Тут Юрка активно замахал ладошками, разгоняя сигаретный дым, и озаботился:

– Все… все… хватит курить, Света вернулась…

– Нет, – качнул головой Ринат, – не маньяк. Маньяк бы не вывалил все просто в кучу. Коли уж он маньяк, значит, у него какая-то своя фишка есть, ну… ритуал, что ли… К тому же, насколько мне известно, ничего подобного в районе не было. А если бомжи, то продукты пропадают, да и помыться они при случае любят…

– Точно, – поддакнул Юрка, – это не маньяк. Но вот что меня интересует, так это ключ…

– А что ключ? – вдруг насторожилась я, почувствовав где-то в районе желудка непонятную маету.

– Дверь ключом открыта, – пояснил Юрка, – причем родным… Тайка, а где твой запасной ключ?

Подружка растерянно моргнула и покосилась на меня. После чего они выставились на меня втроем, я заерзала и храбро спросила:

– Ну и чего вы вылупились?

– Светка, – прищурилась Мегрэнь, – а где мой запасной ключ?

Неожиданно осознав причину своей желудочной маеты, я тихо отозвалась:

– В сумке…

– В той, которую порезали? – неожиданно встрял участковый.

Мегрэнь повела ушами и взбодрилась:

– Тебе чего, сумку порезали? – Я коротко кивнула, и подруга зацвела. – Да ну-у! Давно? А где? Кто? А чего молчала?

– Чего-чего! – хмуро отворачиваясь, огрызнулась я. – Мне что, с плакатом надо было бегать?

Мегрэнь еще целых полчаса вынимала из меня душу расспросами, подробно комментируя каждое мое слово и напрочь позабыв о своей собственной проблеме.

– А как же ты квартиру открыла? – смог, наконец, прорваться Юрка.

Я пожала плечами:

– Свои ключи я в сумку не кладу, только в карман…

Юрка одобрительно кивнул, Мегрэнь не утерпела:

– Конечно, чужое не жалко. Ну да ладно! Давайте-ка сейчас приберемся, а после поговорим…

– А? – встрепенулся участковый, заслышав слово «приберемся». – Так, ладно, мне пора… Буду держать вас в курсе… Разрешите, товарищ капитан?

– Давай, – сделал отмашку Юрий Алексеевич, и Ринат живо убрался вон.

– Ты зачем его отпустил? – набросилась на брата Мегрэнь. – Теперь сам убираться будешь!

– Ладно, – покладисто кивнул тот, – только налей сначала кофейку, я ведь даже до дома не успел дойти, когда мне Ринат позвонил. Я сразу и примчался.

Я окинула взглядом Тайкину кухню и сказала:

– Ладно, пошли ко мне… Твой, Тайка, кофе вместе с макаронами в раковине перемешан…

– Вот сволочи, – скрипнула зубами подруга, мельком глянув в мойку, – не съели, так изгадили.

Мы спустились вниз. Попав в свой коридор, я сразу наткнулась на Тайкин пакет.

– Мегрэнь, ворона несчастная, ты у меня пакет в прошлый раз оставила, – я махнула в сторону тумбочки.

– Тьфу ты! – всплеснула та руками. – А я про него совсем забыла! Это ж меня Татьяна Антоновна свою папку из сейфа просила забрать… Пойду-ка, отнесу, а то неудобно, Татьяна Антоновна ждет, наверное…