Чтение онлайн

– Ну, так повторение одной и той же версии – ключ к раскрытию всего преступления, – усмехнулся Семен. – Чем больше мы ее повторяем, тем больше, так сказать, тонкостей и всяких нюансов в ней открывается. В результате либо ты ее отбрасываешь как негодную, либо принимаешь как основную. Мне об этом говорили еще в полицейской академии. И жизнь подсказывает, что это утверждение правильное.

– Ты будешь учить меня криминалистике и оперативно-разыскной деятельности? – прищурился Вахитов.

– Не-е, – помотал головой Лежаков, – не буду!

– Тогда докладывай, как ты намерен искать Мишку Кряка.

– Есть у меня здесь одна зацепочка… Та самая маруха. И зовут ее Ленка Гармонистка. Собственно, из-за нее-то я вам и позвонил. Лично мне сей персонаж абсолютно незнаком. Так, может, вы с ней знакомы?

– Ленка Гармонистка… – наморщил лоб Вахитов. – Нет, не припомню… А при чем здесь она?

– Она бывшая пламенная и трепетная любовь Мишки Кряка. Об этом мне поведал его дружок Виталя Безухий. Он же сообщил, что они давно расстались, потому что это же невозможно долго терпеть пьяный характер Мишки Кряка. А вдруг они встретились вновь? Заявился к Ленке Гармонистке Мишка Кряк с кучей денег. Какое женское сердце бестрепетно выдержит такое зрелище? Ну и вспыхнули прежние чувства… И покуда деньги не кончатся, эти самые чувства будут полыхать ярким пламенем. А они, судя по всему, еще не кончились, потому как события в Антоновой Балке развиваются стремительно. Ведь еще два дня назад Мишка Кряк обретался в деревне и вел себя при этом таинственно и загадочно. Из чего я делаю вывод, что надо бы мне как можно скорее найти эту самую Ленку Гармонистку.

– Кстати, а почему Гармонистка? – спросил Вахитов.

– Виталя Безухий говорил, что, дескать, в былые годы она заведовала каким-то клубом или, может быть, Дворцом культуры. Ну и, соответственно, играла там на гармошке или баяне. Оттого и Гармонистка.

– А дальше – все понятно, – предположил Вахитов. – Не выдержала удовольствий богемной жизни, спилась, ее выгнали…

– Почему вы так думаете? – усомнился Лежаков.

– Ну, так кличка же! Да притом красноречивая. Нормальному человеку такой клички не дадут.

– Наверное, – согласился оперуполномоченный. – И покатилась наша Ленка по наклонной и докатилась до самого дна, где и повстречалась с Мишкой Кряком. Что ж, психологический портрет сего персонажа мне ясен. Будем искать.

– Сходи в наше управление культуры, – посоветовал Вахитов. – Если она и вправду работала у них, то наверняка в культурных архивах найдутся ее следы.

– Можно и так, – согласился Лежаков. – Но пойду завтра, потому что сегодня уже поздно. Темнеет уже. А пока поищу ее по своим каналам.

– Что ж, действуй, – не стал возражать Вахитов и поднялся со скамейки. – Если что, звони.

С тем они и расстались.

Оперуполномоченный Лежаков тут же приступил к поиску следов Мишки. Каналы, по которым Семен собрался искать Кряка, известны каждому сыщику. Хочешь найти какую-нибудь запойную и разгульную личность? Окунись в его среду. Походи по пивным, злачным заведениям и прочим местам, где собирается разгульный элемент, пообщайся с тамошним народом… Только общайся по-умному, со знанием дела и пониманием особенности психологии такого народа, а то ведь и не скажут забулдыги тебе ничего путного. Даже, наоборот, злоумышленно соврут и направят по ложному следу.

Как именно следует общаться с такими личностями, опер Лежаков, конечно же, знал. Этому его учили в академии, такие же премудрости он постигал и на практике, которая, как известно, всегда обучает быстрее и надежнее, чем любая академия. Тут главным было принять верный образ и взять верный тон. Конечно, соваться в злачные места, никак не маскируя того факта, что ты сыщик, было бы в корне неправильно. Ведь неизвестно, кто и что тебе поведает, если у тебя на лбу написано, что ты – сыщик? Поэтому Лежаков решил принять образ беспечного гуляки, ошивающегося в поисках приключений по городским разгульным заведениям. По сути, он ничем не рисковал. В городе его почти не знали – он большей частью работал по раскрытию преступлений в селах, он не походил на полицейского, а скорее на своего в доску парня, лексиконом кабацких гуляк владел превосходно.

В общем, напустив на себя залихватский вид, Семен переступил порог ближайшей пивной. Он надеялся завести знакомство с тамошними завсегдатаями, вступить с ними в непринужденный разговор и таким образом напасть на след Мишки Кряка или хотя бы Ленки Гармонистки.

Пивная оказалась самой обыкновенной, как и прочие заведения подобного рода в провинциальном городе. Деревянная стойка в углу, толстая деваха за стойкой, пять или шесть столиков в зале, десяток народу за столиками. Да, еще высоко на стене, почти под самым потолком, подвешен телевизор, он был включен, на экране какие-то размалеванные то ли девицы, то ли парни прыгали и что-то кричали, но на них никто из посетителей не смотрел и никто их не слушал.

Лежаков подошел к стойке и принялся в упор разглядывать толстую деваху, пытаясь определить, как долго она работает в пивной. Если долго, то, стало быть, знает постоянных клиентов и может рассказать Лежакову все, что ему необходимо узнать.

– Чего уставился? – обратила наконец на Лежакова внимание толстая деваха. – Что надо?

– Если говорить по большому счету, то сочувствия и понимания, – Лежаков сделал скорбное лицо. – А если конкретнее, то прикоснуться к сочувственной душе и приникнуть к родному плечу. И вот я думаю: а что, если бы такой душой и плечом для меня стали бы вы? А чего ж? Я – мужчина при достоинствах…

– Много вас таких – при достоинствах, – ухмыльнулась деваха. – Вон, половина зала. Говори, чего надо? А нет, так бери пиво и отваливай. Не тряси передо мной своими достоинствами.

– Дружка я своего ищу, – тяжело вздохнул Семен. – Дружок у меня потерялся. В загуле он… Главное, калымили вместе, а как гулять – так без Семки. Семка – это я… Может, видели? Отзывается на имя Мишка и еще на кликуху Кряк. Лохматый такой, похожий на медведя или на лесного разбойника. Но добрейшая душа! Может, он посещал ваше заведение? Так вы мне скажите. А я уж вас отблагодарю любым приятным для вас способом.

– Нет, не видела, – равнодушно ответила толстая барменша. – Много вас тут шляется – всяких…

– Может статься, с подругой он у вас был, – продолжал гнуть свою линию Семен Лежаков. – Ленкой подругу звать. Культурная, скажу я вам, дама. На баяне умеет играть.

– Сказала же – не припомню! – отрезала хозяйка. – Пиво заказывать будешь?

– Буду, – ответил Семен. – Наливай. Посижу у вас, поразмышляю, может, мой дружок Мишка случайно сюда завернет.

Барменша ничего не сказала, фыркнула и протянула Лежакову кружку с пивом: бери, мол, и отчаливай.

Честно признаться, пива Семен не любил. Но куда было деваться? Как говорится, назвался груздем… Он просидел за столиком примерно полчаса, честно, чтобы не вызвать ненужных подозрений, выпил кружку пива и вновь подошел к толстой барменше.

– Ну? – зыркнула на него толстуха. – Еще пива?

– Нет, – покачал головой Семен. – Что пиво? Так – томление духа. Лично я предпочитаю коньячок, да с хорошей закуской, да с красивой женщиной… Вот, к примеру, вроде вас.

Без сомнения, толстуха не раз уже слышала подобные слова, только, может быть, не столь изысканные.