Смерть, принесенная Золотым Дождём
Шрифт:
— «Сделано на совесть», — мелькнула у него мысль.
Он начал вращать культивацию на максимальной скорости, после чего направил на черепицу мощь Формации Мечей Времени. В следующий миг он схватил черепицу и потянул.
Хрусь!
Ла Раи успешно оторвал одну черепицу. От радости его сердце бешено застучало. Черепица была размером с ладонь, но она полностью состояла из Небесной почвы. Он ловко убрал её в сумку и принялся за демонтаж остальной части здания. Не успело пройти много времени, как вся черепица с крыши переместилась в сумку Ла Раи. Следом пришёл черёд уличной плитки. Вскоре и она нашла себе новый дом в бездонной сумке юноши. Далее юный лотос принялся за львов-стражей. Разобравшись с ними, его взгляд остановился на резных дворцовых карнизах.
Довольно скоро не стало и карнизов. Следом взгляд Ла Раи зацепился за ступеньки, ведущие к дворцу. Следующей жертвой стали колонны. Потом пришёл черёд лепнины на стенах. Не прошло много времени, прежде чем богато украшенный дворец был полностью вычищен. Сама конструкция никуда не делась, но теперь она разительно отличалась от того, что было раньше. Всё, что можно было отодрать с поверхности дворца, исчезло…
Если бы не сдерживающие заклятья и печати, защищающие внутреннюю часть дворца, Ла Раи бы по кирпичику разобрал всё здание. С трудом сдерживая радость и возбуждение, он, словно ястреб, взглянул на свою следующую жертву — следующий дворец. Он рванул к нему и принялся радостно его демонтировать.
Давным-давно, ещё до того, как сознание Бессмертных, построивших эти дворцы, слилось воедино с мостом, ими были наложены сдерживающие заклятья и печати. Они отлично понимали, что найдётся немало желающих украсть скрытые внутри сокровища. Но никому даже в голову не пришло, что когда-нибудь в это место забредёт кто-то вроде Ла Раи. Его не интересовали сокровища. Всё, что ему было нужно, — строительные материалы…
Шло время. Словно трудолюбивая пчёлка, Ла Раи переходил от одного дворца к другому, полностью демонтируя весь внешний фасад. После него не оставалось ничего, кроме голых стен. Всё, что можно было снять, отковырять или оторвать, перекочевало в бездонную сумку Ла Раи. За столько лет даже трава впитала в себя частичку Ци Небесной почвы. Заприметив необычную траву, юноша беззастенчиво выдирал и её.
Сейчас он напоминал саранчу в обличье человека. Любое, даже самое вычурное строение, после его визита выглядело так, будто мимо прошла буря, оставив после себя только голые стены. Постепенно такая судьба постигла десять дворцов, следом двадцать… за следующие два часа Ла Раи полностью демонтировал более семидесяти дворцов.
Он тяжело дышал, но его лицо буквально лучилось от радости. В данный момент у него осталось ещё тридцать дворцов. Юноша почувствовал, как у него открылось второе дыхание. С ним он уже собирался приступить к оставшимся дворцам, как вдруг из большого дворца на противоположной части долины, шатаясь, вышла Чжао Юлань. Только она вышла за дверь, как весь дворец обрушился и превратился в руины. Чжао Юлань была чем-то обрадована, как и сидящая у неё на плече Чжисян. В её руке была зажата маленькая зелёная фляга.
— У нас ушло всего два часа, чтобы добыть этот предмет, — радостно сказала Чжисян. — Но эта маленькая фляга является сокровищем, которое принадлежало одному из девяти самых выдающихся Бессмертных. Два часа довольно много времени, но это того стоило. Золотце, мы должны поскорее отправиться к… э-э-э?.. А? Что?
Завидев Ла Раи, она приоткрыла рот, а её глаза расширились от удивления. Она даже начала их тереть, словно не могла поверить увиденному. Чжао Юлань тоже посмотрела на другую часть долины. Как и у Чжисян, её глаза расширились от изумления. Обе… просто застыли, как вкопанные. Нынешний пейзаж разительно отличался от того, что они видели перед тем, как проникли во дворец.
Некогда зеленеющая густая трава исчезла. Осталась только перекопанная земля. Небесная плитка с дорожек тоже полностью исчезла. Звери-покровители, защищающие дворцы, тоже испарились… Колонны, лепнина в виде драконов и фениксов — всё пропало… От богато украшенных стен дворцов остались сиротливые остовы, словно недавно прошла страшная буря… Осталось ещё около тридцати дворцов, которые сохранили свой первоначальный облик. Но от семидесяти дворцов не осталось ничего, кроме голых стен… Обчищенные полностью: от фундамента до крыши.
— Неужто сюда забрела Небесная Собака с планеты Восточное Воздаяние? — невольно пробормотала Демонесса Чжисян. — Или Бессмертная Саранча с планеты Северное Затмение?
Ничего не осталось, словно всё это слизнула собака или сожрала армия саранчи. Чжао Юлань и Чжисян заметили Ла Раи ещё перед целым дворцом. Он яростно пытался отковырять плитку остриём летающего меча. Меч сильно погнулся и был покрыт сколами. При каждом нажатии он протяжно скрипел, словно от унижения. С хрустом плитка поддалась. Ла Раи ловким движением рукава смёл её в сумку. Он работал по той же методике, с помощью которой демонтировал предыдущие семьдесят дворцов. Плитка была очень крепкой, но стоило оторвать хотя бы одну, как остальные становились лёгкой добычей.
Ла Раи почти сразу заметил Чжисян и Чжао Юлань. Но проигнорировал их, полностью сосредоточившись на плитке. Обе женщины ошеломлённо наблюдали за его манипуляциями. Чжао Юлань тяжело дышала, при этом в её глазах застыло недоверие. Словно она впервые в жизни видела Ла Раи. Откуда ей было знать, что этот хитроумный, жестокий и безжалостный юноша предстанет перед ней в таком свете?
— У этого парня точно в жилах течёт кровь Небесной Собаки. Или, быть может, он практиковал культивацию Бессмертной Саранчи. Проклятье, он отодрал даже уличную плитку, — Чжисян видела сосредоточенность в глазах Ла Раи, отчего в ней начало зреть подозрение: — Разве он не боится проклятия?
Чжао Юлань заворожённо наблюдала за происходящим. Внезапно ей начало казаться, что новый Ла Раи был гораздо страшнее, чем знакомый ей, привычный Ла Раи. Страсть, с которой он демонтировал здания, находилась за гранью её понимания. Именно это непонимание делало происходящее ещё страшнее. Особенно когда юноша закончил с плиткой, а потом принялся за львов-стражей. Следом он срубил колонны, а потом начал отдирать лепнину со стен. Чжао Юлань не могла поверить своим глазам.
Она даже думать не хотела, что случись, если бы Ла Раи каким-то образом добрался до племени Пяти Ядов. Ему бы хватило пары часов, чтобы обчистить всё племя. Чжисян какое-то время мялась, но потом наконец окликнула:
— Эм, эй… собрат даос…
— Не мешай! — отрезал Ла Раи, даже не повернув головы.
Он оторвал часть лепнины, а потом вытащил летающий меч и опять начал ковырять стену.
— Знаешь, — быстро нашлась Чжисян, — Главная палата в центре долины сделана из более качественного материала. Небесная почва там гораздо чище, чем эта.
От её слов рука Ла Раи, готовая оторвать ещё кусок лепнины, застыла. Он повернулся и взглянул на Чжисян и Чжао Юлань. Чжисян тут же продолжила:
— По сравнению с главной палатой все эти дворцы сделаны из мусора. Небесная почва там… эм, то есть плитка стоит в сотни раз больше, чем вот эта! — она сделала неопределённый жест рукой в сторону одного из дворцов. — Собрат даос, ты явно благословлён с рождения. У тебя изысканный вкус, и ты, очевидно, великий человек, настоящий герой! Нам стоит ещё раз объединить усилия, как думаешь? Ты демонтируешь главную палату, а я сниму сдерживающие заклятья. Так твоя работа пойдёт ещё быстрее. Потом мы поделим добычу пятьдесят на пятьдесят. Что скажешь?
После слов Чжисян Чжао Юлань сделалась неестественно молчаливой. Она никак не могла связать с Ла Раи слова вроде «великий человек» или «настоящий герой». Ей на ум приходило только одно сравнение: сметающее всё на своём пути чудовище. Глаза Ла Раи заблестели. Он несколько вдохов молчал, но потом коротко бросил:
— Подожди немного.
— Никаких проблем, — радостно ответила Чжисян, — Собрат даос, я понимаю, тебе надо помедитировать, чтобы восстановить силы. Никаких проблем. Что до меня…