Чтение онлайн

— Вот видишь… — я немного помолчал, — никто меня не убил.

— Ну как? — голос у нее был совершенно чужой. — Чем все закончилось с этой дешевкой?

— Эта дешевка дала мне козырную карту. Думаю, она у нее не последняя.

— А-а… — она замолчала. — Да, догадываюсь.

— У тебя ведь тоже могут быть неприятности, — сказал я, — потому и звоню.

— Могут, — голос у нее слишком спокойный.

— Хочешь, я не воспользуюсь тем, что узнал?

Рита снова помолчала, но не так долго, чтобы показалось, будто она обдумывает ответ. Потом сказала:

— Поступай, как решил.

— А ты?

— Не знаю. Как-нибудь выкручусь. Поступай, как решил, — повторила она.

— Я не хочу, чтобы у тебя были неприятности, — сказал я.

— Не думай об этом. Ты уверен, что у тебя получится?

— У меня хороший козырь.

Рита не стала спрашивать, какой.

— Если сможешь, позвони еще, я буду ждать, — сказала она. — Удачи тебе, — и повесила трубку.

Я все гадал, как мне управиться с Копыловым.

Головоломка из серии — волк, коза и капуста. Ведь никогда заранее не знаешь, какая роль тебе уготована — упаси Господи, если капусты. Хотя я лично ничего не имею против этого витаминного продукта.

«Сотрудник аппарата» открыл на звонок минут через пять, увидел меня, и брови у него удивленно поползли вверх.

— Ты? — он был в пижаме и шлепанцах.

Я поднял его с постели, и это мне придавало бодрости.

— Принимай гостей, — нахально посоветовал я и, толкнув его в грудь, прошел в квартиру.

— Володя, кто там? — послышался женский голос из комнаты.

— Скажи, по делу приехали, — подсказал я.

— Я сейчас милицию вызову, — слабо запротестовал Копылов.

Он еще окончательно не проснулся и потому не был агрессивным.

— Давай, милицию, жену, всех созови. Вместе обсудим, как ты развлекался в охотничьем домике. Вот повеселимся.

Взгляд его стал пристальнее.

— Ко мне по работе приехали, — крикнул он. — Спи, мы на кухне…

Мы сели на табуретки, друг напротив друга, через стол. Я рассказал про фотографию. В общих чертах рассказал, но он все понял.

— Сколько ты хочешь за нее? — спросил Копылов.

— У тебя есть приятель. Виктор.

Он задумчиво потер пальцами клеенку, потом утвердительно кивнул.

— Ты знаешь, что этот Виктор совершил убийство?

— Подозревается в убийстве, — поправил Копылов. — Но не он один подозревается, — и ехидно посмотрел на меня.

— Пусть так. Но пока он где-то прячется, я чувствую себя… неуютно. Вот поэтому Виктор мне и нужен. В обмен на фотографию.

— А откуда мне знать, что фотография у тебя? — спросил Копылов задумчиво. — Может, ты просто слышал о ней?

— Верно, — я вежливо кивнул, — и поэтому, прежде чем ты сообщишь мне адрес, я ее покажу. Но сначала надо договориться в принципе.

— Договориться в принципе… да, договориться в принципе… — он вроде как прислушивался, что происходит за стенкой, в комнате, — подожди, я сейчас…

Не думаю, чтобы он что-то услышал. Я достал сигарету и стал разминать. Очень хотелось курить, но я решил прежде спросить разрешения у хозяина. А он все не появлялся, и я уже подумал, не захотел ли он подремать под боком у своей жены.

В коридоре послышались шаги, я медленно повернул голову… В дверном проеме стоял Копылов и целился в меня из охотничьего ружья.

— Осторожнее, — сказал я, — эта штука может выстрелить.

— Руки за голову, — приказал он тихо, — и на делай резких движений. Я тебя пристрелю и объясню, что ты ворвался ко мне с угрозами.

— Может, и поверят, — я пожал плечами, — обо мне и так нехорошо думают. Только тогда фотография попадет в руки тех, кто не забыл историю про одного инфарктника.

— Так у тебя ее с собой нет? — спросил инструктор разочарованно и опустил стволы.

— Увы. С собой нет, — я засмеялся. — Можно закурить?

— Кури. Только форточку открой, — он сел напротив, а ружье положил на колени. — Где она?

— Сходим на вокзал, я открою автоматическую камеру хранения, покажу фотографию, ты назовешь адрес и пойдешь домой. А завтра я позвоню тебе и назову номер шифра камеры, где эта фотография будет дожидаться. Это на случай, если ты вдруг перепутаешь адрес. На вокзале ружье не поймут, — я перегнулся через стол и постучал пальцем по прикладу, — так что там мы договоримся мирно. Сам понимаешь, мне нужен только твой приятель, и, когда его арестуют, фото потеряет для меня всякую ценность.

Копылов прислонил ружье к батарее и пошел одеваться.

На улице светало, воздух был такой свежий, что хотелось умереть от восторга. Я стоял на ступеньках вокзала и наблюдал, как удаляется Копылов. Он шел бодрой походкой джентльмена, опаздывающего на свидание. А я вдыхал просветленное пространство и даже запрокинул голову, чтобы увидеть небо. Торопиться особенно некуда.

Потом зашел в телефонную будку, набрал номер отделения милиции, где меня вчера допрашивали, и, когда ответили, нарочито хриплым голосом сказал:

— Если кто ищет парня, который угробил директора комбината и труп спрятал на свалке, пусть пошарит в дачном поселке «Лесной». Дом номер девять, он на отшибе стоит.

— Кто говорит? — заволновались на другом конце провода.

— Сосед. Запомни — дачный поселок, сорок седьмой километр.

И повесил трубку. Снова набрал номер — теперь уже Алика.

— Быстро приезжай на вокзал. Можешь даже в подштанниках.

Потом мы гнали по сумеречному шоссе. Солнце еще не взошло, на небо наползли тучи и было темнее, чем час назад. Сырой воздух врывался в открытое окно и выдувал сноп искр из сигареты.

— Если нас застукают? — размышлял Алик. — Стоит ли нам соваться в этот поселок? И так узнаем, если его возьмут.

— Ты можешь не соваться, посиди в машине. А я должен видеть все собственными глазами.

Он пожал плечами и больше не спорил. Съехал на обочину шоссе, заглушил двигатель. Обернулся ко мне:

— Иди. Тут недалеко, напрямик, по просеке. Я подожду здесь. Не хочу попадать в заваруху…

Стал накрапывать дождик, и еловые лапы стряхивали на меня холодные капли. Пока я пробирался, промок до рубашки. Но вот лес поредел, и из-за мокрого орешника открылась поляна.