Чтение онлайн

С ногой дело обстояло совсем не так плохо, как опасалась Тишина. Девушка потеряет несколько пальцев, но сама нога не пострадала. Вся левая часть тела Вильям Энн почернела, словно обгорела. Со временем она станет серой.

Всякий, кто ее увидит, сразу поймет, что произошло. Многие не захотят иметь с ней дело, опасаясь порчи. Что ж, Вильям Энн предстоит провести жизнь в одиночестве.

«Я кое-что знаю о такой жизни», – подумала Тишина, окуная чистое полотенце в воду, чтобы вымыть лицо Вильям Энн.

Она проспит весь день. Смерть была очень близка, дочь Тишины едва сама не превратилась в Тень. После таких испытаний телу необходимо время, чтобы оправиться.

Конечно, Тишина также побывала на пороге смерти. Однако с ней такое случалось не в первый раз. Об этом позаботилась бабушка. О, как же она ее ненавидела! Именно из-за нее Тишина стала тем, кто она есть. Возможно ли испытывать ненависть и благодарность одновременно?

Тишина закончила мыть Вильям Энн, затем надела на нее мягкую ночную рубашку и уложила в кровать. Себруки все еще спала благодаря настойке, которой ее напоила Вильям Энн.

Тишина спустилась на кухню, чтобы обдумать тяжелое положение, в котором они оказались. Она потеряла награду. Тени наверняка уничтожили тело; кожа превратилась в пыль, а череп почернел. Она не сможет доказать, что прикончила Честертона.

Тишина уселась за кухонный стол и переплела пальцы. Ей хотелось выпить виски, чтобы ужасы прошедшей ночи хоть немного притупились.

Она размышляла несколько часов. Сможет ли она расплатиться с Теополисом? Занять у кого-то деньги? У кого? Может быть, найти еще одну возможность получить премию? Но в последнее время лишь очень немногие останавливались на постоялом дворе. Теополис ее предупредил, показав документ. Он не станет ждать больше одного или двух дней, после чего предъявит свои права на владение.

Неужели она прошла через жестокие испытания только для того, чтобы все потерять?

Солнечный свет упал на ее лицо, и ветерок из разбитого окна коснулся щеки, заставив отвлечься от мрачных мыслей. Тишина заморгала, потянулась и почувствовала, что у нее болит все тело. Потом она вздохнула и подошла к кухонной стойке. Она не убрала свои припасы после вчерашних приготовлений, глиняные чаши со смолой все еще испускали слабый свет. Стрела от арбалета с серебряным наконечником лежала на полу. Она знала, что должна навести порядок и приготовить завтрак для немногих гостей постоялого двора. А потом найти способ…

Задняя дверь распахнулась, и кто-то вошел.

…разобраться с Теополисом. Тишина тихонько вздохнула, глядя на чистую одежду и снисходительную улыбку. Он оставлял грязные следы на полу.

– Тишина Монтейн. Чудесное утро, не так ли?

«Тени, – подумала она. – У меня нет сил, чтобы разговаривать с ним сейчас».

Теополис подошел, чтобы закрыть ставни на окне.

– Что ты делаешь? – резко спросила она.

– А разве ты не предупреждала меня, что нас не должны видеть вместе? Могут ли твои постояльцы догадаться, что ты передаешь преступников мне? Я лишь стараюсь тебя защитить. Что-то случилось? Ты ужасно выглядишь.

– Я знаю, что ты сделал.

– Знаешь? Я многое делаю. Что именно ты имеешь в виду?

О, как ей хотелось стереть улыбку с его лица, перерезать ему горло и больше не слышать отвратительного говора Последнего Порта. Она не могла. Он так ловко играл свою роль. У нее были догадки, скорее всего, верные, но никаких доказательств.

Бабушка убила бы его. Неужели она настолько потеряла надежду, что готова на все?

– Ты был в Лесу, – сказала Тишина. – Когда Рыжий застал меня врасплох на мосту, я решила, что это он шуршал в темноте. Но я ошиблась. Рыжий намекнул, что ждал нас на мосту. А в темноте прятался ты. Ты выстрелил в него из арбалета, чтобы заставить Рыжего пролить кровь. Зачем, Теополис?

– Кровь? – сказал Теополис. – Ночью? И ты выжила? Должен сказать, ты везучая. Поразительно. И что еще произошло?

Тишина промолчала.

– Я пришел, чтобы получить долг, – заявил Теополис. – Насколько я понял, ты не сумела добыть награду? Похоже, нам понадобится мой документ. Как хорошо, что я захватил с собой копию. Все теперь будет чудесно для нас обоих. Разве ты не согласна?

– От твоих ног идет свет.

После некоторых колебаний Теополис посмотрел вниз. На его сапогах виднелись остатки светящейся смолы.

– Ты шел за мной, – сказала она. – Ты там был прошлой ночью.

Он бросил на нее равнодушный взгляд.

– И что? – Теополис сделал шаг вперед.

Тишина отступила, и ее каблук ударил в стену у нее за спиной. Она пошарила по столу, взяла ключ и отперла дверь. Теополис схватил ее за руку и потянул к себе, но Тишина распахнула дверь.

– Хочешь достать оружие? – спросил он с усмешкой. – Арбалет, который ты прячешь на полке кладовой? Да, я о нем знаю. Я разочарован, Тишина. Неужели мы не можем вести себя цивилизованно?

– Я никогда не подпишу твой документ, Теополис, – сказала она и плюнула ему под ноги. – Я скорее умру или останусь без дома и крыши над головой. Ты можешь взять постоялый двор силой, но я не стану тебе служить. Будь ты проклят, ублюдок! Ты…

Он отвесил ей пощечину. Короткий жест, лишенный малейших эмоций.

– Заткнись.

Она отшатнулась.

– Какой спектакль, Тишина. Полагаю, не только я один хочу, чтобы ты жила в соответствии со своим именем.

Она облизнула губу, чувствуя боль пощечины, и поднесла руку к лицу. На кончике ее пальца появилась капелька крови.

– Ты думаешь меня напугать? – спросил Теополис. – Я знаю, что здесь мы в безопасности.

– Городской глупец, – прошептала она и резким движением руки стряхнула на него кровь, которая попала ему на щеку. – Всегда следуй Простым Правилам. Даже в тех случаях, когда ты думаешь, что в этом нет необходимости. И я не открывала кладовую, как ты подумал.

Теополис нахмурился и посмотрел на распахнутую дверь в маленькое святилище. Святилище ее бабушки, где она поклонялась Небесному Владыке.

Нижняя часть двери была окаймлена серебром.

За спиной у Теополиса открылись красные глаза, и черная Тень скользнула в темную комнату. После коротких колебаний Теополис обернулся.

Он даже не успел закричать, когда Тень взяла его голову в руки и забрала его жизнь. Это была новая Тень, все еще сохранявшая очертания человеческого тела, несмотря на пульсирующий мрак одежд. Высокая женщина с жесткими чертами лица и длинными развевающимися волосами. Теополис открыл рот, но его лицо уже усохло, глаза провалились в глазницы.