Чтение онлайн

Еще несколько нажатий клавиш. Я задержала дыхание.

— Сорок один-сорок восемь дней. Вот ваш диапазон времени. Согласно вашим расчетам полная скелетизация произошла семьдесят один день назад.

— Итак, смерть наступила 6–7 недель назад, — подытожила я.

Он кивнул.

— Но имейте в виду, что этот период времени основан на предварительном подсчете, а не на фактических данных веса покойного.

— В то же время образовалось то вдавление в почве, тело было покрыто плотью и она интенсивно разлагалась.

Он кивнул, подтверждая мои слова.

— А никакого трупа у меня нет.

— И никто меня не любит. [24]

Я сразу же поехала в офис Люси Кроу. Дождь перестал, но тучи налезая друг друга висели низко над горами.

Я нашла шерифа за ее столом времен Гражданской войны, поедающую обеденный корндог. [25] Увидев меня, она вытерла рот, согнула палочку с оберткой и запулила ее через всю комнату в мусорную корзину.

— Два очка, — одобрила я бросок.

— Чисто в сетку. Никаких ободов.

Я положила перед ней распечатки и села на стул. Она изучала отчет по ЛЖК целую минуту, положив локти на стол и уперев пальцы в виски. Затем подняла на меня глаза.

— Я надеюсь что вы все это объясните.

— Летучие жирные кислоты.

— И что?

— В этой стене разлагалось тело.

— Чье?

— Соотношение ЛЖК предполагает время после смерти от шести до семи недель. Даниэля Виннета видели в последний раз в конце июля, числится пропавшим без вести с августа.

Сейчас октябрь. Посчитайте сами.

— Допустим я принимаю ваши предположения, что совсем не обязательно, но как же нога Виннета попала на место крушения?

— Если Бойд унюхал запах разложения, то и койоты могли. Может они вытащили ногу из-под стены. В том месте где рухнул фундамент.

— А остальное оставили?

— Возможно, они не смогли отделить что-нибудь еще.

— А как Виннета попал на этот двор?

Я пожала плечами.

— И как он умер?

— Это уже дело полиции. Я занимаюсь наукой.

Внизу Хэнк Вильямс пел «Long-Gone Lonesome Blues» но из-за помех звук сюда доходил словно из другой вселенной.

— Достаточно ли этого для ордера? — спросила я.

Шериф изучала бумаги еще целую минуту. Наконец она подняла голову, и посмотрела на меня таким взглядом будто готова мне накостылять. Затем вздохнула и потянулась к телефону.

Ко времени когда я покинула офис шерифа пошел мелкий дождь. Фары, стоп-сигналы, и неоновые вывески мерцали в сумерках раннего вечера. В воздухе чувствовался сильный запах скунса. На заднем дворе гостиницы Бойд лежал в своем загоне, положив на лапы голову и наблюдал за дождем. Он поднял голову когда я позвала его, и вопросительно посмотрел на меня. Когда он понял что гулять мы не пойдем, шумно вздохнул и снова устроил голову на лапах. Я наполнила его миску и оставила размышлять об этом мокром мире.

В доме было тихо. Я поднялась под тиканье часов Руби по лестнице. Из комнат не доносилось ни звука.

Повернув за угол своего коридорчика, я удивилась что дверь в мою «Магнолию» была приоткрыта. Я толкнула ее внутрь. И остолбенела.

Все ящики в комнате были выпотрошены, кровать разворочена. Из портфеля все бумаги и папки вывернули на пол.

Мои мысли зациклились на одном слове: Нет! Нет! Нет! Нет!

Я бросила свою сумочку на кровать, подлетела к шкафу и распахнула дверцы. Мой ноутбук был на месте — спрятанный у задней стенки. Я вытащила его и включила. Мысли неслись голопом:

Что здесь случилось? Что здесь случилось? Что здесь случилось?

Мысленно провела быструю инвентаризацию: ключи от машины, кредитные карты, водительские права, паспорт. Все это было при мне.

Почему? Почему? Почему?

По-быстрому хотели поживится ценностями или искали что-то конкретное? А что у меня есть такое нужное для кого бы то ни было?

Что? Что? Что?

Как компьютер включился я проверила несколько файлов. Казалось, все было на месте. Я пошла в ванную и плеснула холодной воды в лицо. Потом закрыла глаза и стала играть в детскую игру, которая, как я знала, поможет мне успокоится. Молча я стала вспоминать строчки песни которая первой придет на ум.

«Honky Tonk Women».

Тайм-аут с Миком и "Роллинг Стоунз" помог. Уже успокоенная, я вернулась в комнату и стала собирать разбросанные бумаги.

Я все еще прибиралась когда в дверь постучали и в дверях показался Эндрю Райан. В правой руке он держал два рожка с мороженым DoveBars.

Он обвел глазами беспорядок.

— Что за хрень здесь случилась?

Я только смотрела на него, боясь что голос сорвется если начну говорить.

— Что-нибудь пропало?

Я только сглотнула.

— Единственная ценность — это компьютер, но его оставили.

— Тогда не похоже на грабеж.

— Если только взломщика не спугнули.

— Такое впечатление что что-то искали.

— Или разгромили в приступе ярости.

Почему?

— Мороженое? — предложил Райан.

Мы ели наши DoveBars и рассматривали всевозможные объяснения случившегося. Ни одна версия не была убедительной. Два наиболее вероятных варианта были это, что кто-то искал деньги или же кто-то дал мне понять, что я ему или ей не нравлюсь.

Когда Райан ушел, я сложила остальные папки и пошла в ванную. Откинув занавеску ванны, я получила еще один шок.

Керамическая фигурка Руби — Сиротка Энни лежала на дне ванны, ее лицо разбито, а конечности раздавлены. Ее пес Сэнди свисал с душа, на плотно затянутой на шее петле.

Снова мой мозг погнал лихорадочные мысли, а руки опять затряслись. Это сообщение не имело ничего общего с деньгами. Кто-то вполне конкретно заявил как я ему не нравлюсь.

Вдруг я вспомнила «вольво». Был ли тот случай угрозой? Было ли это вторжение в мой номер очередной угрозой? Я боролась с желанием тут же сорваться и помчаться к Райану.

Я вспомнила о поломанных замках и подумала привести сюда Бойда. Вот тогда кому будет угрожать опасность?

Час спустя я лежала в постели и пыталась рассуждать более-менее логически. Я размышляла о той силе с которой отреагировала на вторжение в мое пространство. Меня до ручки довел страх или злость? А на кого я злюсь? Чего я боюсь?

Уснуть мне в ту ночь удалось не сразу.

Когда на следующее утро я спустилась вниз, Райан спрашивал Руби о моем неизвестном госте. Байрон Макмахон тоже сидел за столом и уделял внимание и разговору о взломе и своему завтраку из трех яиц.