Чтение онлайн

– Квадрант четыре четыре восемь, сэр.

– Я предлагаю, чтобы все подразделения перешли по тревоге на полное изучение радиации и способов ее нейтрализации. Комета очень опасна. Кирк, капитан "Энтерпрайза". Пошлите его немедленно, лейтенант Ухура. Идемте, мистер Спок.

Возле лифта он остановился.

– Мистер Зулу, увеличьте орбиту до двадцати тысяч миль.

Пораженный, Зулу сказал:

– Вы имеете в виду еще на двадцать тысяч, капитан?

Кирк с мрачным лицом мгновенно повернулся.

– Мне непонятно, почему каждую из моих команд переспрашивают. Делайте, что вам говорят, мистер Зулу.

Спок спокойно спросил:

– Каково наше теперешнее положение, мистер Зулу?

– Орбита на двадцати тысячах, сэр.

Кирк посмотрел на бесстрастное лицо Спока. Затем произнес:

– Придерживайтесь этого, мистер Зулу.

– Есть, сэр.

Когда за ними закрылась дверь лифта, на мостике воцарилась напряженная тишина.

Но изолятор воспрянул духом.

– Радиация, - проговорил Мак-Кой.
– Это так же хорошо, как и любой другой ответ. Но почему мы не знали об этом ранее?

– Я подозреваю, доктор, потому, что мои мыслительные способности не так высоки, как раньше.

Мак-Кой посмотрел на Спока. Затем он передал патрон со своей пленкой Догонит Уэллейс.

– Пожалуйста, посмотрите это, доктор.

– Хорошо, - сказал Кирк, - будьте добры, держите меня в курсе. Я буду на мостике. Вы идете, Спок?

– У меня есть вопрос к доктору, капитан.

Кирк кивнул и вышел. Спок сказал:

– Доктор, температура корабля становится все более непереносимой для меня. Я приспособил отопление в своей каюте на сто двадцать пять градусов. Это, по крайней мере, терпимо, но...

– Похоже, я не буду навещать вас дома, - сказал Мак-Кой.

– Я подумал, может быть, есть что-нибудь, что снизит мою чувствительность к холоду?

– Я не волшебник, Спок. Просто старый сельский доктор.

Когда вулканит закрыл за собой двери изолятора, Дженит, расстроенная, отвернулась от компьютера:

– Доктор Мак-Кой, ни одна из наших обычных антирадиационных терапий не будет иметь воздействия на эту форму радиационного поражения.

– Хорошо. Мы начнем прямо сейчас. Мы будем работать еще больше. Быстрее. Начинайте прямо сейчас. Но мы должны найти что-нибудь.

В коридоре Спока перехватил командор Стокер.

– Можно мне поговорить с вами, мистер Спок?

– Слушаю вас, командор.

Стокер понизил голос.

– Мистер Спок, корабль может функционировать, если главный инженер, главный врач или даже первый помощник нездоровы. Но ужасно, если такое происходит с командиром корабля.

– Я это знаю.

– Пожалуйста, возьмите меня. Мое восхищение капитаном Кирком безгранично. Он - замечательный командир. Но, мистер Спок. Мне нужна ваша помощь и ваше сотрудничество.

– Зачем, сэр?

– Я хочу, чтобы вы взяли на себя командование "Энтерпрайзом".

– На каком основании, сэр?

– На том основании, что капитан не способен выполнять свои обязанности в силу своего состояния.

– Я должен напомнить вам, что нахожусь в том же состоянии.

– Но вы вулканит, - сказал Стокер.
– У вас гораздо большая продолжительность жизни. Вы подвержены старению в меньшей степени.

– Я только наполовину человек, сэр, - сказал Спок.
– Мои физические рефлексы снижены. Мои мыслительные способности ограничены. Я быстро устаю. Нет, сэр. Я не гожусь в командиры.

– Если вы, вулканит, не годитесь, то капитан Кирк тем более.

– Сэр, - сказал Спок - меня ждут дела.

– Мистер Спок, я не хочу говорить то, что мне придется сказать, но инструкция требует этого. Как второй по командованию на "Энтерпрайзе", вы должны назначить срочное рассмотрение вопроса о компетентности капитана.

– Я против этого предложения, сэр, - сухо сказал Спок.

– Вам не приходится выбирать. Если капитан по своему физическому и умственному состоянию находится в плохой форме, слушание по вопросу о компетенции предусматривается правилами. Пожалуйста, не заставляйте меня цитировать правила, которые вы знаете не хуже меня.

Последовала длительная пауза.

– Очень хорошо, - сказал Спок.
– Слушание будет назначено на 14.00.

Под тревожными взглядами Кирка Дженит и Мак-Кой проводили последние исследования Чехова. Несчастный изрядно устал за время этой бесконечной процедуры.

– Это не будет больно, - сказал ему Мак-Кой.

– Вы это говорили и в прошлый раз, - сказал Чехов, - и в позапрошлый.

– И было больно?

– Да, - ответил Чехов.

Со стороны дверей раздался стон:

– Доктор, помогите.

Они повернулись: Арлен Гэлуэй цеплялась за дверной косяк, чтобы удержаться. Ее совершенно нельзя было узнать, так она постарела.

– Пожалуйста, сделайте что-нибудь, помогите.

Она протянула вперед руку, но, прежде чем кто-нибудь успел подойти к ней, упала на пол. Мак-Кой наклонился над ней, а Кирк смотрел на нее, испуганный и потрясенный.

– Это не лейтенант Гэлуэй, - спросил он дрожащим голосом.

– Это она, - ответил Мак-Кой, его собственный голос дрогнул.
– Или, вернее, это была она. Она умерла. Ее более высокий уровень метаболизма привел к тому, что она постарела быстрее, чем остальные из нас. Но это только вопрос времени...

– Боунс, сколько нам осталось?

– О, это вопрос нескольких дней, Джим, возможно, даже часов.

Это была не та информация, которая могла бы успокоить капитана Звездного флота, вызванного на слушание по поводу его компетенции. А люди, собравшиеся вокруг стола в зале заседаний, тоже не могли сказать ничего успокаивающего. Таинственная радиация оставила глубокие следы в каждом, кто имел несчастье посетить экспедицию Роберта Джонсона.

Выглядевший так, словно он отметил свое пятидесятилетие, Спок открыл слушание, повернувшись к секретарю Аткинс, которая вела протокол.

– Пусть будет записано, что слушание по поводу компетенции проводится по указанию командора Стокера, присутствующего здесь.
– Он помолчал.
– И с неохотой созвано мной.

Кирк сказал:

– Пусть также будет записано, что я считаю это слушание неправомочным.

Спок посмотрел на Стокера.

Тот сказал:

– Правило семь тысяч пятьсот девяносто второе, раздел третий, параграф одиннадцатый:

– Я знаю правила, командор, - ответил Кирк.

Спок сказал спокойно: