Чтение онлайн

Какая бы связь не была между нами, она осталась за дверями нашей тюрьмы.

Ссутулившийся старичок взял меня за руку и ободряюще улыбнулся.

– У мистера Ягера есть дела. Не воспринимайте это как равнодушие. Я уверен, что скоро он все объяснит.

Заставив себя улыбнуться, будто его слова меня успокоили, я повесила на плечо сумку и пошла за дворецким по винтовой деревянной лестнице. Перед нами простирался холл, достаточно большой, чтобы было удобно ходить вдвоем и при этом, между нами и стенами оставался фут. Стены были украшены портретами тех, кто могли бы оказаться предками Дедериха. Между всеми картинами было столько дверей, что я потеряла им счет.

Уилсон остановился перед одной из множества дверей и открыл ее, жестом приглашая войти.

– В комнате есть небольшая ванная, если вы захотите ей воспользоваться, - доброжелательно сказал Уилсон. Рукой он показал на красную бархатную веревку возле королевского размера кровати.
– Не стесняйтесь обращаться, если вам что-то понадобится. Я в ближайшее время принесу вам что-то из еды и напитков. Вы хотите что-то конкретное?

– Может быть, бренди?

Подмигнув мне, Уилсон кивнул и развернулся, чтобы уйти. Я пошла прямиком в ванную, не обратив внимания на убранство комнаты. Прямо сейчас я мечтала погрузиться в обжигающе горячую воду, не получив после этого пытки и унижения. Утопить и забыть свои беды, если повезет. Оглядываясь на те крохи, что я знала о своей жизни, не могу сказать, что на это были большие шансы.

*****

Меня разбудил сладкий запах меди. Я приподнялась резким движением, выплеснув воду на пол. Моргнула и оглянулась, но не смогла понять, почему этот запах заставил меня осознать, что я проголодалась.

Дверь в ванную была чуть-чуть приоткрыта. В тусклом свете я увидела, как на меня смотрел кто-то с серо-голубыми глазами. Прикрыв грудь рукой, я села и наклонилась, положив подбородок на край фарфоровой ванны.

Я улыбнулась, когда увидела, что это был ребенок.

– Привет, - я закусила губу, пытаясь придумать слова, которые его успокоят. Он выглядел так, будто его застукали с крошками печенья в постели.
– Ты потерялся?

Приоткрыв дверь еще немного, глядя куда-то поверх меня, мальчик покачал головой.

– Нет, мэм. Простите, мне просто стало любопытно. Папа занят. Я хотел с вами познакомиться.

Я наморщила нос.

– Не называй меня мэм. Меня зовут Лидия.

Мальчик ухмыльнулся.

– Ты красивая.

Теперь он полностью открыл дверь. Я подумала, что мне не стоит разговаривать с ним, лежа обнаженной в ванне. Уже открыла рот, чтобы попросить его подождать в другой комнате, но остановилась. Я почувствовала соблазнительный аромат, даже сильнее того, что разбудил меня. Закрыв рот, облизнула губы.

– Ты не передашь мне полотенце?

Мальчик без лишних слов проскочил в комнату и схватил полотенце с туалетного столика. Подойдя ближе, протянул мне, и я схватила его за запястье.

Звук двери, ударяющийся о стену, заставил меня поднять глаза. Дедерих ворвался в ванную, сверкая глазами.

– Отпусти его, Лидия.

Я не хотела. Я не знала почему, но часть меня боролась против Дедериха.

Прежде, чем приняла сознательное решение, моя хватка ослабла, и мужчина оттащил ребенка.

– Иди в свою комнату, - он рявкнул на мальчика, не сводя с меня глаз.

Мальчик убежал.

Искушение прошло, разум очистился. Я закрыла лицо руками, меня душило отвращение. С ужасом осознала, что собиралась сделать. Кем я стала?

Дедерих схватил меня за руку и выдернул из воды. Я ахнула от боли, когда он ударил меня об стену.

– Я должен убить тебя просто за то, что ты об этом подумала!

Я склонила голову, не противясь его грубому обращению. В тот момент мне хотелось, чтобы он убил меня.

– Мне жаль. Господи, Дедерих… - я остановилась и подняла взгляд на него, слезы щипали глаза.
– Я не могла остановиться. Если бы ты не пришел…

Он посмотрел на меня, затем вздохнул, опустив голову.

– Я знаю, - проведя языком по губам, он отступил.
– Уилсон принес тебе бренди. Выпей. Это должно ослабить желание, пока ты не сможешь начать кормиться.

С отвращением скрестила руки на груди.

– Я не хочу кормиться.

Глаза стального цвета вновь обратили свой взор на меня.

– Ты предпочитаешь подождать, пока в безумии не нападешь еще на кого-то невинного?

Я с сожалением покачала головой, не желая смотреть ему в глаза. Он издал раздраженный звук, когда наклонился и схватил полотенце с пола.

– Одевайся. Мы уезжаем.

Мне оставалось лишь кивнуть. Я смотрела, как он отвернулся. Что-то не давало покоя.

– Дедерих?

Он остановился, но не повернулся ко мне лицом.

– Что?

Я сглотнула и сосредоточилась на его спине.

– Кто этот маленький мальчик?

Дедерих обернулся, его глаза потемнели, полные ярости и горечи.

– Алрик, - его губы сжались в тонкую линию.
– Он мой сын.

Долгое время я не могла пошевелиться. Даже после того, как он вышел из комнаты, закрыв за собой дверь. Сын. Теперь я понимала, как мне повезло остаться в живых.

Меня охватило замешательство, но оно быстро прошло. По какой-то причине я подумала, что сказанные Сайрусом слова после убийства Мэри означали, что у Дедериха не было детей.

Очевидно, все было не так. Вспомнив маленького мальчика, я увидела сходство. Было немного неправильно сравнивать милого ребенка и жесткого мужчину. Глаза были самым красноречивым доказательством. У Алрика были глаза, как и у отца, в которых отсутствовала лишь стальная кромка, не имеющая отношения к цвету глаз.

Я налила стакан бренди, оставленный на маленьком подносе на столе у кровати. Осушив бокал, но не ощутив вкуса напитка, я снова наполнила его и села на край кровати. Я осознавала, что устроила несколько минут назад. Если бы Дедерих уже не ненавидел меня за необоснованные обвинения, он начал бы сейчас. И я не могла его в этом винить.

Дверь открылась и вошла высокая женщина с выразительными чертами лица и черными волосами с легкой проседью. Она остановилась в нескольких футах от входа в комнату, ожидая разрешения. Я встала и шагнула вперед. Мои глаза сузились.

– Ты, должно быть, Лидия, - ее тон оказался резким. Неприязнь была взаимной.

– Да, а кто ты?
– я чувствовала себя своенравным ребенком, стоя со скрещенными на груди руками. У меня не было времени решить, как быть в такой ситуации, поэтому я не изменила враждебного отношения.

Она посмотрела на меня сверху вниз, разглаживая руками бледно-персиковую юбку.

– Дедерих хотел, чтобы вы собрали вещи и встретились с ним внизу. Вы здесь не останетесь.

Скрипнув зубами, я кивнула. Поняв, что мне больше нечего сказать, женщина развернулась и ушла. Борясь с желанием показать ей язык через закрытую дверь, я оделась и схватила сумку. Никогда бы не призналась в этом вслух, но саму себя не обманешь. Моя неприязнь к женщине была больше связана с внешним сходством с мальчиком, чем с высокомерным отношением. Она могла бы быть его матерью. И я ревновала.