Чтение онлайн

В правление императоров-христиан обезглавливание стали применять чаще, заменив им распятие, оставленное в память о мучениях Христа.

Некоторые «отсекатели» вошли в историю своей приверженностью к этому виду казни. Так, Карл Великий, «обращая» саксонцев, обезглавил в Вердене более четырех тысяч человек.

Ричард Львиное Сердце в Святой Земле лишил голов две с половиной тысячи мусульман под тем предлогом, что выкуп за них заплатили недостаточно быстро.

В 1698 году Петр I приказал обезглавить несколько сот взбунтовавшихся стрельцов. Он и его приближенные собственноручно казнили десятки человек.

Во Франции герцог де Гиз, пленивший почти всех сторонников Годфруа де Ла Реноди, приказал обезглавить несколько десятков протестантов в Амбуазе.

Но «пальма первенства», если можно так выразиться, принадлежит китайскому императору Цинь Ши-хуанди, строителю Великой стены, который в 234 году до нашей эры приказал отрубить сто тысяч голов, дабы укрепить свою власть.

Практика усекновения голов существовала и в Африке. В XIX веке некий Эшар, которого цитирует Ролан Вильнев, был приглашен на коронацию короля Беганзина в Дагомее и оставил подробное описание действа: «Меня усадили на высоком помосте, напротив которого были выложены ряды человеческих голов. Вся земля на площади пропиталась кровью. Это были головы пленников, над которыми вволю поупражнялись заплечных дел мастера… Этим дело не кончилось! Принесли двадцать четыре большие корзины, в каждой сидел живой человек. Корзины поставили перед королем, а потом одну за другой сбросили с помоста вниз на площадь, где танцевала, пела и вопила жаждавшая крови толпа… Любой дагомеец, которому повезло схватить жертву и отрезать ей голову, мог тут же обменять ее на связку раковин… В конце церемонии привели еще три группы пленников: им отрезали головы зазубренными ножами, чтобы продлить мучения».

Напомним, что холодное оружие использовалось не только для быстрого и окончательного перерубания шеи. На Востоке и в Азии, главным образом в Индии, Китае и Персии, его применяли для предсмертных пыток.

Человеку сначала наносили довольно глубокие раны или «надрубали» шею, а умерщвляли, медленно отпиливая голову мечом. Острое лезвие совершало бесчисленное множество возвратно-поступательных движений, постепенно погружаясь в плоть под тяжестью собственного веса.

Казнь графа Эгмонта. Зачастую одного удара оказывалось недостаточно. Гравюра Берже. Частн. кол.

В Европе обезглавливание никогда не являлось пыткой и осуществлялось примерно одним и тем же способом. Все европейские летописи содержат многочисленные описания таких казней.

В Англии, России и многочисленных немецких княжествах головы рубили топором, во Франции, Италии, Испании — мечом. Арабы предпочитали саблю. В общем, можно сказать, что северные страны предпочитали топор, латинские — меч.

В Англии, в правление Генриха VIII, происходило более семисот казней в год, две трети совершались топором. Сам монарх не колеблясь отправил на плаху двух из шести своих жен — Анну Болейн и Катерину Говард.

В 1554 году по приказу Марии Тюдор топором отрубили головы семнадцатилетней принцессе Джейн Грей, ее мужу и отцу. В 1587 году топор лишил жизни Марию Стюарт, королеву Шотландии, обезглавленную в тюрьме по приказу своей кузины Елизаветы I. И опять-таки топором в 1649 году на площади перед Уйатхоллом казнили Карла I Стюарта.

Казнь Якова Шотландского, герцога Монмауса, в 1685 году на Тауэрхилл была ужасна. «Первым ударом палач лишь ранил законного сына Карла II. Монмаус поднял голову и с упреком взглянул на палача Джона Кеча. Тот нанес три удара подряд, но судорожно бьющуюся голову так и не удалось отделить от туловища. В толпе раздались крики. Палач выругался и бросил топор со словами: «Сердце не лежит». Шериф приказал ему продолжать. Толпа угрожала подняться на эшафот и разобраться с Кечем. Он поднял топор, нанес еще два удара, но и этого оказалось недостаточно. Ему пришлось воспользоваться ножом, чтобы отделить наконец голову герцога».

К началу XVIII века обезглавливание в Великобритании постепенно уступило место повешению. В России отсечение головы отменила Екатерина Великая, а в Германии, в рейнских землях, топор применяли еще в начале XIX века. К нему вернулись при Третьем рейхе — нацисты использовали его наряду с гильотиной и повешением. Именно топором казнили, например, Ван Дер Люббе, обвиненного в поджоге Рейхстага. До 1945 года этим древним способом были казнены сотни осужденных.

В Малине (территория современной Бельгии), по свидетельству архивных документов, в период между 1370 и 1390 годами из шестисот семидесяти пяти казней двести семьдесят семь были осуществлены при помощи топора.

Во Франции топор тоже использовали, но, как и в Италии, там быстро провели грань между топором и мечом. Приговоренных дворянского сословия постепенно избавили от топора, применявшегося для казни простолюдинов, предоставив им право умирать от меча, благородного оружия. Со временем обезглавливание, к которому изначально приговаривали выходцев из всех слоев общества, стало привилегией дворянства, топор окончательно ушел в прошлое, а разночинцев стали отправлять на виселицу или колесовать.

В итоге обезглавливание применяли все реже, а в начале XVIII века исчез и призванный внушать ужас обычай, когда палач разрубал обезглавленное тело на четыре части, которые вывешивали у главных ворот, тогда как голову водружали на столб на месте казни.

Принять смерть не от клинка, а любым иным способом считалось в Европе унизительным. Брантом пишет, что Франциск I, недовольный поведением некоторых придворных, пообещал «безжалостно» вешать тех, кто бесчестит дам.

О «благородности» обезглавливания свидетельствует и дело Хорна. Граф Анри де Хорн, внук принца де Линя и кузен регента, завлек в ловушку биржевого игрока под предлогом покупки акций на сто тысяч экю. Хорн с сообщником убили и ограбили этого человека. Их арестовали. Когда убийство было доказано, попавшие в неловкое положение судьи решили проконсультироваться с регентом, но тот объявил: «Пусть свершится правосудие». Тот факт, что убитый был евреем, по мнению графа, оправдывал его. Судьи были убеждены, что регент помилует родственника, и приговорили обоих к колесованию: так тогда казнили за подобные преступления. Семьи осужденных быстро поняли, что на помилование рассчитывать не стоит, и потребовали, по крайней мере, приговора к обезглавливанию, поскольку колесование считалось самой позорной казнью и бесчестье ляжет пятном на семьи и даже на самого регента, ведь он тоже связан с графом Хорном. Регент возразил цитатой из Корнеля: «Постыдно преступление, а не эшафот».

Обезглаливание саблей. Картина Реньо. D.R.

Любовь заставила двух знатных дам — герцогиню Неверскую и Маргариту Валуа — совершить весьма странный поступок.

Любовником первой был уроженец Пьемонта граф Аннибал Коконас, второй — сир де Ламоль.

Оба отличились прискорбным рвением в Варфоломеевскую ночь и поступили на службу к герцогу Алансонскому, младшему брату Карла IX. Они вступили в заговор с целью убить короля — тот сильно болел и вскоре умер, — с тем чтобы корона досталась герцогу, а не его брату Генриху III, незадолго до этого ставшему королем Польши.

Заговор раскрыли, Коконаса и Ламоля привели на эшафот в апреле 1574 года. Герцогиня Неверская и Маргарита Валуа получили после казни головы своих возлюбленных и приказали их забальзамировать, чтобы сохранить. Александр Дюма-отец сделал этих женщин героинями «Королевы Марго», а Стендаль вспомнил об эпизоде бальзамирования голов в романе «Красное и черное».

Успех процедуры обезглавливания зависел только от исполнителя. Все решала сноровка: голова могла отлететь с первого раза, но, если требовалось, наносили несколько ударов. Меч палача был тяжелым, с длинным широким заостренным клинком. Этот меч держали двумя руками. Чтобы управляться с таким орудием, от палача требовалась недюжинная сила.