ЖАНРЫ

Смертник в серой шинели. Тетралогия

Конторович Александр Сергеевич

Шрифт:

–  Это он нас опередить хотел. Спешит, видишь ли!

–  Так он что, еще что-то, помимо обычного груза везет?

–  Да хрен его знает? Может, и везет…

–  Странно… С обычным грузом так не спешат.

–  А я о чем? Меня вон тоже послали, ничего толком не пояснив. Мол, езжай, в городе встретят.

–  Ну, да… так тоже бывает. Ладно! Что от нас-то нужно?

–  Да до города чтобы дорогу кто показал, я ж по ней в первый раз иду.

–  Это не вопрос. Дам я тебе пару ребят. Назад-то когда будешь?

–  Пока не знаю. Неделя, может, больше. Там видно будет.

 Добро. Как соберешься куда, к Лейну зайди, он трактир у рынка держит. Ну, там уж сам знаешь, что сказать… Ему и деньги передашь.

–  Это уж как встречающий скажет. Может, у него и свои соображения на этот счет есть?

–  Ну, дорогу-то все равно через Лейна оговаривать.

–  И то верно.

–  Привет ему от меня передай. Скажи, мол, пиво все кончилось, чего не шлет-то?

–  Это и я тебе по дружбе пару бочонков сгрузить могу. Знал, куда иду, как товарищам не помочь?

–  За это благодарствую!

–  Еще что надо? Не стесняйся, обоз большой.

–  Дак… хлеба разве? А то крестьяне совсем страх потеряли - не везут уж дня три! Ну, ничего, уж я им выпишу-то! Будут знать… Это им не барону врать, тут все серьезнее!

–  Точно! Совсем нюх потеряли!

–  Как? Нюх? Эк сложил-то! Запомню…

Дальше все было просто.

По знаку Лорна ко мне подошли его спутники. Он, не сходя с места, озадачил их соответствующим образом. Кивнув головами, парни помчались в лес - готовиться к отъезду. Вернувшись к обозу, я выстроил телеги в колонну, приказав держать ушки на макушке. С провожатыми вести себя вежливо и опасений не показывать.

Сгрузив на землю бочонок пива, я велел положить рядом несколько добрых караваев хлеба.

Как раз в тот момент, когда я заканчивал сооружать полевой пункт питания для разбойников, подоспели и ребятишки Лорна.

Кивнув им на гору продовольствия и выпивки, я поинтересовался - достаточно ли?

–  Дык… Пиво, это здорово, а вот хлеба, пожалуй, и не надо столько-то… Весь не съедим, зачерствеет, а там и крестьяне подвезут. Пяток караваев забрать можно, вам-то оно тоже не лишнее будет?

–  Добро! Как скажете. А пиво… может, сейчас глотнете-то? Ведь вернетесь - а его и нету! Выпили все!

–  Неа… Лорн сейчас всех на дорогу поведет, почистить ее надо, ветер много деревьев повалил. Так что до вечера не тронут бочонка. А там уж и мы вернемся. Чай, до деревни тут недалече, а оттуда уж вы не заплутаете - дорога есть.

Разбойники не соврали, к вечеру мы уже выехали на опушку леса. Все оставшееся до этого время я ехал около повозки с провожатыми, разговаривая с ними на разные полезные темы. Олерт благоразумно не лез ко мне с расспросами.

В километре от опушки уже виднелись постройки.

–  Вон вам и дорога!
– ткнул рукою провожатый.
– Аккурат по краю деревни и идет. Там еще трактир есть, можно передохнуть.

–  Это уж само собой разумеется! Как без харчевни-то жить?

Я распрощался с разбойниками. На прощание они указали мне приметное дерево.

–  Назад поедешь, там наш провожатый будет.

–  Добро! Еще пива прихвачу, скучно ведь без него в лесу-то?

Они скрылись за деревьями.

Привязав поводья к телеге, я завалился на нее и попытался заново переосмыслить свои впечатления. А он были, мягко говоря, потрясающими…

Первое.

Сколько в лесу разбойников?

Судя по количеству хлеба, который они взяли - человек десять-двенадцать.

Это вся шайка?

От рук которой полегли и бесследно исчезли только за последние десять лет - шесть или семь караванов со всем добром. И со всеми сопровождающими. В общей сложности - человек триста… Много это или мало? Внушительно…

Второе.

–  … на дорогу поведет, почистить ее надо…"

Разбойник, чистящий ЗАБРОШЕННУЮ дорогу?

Волк-вегетарианец смотрелся бы убедительнее.

Как хотите, а я знаю только одну службу, столь явно занятую подъездными путями к своим постам.

Таможня…

Третье.

Единый опознавательный знак.

Ибо ничем другим эта пластинка не является. Орехи ей колоть еще можно, но уже неудобственно будет. И свойственен он уж никак не разбойникам, а самым что ни на есть крепким государственным структурам.

Поразмыслив, я добавил сюда еще один фактик.

На первый взгляд - незначительный.

Но уж это - кому как…

В моих глазах он весил немало.

Единая (насколько я это понял, со слов Олерта) сумма откупного.

Причем не в масштабах одной какой-то области или края, что еще можно было бы как-то объяснить. А по всей стране.

И вот в сочетании со всеми вышеперечисленными моментами, это выглядело…

Убедительно это выглядело.

Интересно, а как давно это практикуется?

И что возникло раньше: единый порядок откупных или орден святого Вайта?

Где тут курица, а где яйцо?

А Дорн?

Почему его пропустили разбойники?

И почему я должен обсуждать свой дальнейший путь с неведомым трактирщиком?

Объяснений всему этому я пока не находил.

Вернее, они были, но уж слишком… как бы это сказать… шокирующими, что ли?

В общем, как только наш караван разместился на постоялом дворе, я тут же отловил купца.

Надо сказать, что и он горел желанием предметно со мною побеседовать.

Наши желания совпадали, и поэтому много времени на взаимные поиски тратить не пришлось.

Мы уселись за стол в трактире. Олерт кинул хозяину монетку и попросил не занимать ближние к нам места. Тот решил эту проблему самым кардинальным образом - велел прислуге утащить оттуда лавки, так что сидеть стало попросту не на чем.

–  Ну?
– плеснул мне вина купец.
– Рассказывай!

–  Что?

–  Как ты с этими… лесовиками договориться сумел?

–  Все просто. Атаман у них сослуживцем моим оказался. Не в том смысле, что рядом служили, но друг друга видеть приходилось. Вот и разошлись полюбовно, я ему только продуктами помог да пару монет от себя лично подбросил. Он и не возражал, тем паче что их и было всего ничего. Десяток, может, чуть поболее. Он, кстати, сказал, что Дорн тут часто ходит и они его не трогают.

Поделиться с друзьями: