Чтение онлайн

— Впереди слава!!! — сотряс своды арсенала боевой клич капитана Варна.

— Позади смерть, — ответила Санти, сверкнув улыбкой на залитом кровью лице.

Пробудившаяся в пылу битвы сущность Первого Меча Латарнака наполнила принадлежащее Олегу тело памятью бесчисленных поединков. Мышцы, до того нерешительно ожидавшие приказов мозга, зажили собственной жизнью, сокращаясь не по воле разума, а ведомые лишь животными рефлексами, молниеносными и безошибочными. Многолетний опыт сражений, впитанный с поглощёнными человеческими душами, померк и сгинул на фоне веков кровопролития, отточенного до совершенства. Машина из костей, жил и мускулов под сверкающими от крови латами, перемалывала всё, что вставало у неё на пути. Без грации, без изящества, но с эффективностью и неотвратимостью столь восхитительной, что сама смерть склонилась бы в поклоне, узрев сие. Холодный воздух подземелья наполнился паром, идущим от иссечённых, разорванных, раздавленных тел, запах мяса и внутренностей бил в ноздри, пьянил и разжигал аппетит. Кровавая вакханалия не отнимала силы, а даровала их, заставляя желать лишь одного — больше, ещё больше отягощённых душами тел, чтобы это не кончалось, вечно.

— Нет!!! — крикнул Миллер, когда над прорезью его забрала зависло острие меча. — Всё... всё закончилось! Господи-боже.

Олег убрал руку с шеи Дика и, опустив меч, осмотрелся.

Винтовая лестница под его ногами была скользкой от крови, трупы устилали ступени и пол внизу. Брошенный щит, словно блюдо, покоился под отсечённой головой одного из берсеркеров. Олег взглянул на свои руки и ужаснулся — они, по самые плечи, были красными, покрыты ошмётками плоти и налипшими волосами. В горловине левой перчатки застрял вырванный с корнем язык, по защищающим пальцы пластинам медленно ползли в кровавом киселе поломанные зубы.

— Славный бой, — с ноткой злобного веселья пропел голос принцессы.

— Это был не я, — помотал Олег головой, продолжая, будто в прострации, наблюдать за путешествием зубов по латной перчатке.

— Тебе понравилось? — поднялась Санти на несколько ступеней, спихнув вниз мешающие проходу тела, и клацнула металлическими когтями по наплечнику Олега. — Конечно, понравилось. Отрадно знать, что и после смерти капитан занят любимым делом. Кстати, он предпочитал держать вторую руку свободной.

— Неужели? — Олег подобрал брошенную павезу и сунул предплечье в петли. — А у меня другие предпочтения. Больше нет? — кивнул он на вспоротый от паха до подбородка труп возле ног.

— Вы с её высочеством всех разобрали, — пожал плечами Мордекай, — я и попрактиковаться не успел.

— Души... — снял Олег перчатку и, словно мотылька, поймал в ладонь воспаривший над мёртвым берсеркером огонёк.

— Что ты видел? — спросил Ларс, когда неяркое свечение растворилось в поглотившей его плоти. — Ты знаешь, откуда они?

— С горных хребтов на северо-востоке, — открыл Олег глаза и вдохнул полной грудью, чувствуя, как раны затягиваются. — Снег, камни... и Тьма.

— Гут Холейн, — произнесла принцесса почти с облегчением. — Отец не лгал, Рихард там. Это хорошая новость. Плохая же в том, что наша милая непринуждённая прогулка перестала быть тайной и, похоже, имеет все шансы превратиться в действительно небезопасное путешествие.

— Действительно небезопасное? — Миллер так округлил глаза, что это стало заметно даже через забрало. — То есть, чёртов дракон там наверху — это ещё ерунда?

— Ерунда... — повторила Санти, пробуя слово на вкус. — Звучит легкомысленно.

— Так и есть, — кивнул Дик. — Вроде как: «Дракон? Пф, я этих драконов по два-три на завтрак жру, ерунда». Понимаешь?

— Ты забавный.

— Рад, что вашему высочеству весело. Но разве это не означает, что нам конец? Палач Мо высылает дракона с зондер-командой грёбаных орков, как какого-то сраного почтового голубя! А что будет на подступах к этим вашим пещерам? Кто нас там будет встречать, если доберёмся, назгулы и харадримская армия на мумаках?!

— Скорее армия нежити, — выдвинул альтернативную гипотезу Ларс. — Не будем забывать, что Палач Мо командовал легионами опустошённых в годы Великой Войны. Его некроманты и сейчас могут поднять полчища трупов с болот, однако...

— ...мы не повстречали ни одного опустошённого на пути сюда, — закончил фразу Мордекай. — И даже у этих парней, — пнул он истерзанное тело, — с душами всё в порядке. А мне казалось, что Пожиратели... Простите, — отвесил Томас реверанс в сторону принцессы, — Апостолы Тьмы, конечно же. Мне казалось, они склонны к консерватизму и, пробудившись, не откажутся от проверенных Великой Войной методов.

— Тебе есть, что сказать, колдун? — с плохо скрываемым раздражением взглянула на него Санти. — Так говори без недомолвок.

— Недомолвки? Я бы не посмел, ваше высочество. Мне лишь показалось странным, что Палач Мо отступил от традиций. Но кто я такой, чтобы ставить под сомнение замыслы Апостолов Тьмы? Разве только... — небрежно махнул он рукой в сторону Олега. — Не видел ли ты ещё чего в памяти нашего почившего друга со скалистых гор?

— Его разум почти девственен, — покачал головой Олег. — Он рос в яме, ел тех, кто оказался слабее, взрослел в схватках. Его командир тоже здесь, а других он не знал.

— Как непохоже на паству Апостолов, — приложил Мордекай кулак к подбородку, картинно задумавшись. — Не знать своего Бога...

— Здесь мы ответов не найдём, — прервал его размышления Ларс. — Нужно выходить и двигаться дальше.

— Отличный план, дружище, — усмехнулся Дик. — Вот только есть одна загвоздочка — дракон. На этот случай у тебя плана нет?

— Можно кое-что попробовать, — кивнул Ларс. — Но мне для этого понадобятся все души, какие найдём.

— Что ты задумал?

— Душа дракона не особо сильная, так? — обратился Ларс к Мордекаю.

— С великими не сравнится, но недооценивать её не стоит, — ответил тот.

— И разум его довольно примитивен?

— В шахматы он тебя не обыграет.

— И действует он явно не по собственной воле. Им управляет Тьма.

— Как и всеми на этой проклятой земле. Хочешь попытаться...?

— А почему нет? — Ларс резко обернулся, словно ища что-то, подбежал к одному из устлавших лестницу тел и склонился над ним. — Ещё дышит.

Недобитый берсеркер лежал на спине, придавленный двумя трупами своих соплеменников, и прерывисто глотал воздух тем, что осталось от нижней половины лица. Лоскут кожи с носом прилип к правой щеке, пазухи заполнила пузырящаяся кровь, обе челюсти были превращены в бесформенное месиво, и, чтобы хоть как-то вздохнуть, приходилось раздвигать языком заваливающиеся в ротовую полость фрагменты губ, костей, зубов и мяса.

Мордекай плотоядно ощерился, предвкушая развлечение:

— О, тебе посчастливилось послужить делу науки, мой чумазый друг.

Ларс оттащил в сторону мёртвые тела и, присев, поднёс руки к глазам подопытного. Тёмные нити проступили на ладонях чародея и пришли в движение, словно ожившее тату. Они плыли по коже, переплетались и пульсировали под немигающим взглядом берсеркера, чьи зрачки, расширяясь, скоро оставили от радужной оболочки лишь тонкую янтарную полоску, окаймляющую две чёрные бездны. Нити тьмы оставили породившую их плоть и, как голодные черви, потянулись в бездну пред ними. Берсеркера затрясло, белки его глаз покрылись алой сетью сосудов. Ларс поднялся и сделал шаг назад, продолжая держать руки ладонями к подопытному: