Чтение онлайн

Владслав ждал, что будет дальше, иного ему не оставалось. Неожиданно раздался голос, от которого по коже принца пробежал озноб. Это был Кзаркхмет. Но где же он?

– Аягасар?

– Да, господин, - подобострастно проблеял Аягасар'нерг-дан, низко кланяясь пустыннику.

– Вижу, ты справился. Весьма похвально.

Помощник колдуна склонился еще ниже:

– Жизнь моя и душа навеки принадлежат великому магистру и ордену!

– Подними взор, наследник, - с иронией и злой усмешкой в голосе произнес колдун.

Принц смотрел на черную птицу, из раскрывающегося клюва которой звучала речь колдуна. Старые легенды не врут! Ворон-посланник! Во взоре птицы сквозила холодность и расчетливость, им правила мысль Кзаркхмета. Находясь за сотни лиг отсюда, маг видел, слышал и чувствовал, как видел, слышал и чувствовал ворон.

– Вели своим жалким слугам немедленно развязать мои путы! Тогда и тебе, придворный чародей, будет сохранена свобода и жизнь, - принц прекрасно понимал, что его угрозы сейчас что крик немого, но мольбы о пощаде претили ему.

Ворон задрал голову назад, его грудь на миг занялась мелкой дрожью, из горла вырвался хриплый смех.

– Ты смеешь угрожать, ставить мне условия? Да ты скоро пикнуть не посмеешь без моего разрешения!

– Скоро чародейские кости затрещат на дыбе, а голова скатится по ступеням плахи.

Аягасар воткнул в бедро принца наконечник копья. Не глубоко, но болезненно.

– Подожди!
– ворон повелительно взмахнул крылом.
– Займешься им, когда я закончу.

В окрике колдуна звучала неприкрытая ярость, маг не терпел своеволия слуг.

Блестящие глаза птицы вернулись к принцу.

– Теперь ты пленник. Отныне и навсегда. Пройдет совсем немного времени, и от гордого наследника трона не останется и следа. Тебя отвезут на остров Черной Руки. Да, да, это не страшная сказа, последний оплот Аршаха существует.

Владслав похолодел. Неужели треклятый колдун в силах читать мысли?

– Путь ждет долгий и, прямо скажу, малоприятный для бывшего багарского принца, - при этих словах колдуна Аягасар хищно оскалился.
– По моей прихоти, тебя доставят на остров, не прибегая к магии. С каждым днем будет возрастать осознание неизбежности мук.

Владслав молчал, что толку говорить. Бессильные угрозы и демонстрация отчаяния только добавят унижения.

– И не надейся на помощь, не помышляй о побеге!

Владслав снова ужаснулся предположению, что колдун способен проникать в чужой разум.

– Никто не усомнится слухам, что росмальцы окружили твоих рыцарей и перебили всех до единого, а багарского наследника взяли в плен, но тот оказался настолько глуп, что попытался вырваться из полона да и получил случайную стрелу.

Владслав заскрежетал зубами.

– Багара потеряла нынешнего наследника, и это уже не пустой вымысел, - продолжал Кзаркхмет.
– О! Как приятно повторить: тебя переправят на остров, а там ...

Ворон взглянул на пустынника.

– Надо отдать тебе должное. Ты не такой сопляк, как Янсек. Убить двух джигров - это многого стоит. Превращение героя в червяка, в ничтожество доставит массу приятных минут.

Джигры! Понятно, почему телохранители колдуна столь навязчиво скрытны. Джигры - раса нелюдей, у них человеческое тело и голова ящера, а кожа смахивает на змеиную. Джигры живут на далеком юге, посреди знойной пустыни, что лежит между Оттоманом и Гвендией. В древних гранитных пирамидах они поклоняются темным богам, они давние и преданные слуги Зла. Джигра можно убить только, если отсечь голову. Глупец! Как же раньше не догадался о сущности таинственных пустынников.

– Однако не стоит более тратить время на разговоры, - птица посмотрела на Аягасара.
– Теперь пленник твой. Ты знаешь, что делать.

Аягасар'нерг-дан раболепно согнул спину.

Принц с омерзением разглядывал прислужника Кзаркхмета. Он тоже чародей?

Джигр, стоявший неподвижно до сей минуты, развернулся и вышел из палатки, унося на плече ворона. Как только он исчез, Аягасар моментально преобразился, вместо рабского ничтожества над пленником склонился волк. Вернее, шакал, занявший место тигра.

Аягасар'нерг-дан от души ударил принца по лицу.

– Получай багарец! Ей есть там кто? Давайте сюда! Багарца бить!

По зову внутрь просунулись глумливые морды трех костоломов и, немедля, присоединились к избиению.

Ордынский сотник, который молча сидел в дальнем углу палатки, задумчиво наблюдал за упрямо стискивающем зубы, принцем. Лишь изредка у багарца вырывался сдавленный хрип или стон, которые при всех усилиях было не сдержать. Сотник покачал пыльной чалмой и покинул палатку.

Справа по борту, в нескольких километрах от берега, по прикидкам Березина, зеленела кромка густого хвойного леса. Гоблинская чаща. А в глубине леса высились черные горы, издревле принадлежавшие тому же племени нелюдей.

Ветер радостно наполнял паруса, толкая ладьи на восток. Попутное дуновение достаточное, и нужда в гребцах пока отпала. Над головой голосили чайки, время от времени белые летуны ныряли за рыбой.

Ладья была небольшой, максимум на пятьдесят человек, включая команду. Палуба отсутствовала, и при непогоде натягивался тент. До сего дня плаванье походило скорее на развлечение. Попутный ветер который день оставлял гребцов без работы, сейчас трудились только рулевые да впередсмотрящие. К слову все гребцы из царских дружинников, из той сотни, что сопровождала Руслана. На трех некрупных ладьях всей сотни места не нашлось, посему пришлось дружинникам заменить гребцов.

– Интересно, что за тем мысом, - пробормотал Руслан, покончив с завтраком. Четвертый день пути не сулил особого разнообразия. Тяжко будет провести месяц в таком духе.

– Да ничего, - равнодушно ответил Свенельд. Он ошибся.

Поросший хмурым ельником мыс скрывал узкую, вытянутую бухту, уходящую вглубь материка версты на четыре. Там бросили якоря варяжские драккары. Один из них, что стоял ближе к берегу, заметно кренился на правый борт. Корабль получил пробоину.

Капитан корабля торопливо схватился за пузатую подзорную трубу, которая всегда находилась в кожаном футляре, притороченном к ремню. Чтобы оценить ситуацию, опытному мореходу потребовалось несколько мгновений.