Чтение онлайн

– Да.

«Так если совсем в храм не ходил, это же не редкое хождение», – мелькнула у него озорная мысль.

– Грешил ли ты воровством или мошенничеством?

– Нет, – с облегчением выдохнул Руслан.

– Грешен ли ты сребролюбием? Почитание денег, вещей. Игра в казино. Работа в воскресенье или церковные праздники?

– Да. Работал, – снова понурился Руслан. – Но к деньгам спокойно отношусь! – добавил он, чтобы чуть получше выглядеть в глазах священника.

– Грешен ли ты в лихоимстве?

– А это как?

– Мздоимство, ростовщичество, подкуп, – бесстрастно перечислил грехи священник.

– Ну подкуп, да. А мзды не беру. Мне за державу обидно, – процитировал он классику советского кинематографа.

– Грешен ли ты в неправде? Неправедный суд, осуждение невинных, оправдание виновных?

– Да.

– Грешен ли ты в зависти? Ропот на Бога?

– Наверное, зависть есть.

– Грешен ли ты в гордости? В высокомерии и самонадеянности?

– Да.

– Грешен ли ты в гневе?

– Да.

– Грешен ли ты в памятозлобии? Мстительность и непрощение обид?

– А это тоже грех?

– Конечно.

– Тогда да.

– Грешен ли ты в убийстве?

– Да.

– Прямо-таки в убийстве? Или соучастие в аборте и рукоприкладство? – Отец Александр недоверчиво взглянул на исповедника.

– Да нет. Недавно подозреваемого при аресте застрелил. – Руслан понял, что окончательно испортил впечатление о себе.

Священник молча перекрестился.

– Грешен ли ты в волховании? Гадание, целительство, суеверие?

– Тоже грех это? Тогда да. По дереву стучу все время.

– Грешен ли ты в любодеянии или прелюбодеянии?

– Да, – ответил Руслан, даже не собираясь погружаться в различия.

– Содомский блуд?

– Нет, – выдохнул полицейский.

– Ересь?

– Нет.

– Немилосердие? Неподавание милостыни, равнодушие?

– Да.

– Ох, сын мой. Каешься ли ты в перечисленных грехах? – Батюшка вздохнул и пристально посмотрел на Руслана.

– Ну… как бы да, но не совсем все понимаю.

– М-да. Тут бы епитимью на тебя наложить. А посоветоваться насчет чего хотел?

– Никитич говорит – надо работу в полиции бросать. Мол, помру от стресса. А я больше ничего и не умею. А еще и с дочерью проблема. Учиться не хочет, с женатым мужиком вдвое старшее нее сошлась.

– Да уж, – отец Александр погладил седую бороду. – Вот что – я через неделю собираюсь на Белое море. В монастырь на острове к отцу Иоанну. Есть такой старец блаженный. Старенький совсем, но очень к Богу близок и доходчиво все излагает. Он и епитимью наложит, и исповедует, и совет, угодный Богу, даст. Давай со мной поедешь? Место благостное. Я там на целый год заряжаюсь святостью.

– Это Соловки что ли?

– Нет. Поближе чуть-чуть. От Архангельска за Северодвинск на машине пару часов до моря, а там сорок минут на катере. Самолетом до Архангельска долетим. Два часа лету. Поработаешь там недельку трудником. Свежий воздух, люди Божьи. И отец Иоанн совет мудрый даст, не то что я.

– А знаете что, давайте! Все равно у меня больничный еще на три недели. – Руслан махнул рукой, даже не спрашивая, что такое «трудник». – Тут все уже до тошноты обрыдло.

Его сильно задела несправедливость начальства, и он всерьез задумался об увольнении.

Вечером он все-таки пошарил в интернете и почитал про обязанности трудника в монастыре. Кроме подъема в пять утра и двух богослужений в день, остальное его ничуть не испугало. Конечно, превращение из мирянина в монастырского работника шаг довольно резкий. Но в сложившейся ситуации Руслан был готов к любым изменениям в своей судьбе.

Он подумал, что ни разу не был в церкви на богослужении или на церковном обряде. Пару раз бывал на свадьбах и отпеваниях, но это не в счет. Семья его, за исключением бабушки, была нерелигиозной, жена тоже была атеисткой. Так что всю свою сознательную жизнь Руслан был вне церкви. Один раз он расследовал дело банды, грабившей загородные дома. Среди жертв преступников оказался протестантский священник. Руслана удивила спартанская атмосфера огромного дома, где жили трое своих и десяток приемных детей. и в то же время среди довольно скромной обстановки была и дорогущая бытовая техника, и дорогущий микроавтобус «мерседес». Вот это стало добычей бандитов.

– Немецкие братья во Христе жертвуют нам, – кротко пояснил пастор.

Руслан запомнил тогдашнее свое удивление таким контрастом и возникшее у него чувство недоверия к священнослужителям. Сейчас ему предстояла поездка в монастырь, и мало того – жить там придется по строгим монастырским правилам.

Но он был готов к этим испытаниям.

Через неделю Руслан стоял ранним утром в аэропорту Пулково возле стойки регистрации, дожидаясь отца Александра. У него была мысль сообщить о своих планах дочери, но звонить не хотелось, а текст сообщения как-то не складывался. А может, и обида за ее слова про испорченную жизнь матери сказывалась.

Батюшка вскоре появился. Руслан не сразу узнал его: тот был в цивильной одежде и больше походил на доброго дедушку, а не на священнослужителя.

– Здравствуйте, Ростислав, – назвал он Руслана его церковным именем и протянул руку.

– Здравствуйте, отец Александр. – Руслан пожал поданную руку.

Они сдали в багаж две коробки, нагруженные заказанными монастырем принадлежностями. Руслан оплатил стартер к генератору, а батюшка взял на себя траты поменьше. Через час они летели над Ладожским озером в маленьком самолете региональных авиалиний. Погода стояла хорошая, так что Ладога была как на ладони.

– Раньше я очень любил на Валаам и Коневец ездить. Но теперь больно там туристов много стало. А где туристы, там сложно сосредоточиться, душевное спокойствие обрести. Шум, гам, музыка, коммерция… – откровенничал отец Александр.

Руслан молчал, стараясь не сморозить какую-нибудь нечаянную глупость. В молодости они с женой плавали в круиз на Валаам, но он запомнил только долгую дорогу от пристани до монастыря и отвратительную водку в баре корабля.

– А вот у отца Димитрия в обители тихо, – продолжал отец Александр. – Туристов почти нет, паломники бывают только летом, да и то нечасто, так что от молитв ничего не отвлекает.

– А отец Димитрий это главный в монастыре? Вы же говорили про Иоанна? – отважился на вопрос Руслан.

– Отец Димитрий – это настоятель. Архимандрит! Не простой игумен, – с ноткой уважения проговорил отец Александр. – Все на нем. У него голова про все болит. И про стройку, и про братию. Да и с властями надо как-то договариваться. А старец Иоанн схиму принял, отрешился от всего мирского, молится все время, поэтому Бог его слышит.

– Теперь понял. А архимандрит это что значит? – Руслан не особо понял про схиму и архимандрита но решил все же разобраться.