Чтение онлайн

И все же на этот раз меня больше всего мучил другой вопрос – о моем друге Вано. Уж очень истории схожие. Муж, жена. Темный вечер. Пьяный парень пристает к красивой женщине. Муж, справедливо защищая ее, бьет парня по голове первым попавшимся камнем. Но этот удар оборачивается против него. У парня имеется влиятельный папаша, который ловко выпутывает его из этой скандальной истории. Продолжения Лядов не знает, я же вполне могу догадаться: мужа упекают в тюрьму на пару-тройку лет.

Итак, ситуации как две капли воды. Но разве не может быть похожих историй в таком огромном городе? Как знать… Неужели – Вано? Даже если это неприятное происшествие случилось с ним и Стасом, то ради чего они оба это так тщательно скрывали?

Я попытался вспомнить, как они встретились. Да, все сходится. Вано, увидев Стаса впервые, помрачнел и уткнулся носом в стол. А когда Толмачевский подвел к нашему столику Стаса, Вано просто-напросто смылся. И все же…

Все же встреча состоялась. Да, я помню. Ну, конечно, они сразу же узнали друг друга. И за нашим столиком между ними возникла словесная перепалка. Сразу было видно, что они не питали симпатии друг к другу, но с течением времени как-то сумели сгладить взаимное неприятие, не желая при этом афишировать свое знакомство. Впрочем, Стаса еще можно понять, но – Вано? По идее, он должен был наброситься на Борщевского с кулаками. Он этого не сделал и по сей день скрывает свое знакомство с ним. Почему? По одной лишь причине, если он…

Стоп. Стоп, дорогой Ник. Вначале ты должен окончательно выяснить, одна ли это вообще история – история Стаса с печальным блуждающим взглядом и история Вано. Кроме того, если Вано – преступник, то куда девать Анну, скрывающуюся в ночь убийства за кулисами? Правда, Анны вполне могло и не быть, ведь Вано вернулся по какой-то абсолютно неправдоподобной причине: он сам мог воспользоваться возникшей ситуацией, подсыпать цианид в чашку с водой, а потом сочинить историю про Анну. Показательно, что швейцар сам толком ничего не сказал – это Вано, в конце концов, спровоцировал его на такое красноречивое молчание. А затем…

Затем он решил украсть статуэтку у Васи. Я же появился не вовремя, почему и получил по заслугам. Все сходится. Но тогда про какие-такие клешеные штаны рассказывала Баба-Яга? Опять не сходится.

Вано усиленно пытался переключить мое внимание на Толмачевского. Сходится. Разве мне самому не показалось поведение Толмачевского и его прелестной девицы странным? И разве Лядов не подтвердил, что Анна знакома со Стасом? Тогда зачем она сама это скрывает? По идее, они все знают друг друга. А я раньше этого не замечал, и это уже не сходится. М-да, головоломка выпала не из легких. Конечно, по логике, Вано каким-то образом причастен к преступлению: слишком много его во всей этой истории, что бы ни приключилось – везде появляется он. И все же для меня оставалась загадкой его связь с Анной и Толмачевским.

Цепочку я постепенно складывал, но некоторые звенья к ней не мог подобрать, поэтому решил, что первым делом нужно как можно скорее поговорить с отцом Стаса Борщевского. Он в любом случае должен знать что-нибудь про личную жизнь своего сына. А уже потом следует хорошенько заняться моим другом Вано.

Молчание затянулось. Я так увлекся разгадкой кроссворда, что начисто забыл про существование Вовки Лядова и моей жены Оксаны. И, когда Оксана окликнула меня, я вздрогнул.

– Фу-у-у, извините, ради Бога, – выдохнул я, прикладывая носовой платок ко взмокшему лбу.

– Вова уже уходит, – тихо, с тайной радостью сказала Оксана.

– Ах, да, конечно. Уже так поздно. Ты на такси? Спасибо, Вовка, тебе огромное. Если бы ты знал, как помог…

– Да не за что, – улыбнулся Лядов. – Я же в долгу перед тобой. Фактически я тебя впутал в эту историю. Но, Ник, думаю, не стоит тебе слишком увлекаться этим делом. По-моему, здесь абсолютно все ясно. Стаса прикончила одна из его многочисленных баб-с. Он всегда на них был падок. Вот и плохо кончил. Жаль парня. Он и не подозревал, насколько опасны женщины. – Последнюю фразу Лядов подарил моей жене, желая показаться остроумным и наверняка желая сделать Оксане комплимент, а меня хоть чем-то уколоть. Но Оксана и бровью не повела, на сей раз неинтеллигентно выставив его за дверь. Нам он больше не был нужен. Мы выжали из него все, что можно, даже более того, потому что на прощание я доверительно попросил Лядова никогда и ни при каких условиях не упоминать сказочное имя Василиса Премудрая, а также оставить адрес Стаса – для выражения его отцу всяческих соболезнований. Вовка написал адрес и удалился. Наконец-то мы с Оксаной могли спокойно поговорить.

– Да-а-а, – задумчиво протянула Оксана, – какой бы ни был дурак Лядов, но где-то он, пожалуй, прав. Стас погиб из-за женщины. К сожалению, мужчины предпочитают опасных женщин. Я думаю, если бы я хоть чуточку была такой… Если бы тебя чуть меньше любила… Чуть больше обманывала тебя и всячески доставала… Ты бы в этом случае меня любил гораздо сильнее. Нет, я не права. Ты бы меня просто любил…

Я не знал, что ответить Оксане. Сейчас меня меньше всего тянуло на выяснение отношений. Поэтому я постарался перевести разговор на другое:

– Да, Оксана, возможно, Лядов где-то прав. Но, понимаешь, у меня возникли серьезные подозрения по поводу самой «КОСА». И эти подозрения, не исключено, совсем скоро подтвердятся.

– Каким образом? – В светлых глазах моей жены вспыхнуло нескрываемое любопытство – она быстро переключилась на нужную тему.

– Очень просто. – И я подробно изложил Оксане наши подозрения в связи с янтарным напитком «Реквием ночи».

– Это очень-очень любопытно. – Оксана отчаянно тряхнула своими светлыми прямыми волосами.

– Вот именно! Завтра же я позвоню Порфирию! Он обязан сделать экспертизу!

– Да, Ник. Безусловно, это довольно любопытная версия, хотя я в своей практике не сталкивалась с подобного рода наркотиками. А о наркотиках я знаю почти все!

– Да, но клуб полностью финансирует какая-то благотворительная зарубежная организация, значит, эти транквилизаторы могут вполне привозиться из-за границы!

Оксана взволнованно заходила по комнате, скрестив руки на груди.

– Ник, я постараюсь тебе помочь. Во-первых, я перерою завтра всю литературу. Во-вторых, если Порфирий не согласится произвести экспертизу, я это сделаю сама с помощью своих специалистов. У нас в ведомстве много лабораторий, специализирующихся на наркотических веществах. Они обязаны нам помочь.

Я не выдержал и крепко обнял свою жену.

– Ну, что бы я без тебя делал, Оксанка?

– Жил, Ник, просто жил. Возможно, если бы не я… у тебя никогда бы не возникло желания пойти в этот идиотский клуб.

– Не говори глупостей! – Я легонько оттолкнул от себя жену и нахмурился. И вновь попытался перевести разговор на другое: – А что ты думаешь об Анне? Знаешь, Вано говорил, что вроде видел ее за кулисами в ночь убийства. Он пока ничего не утверждает, но кто знает, что у него на уме? Вообще-то этот парень – довольно подозрительный тип.

– Анна, – задумчиво протянула Оксана. – Все может быть. Только какие у нее были мотивы для убийства? Ведь, насколько я понимаю, не ее бросили. Скорее, наоборот.

– Это мне и не дает покоя. Но она в данный момент – подружка Толмачевского. Возможно, она слишком много знает про «КОСА» и когда-то лишнее сболтнула Стасу.

– Знаешь, Ник, я склоняюсь к тому, что прав Лядов: все гораздо проще. Здесь замешана любовная история, от этого и надо плясать. Прощупать хорошенько подружку Толмачевского и уже потом выходить на сам клуб.