Чтение онлайн

Фохт смущенно улыбнулся, сцепил руки за спиной и принялся ходить взад и вперед по тесному помещению.

– Вы недооцениваете ваше собственное знание. Никто из нас так и не знает, что же действительно движет кланами. Должен же кто-нибудь, кто соображает так же хорошо, как вы, разгадать тайную цель всей этой возни.

Фелан кивнул, глядя вниз на мостик. Кроме обычного состава офицеров на мостике он заметил и других, нашивки на форме которых выдавали в них членов кланов Медведя-Призрака, Дымчатых Ягуаров и Нефритовых Соколов. Ему было известно, что они прибыли за неделю до этого на трех разных «прыгунах». Из подслушанных обрывков разговоров и заданных невинным тоном вопросов он выяснил, что цель визита – предъявить требования и обсудить детали встречи всех ханов, участвующих в агрессии.

Фелан повернулся к советнику Ком-Стара:

– Мы оба замечаем соперничество между кланами, и, если я не ошибаюсь, ожидаемое в ближайшем будущем последнее наступление Волков здорово пришпоривает остальных. К тому же Синдикат, по-видимому, предоставил Дымчатым Ягуарам полную свободу действий на одной планете, а Федеративное Содружество наделало неприятностей Нефритовым Соколам. Медведи просто-напросто запоздали с укреплением своих владений, а в целом это означает, что Волки в этом воинственном обществе – это собаки, победившие в драке. Вот такой каламбур.

Фохт поднял голову.

– Отлично. У вас верные сведения, а я смогу сообщить вам некоторые подробности о разных атаках. А пока что позвольте сказать, что душой победы в Содружестве были Гончие Келла.

«Да, черт возьми, кровавое наступает времечко». Фелан улыбнулся с большей готовностью, чем делал это месяцами.

– Спасибо, регент. Я ваш должник.

Фелану не удалось понять, что означает ошеломленное выражение, скользнувшее по лицу регента. Задавая следующий вопрос, Фохт быстро справился с собой.

– А не заметили вы других разногласий в кланах, чего-нибудь из ряда вон выходящего?

На некоторое время Фелан погрузился в размышления, хмурясь от напряжения.

– Не то чтобы и в самом деле разногласия... но я обратил внимание на некоторый разброд в отношении к себе, правда, приписал это тому, что я раб. Некоторые члены кланов, похоже, откровенно принимают меня или, по крайней мере, смотрят на меня с любопытством. Остальные же реагируют на меня так, будто я какой-то недочеловек. Вроде Ульрика и Влада там внизу, на мостике. Ульрик помог мне в благодарность за мою помощь, а Влад с самого начала презирал меня.

– Уверяю вас, это деление не ограничивается рабами. – В голос регента, наблюдавшего, как ильХан разгуливает по мостику, вкралось раздражение. – Хан Ульрик считал, что было бы хорошо, чтобы я следил за соблюдением формальностей, предписанных Великим Советом Ханов, но ильХан отослал меня, как будто бы я был недостоин подобной чести. Не думаю, чтобы Ульрик вообще когда-нибудь рассчитывал, что я буду присутствовать в Великом Совете, но реакция ильХана стоила Лео утраты некоторой части престижа и обеспечила Ульрику разрешение на проведение этой встречи.

Фелан недоуменно поднял брови.

– Как это?

– «Разъяренный Волк» будет единственным флагманским кораблем на встрече. Остальным ханам придется слетаться на меньших кораблях. К тому же Ульрик ухитрился назначить местом встречи Радштадт, планету, находящуюся далеко впереди чьей бы то ни было линии наступления. Этот выбор закрепляет превосходство Клана Волков в готовящейся агрессии.

Наемник пренебрежительно фыркнул:

– Ульрик очень хорошо умеет играть в политические игры.

Регент ворчливо согласился:

– Интересно бы узнать, когда эти игры кончатся. – Фохт развел руки, как бы охватывая ими наблюдательный отсек. – Нас с вами обоих следует считать врагами кланов, и все же Ульрик позволил нам наблюдать за их действиями и отсюда, и с самого мостика. Что же все-таки могло побудить его пойти на это?

Младший из собеседников покачал головой:

– Не могу этого сказать, регент, но, признаюсь, я постоянно оказываюсь в положении испытуемого. Очень похоже на то, что он позволяет нам наблюдать за ним, потому что сам может следить за нами и видеть нашу реакцию.

Военный регент отвернулся от мостика и встретился взглядом с Феланом.

– Я могу, понять это ощущение постоянного пребывания под контролем и думаю, что в этом отношении вы правы. Я тоже чувствую, что Ульрик что-то скрывает от меня. Он так хорошо играет в свои игры, что трудно понять, действительно ли он намерен держать информацию в секрете или хочет, чтобы я думал, что она скрывается и я смогу ее выведать. И если истина заключается в последнем, то зачем ему нужно, чтобы я разузнал что-нибудь, что якобы держится в секрете?

– Стоп, – вскинул руки Келл. – Подобные размышления заведут вас в такие дебри, что вы в конце концов спятите. Уж если искать что-то такое, что Ульрик не хочет, чтобы вы разнюхали, то добыть эти сведения будет не так-то просто. Мы ведь во вражеском лагере, и оба с клеймом вражеских агентов. А кроме того, для такого шпионажа потребовались бы специальные технические знания и оснащение, а этого у нас нет.

Выражение приятного изумления снова появилось на лице военного регента.

– Насколько я понимаю, вы развили в себе способность проходить через запертые двери.

Коробочка электронной отмычки, лежащая в левом кармане Фелана, показалась ему такой тяжелой, будто ее масса увеличилась в тысячу раз. «Какого черта Грифф не избавился от этой штуковины после того, как Влад обыскал меня?»

– Погодите! Что это мы вдруг перешли от пустой боловни о Хане к столь мучительной для меня теме? Я поклялся Ульрику, что не буду пытаться передать сведения о кланах кому бы то ни было. Он выполнил то, что обещал по заключенному нами соглашению. Я не могу нарушить свое слово.

– Восхитительно, – выразил свое признание Фохт, протягивая Фелану правую руку. – Отдайте мне это устройство и объясните, как оно действует. Я с удовольствием сделаю все остальное сам и даже скажу, что украл его у вас.

По кораблю троекратно прокатился низкий звуковой сигнал, оповещающий всех о приближающемся прыжке на Радштадт. Не раздумывая, Фелан двинулся к креслу, обращенному спинкой к мостику, и сел.

– У меня другое мнение, регент. Поступить так – значило бы нарушить слово.