Чтение онлайн

Ночь шелестит. Губы чмокают, не попадая в щеки. Тела прикасаются друг к другу, глаза ищут того, кто имеет вес или может иметь значение. Люди встречаются, попадаются на крючок, на них делают деньги, а потом их выплескивают вместе с канализационными отходами.

Громкость повышается, и ритм переходит в мелодию, которую повсюду играли все лето, «Better now» [24] , молодой мужской голос поет «better now, you probably think that you are better now» [25] , и публика орет, движется в такт песне по всей территории клуба. Воздух насыщен морской солью и сигаретным дымом, марихуаной и потом, лаком для волос и слишком большими дозами лосьона для бритья бренда «Том Форд».

It’s opening night [26] .

It’s high season [27] .

Hands up in the air [28] .

МЫ ЗДЕСЬ!

Многим девицам из эскорта платят только за то, что они украшают общество своим присутствием, особенно молодым и красивым южноамериканкам и тем, кто из Румынии и Болгарии.

У Тима звучит сигнал телефона.

СМС от Симоны, его коллеги по детективному бюро Хайдеггера.

«Ты на месте? Вильсон думал, что ты не пойдешь».

«Я тут, и вокруг одни задницы. В следующий раз твоя очередь».

In your dreams, Timmy boy [29] :-)

У входа, где реет пара флажков с логотипом «Мерседес», фотограф из желтой газеты 'Ultima Horas снимает прибывающих. Туристы подозревают, что все тут сплошные знаменитости, «звезды», достают свои телефоны и тоже начинают фотографировать, чтобы выложить в «Инстаграм» местные сливки общества.

Тим берет рюмку водки с подноса официантки, одетой в матросский костюмчик. Быстро опрокидывает в себя и хватает еще одну, пока официантка не слилась со стеной человеческого мяса.

Он наблюдает за прибытием Хуана Педро Салгадо. Тот застегивает пиджак, вылезая из черной машины. Салгадо уже полтора года начальник Национальной полиции в Пальме. Раньше он возглавлял местную полицию, где заменил одного молодца, присланного из испанского Фигераса для борьбы с коррупцией.

Смельчак из Фигераса заявил прессе, что его ствол всегда заряжен, что он готов взяться за прихвостней Серхио Хенера, которых он назвал pobrecitos, то есть «бедняжками», но скоро сам почувствовал себя «бедняжкой», когда машину его жены столкнули с дороги в Дейя. Мужчины в масках приставили к ее голове пистолет и велели сказать мужу, что ему пора покинуть остров, не то она получит пулю в лоб. Смельчак забрал семью и вернулся обратно на континент.

Хуан Педро Салгадо, крупный и тяжеловесный, облачен в серый шелковый костюм, сшитый на заказ. Тим с ним встречался. Национальная полиция занимается всеми тяжкими преступлениями. Убийствами, похищениями людей, изнасилованиями и пропажей людей. Пропажей Эммы тоже. Через несколько месяцев после вступления Салгадо в должность, почти через полтора года после исчезновения Эммы, он позвонил и сказал, что хочет встретиться с Тимом. Они встретились в баре Bar Bosch, в кабинете у длинной стойки, и Салгадо уверил его, что дело не закрыто, что он назначил лучших оперов для расследования, но дело сложное, нет никаких следов. Тим смотрел на его жирные колышущиеся щеки, дружелюбные карие глаза и кивал. Кивал, зная, что никто на острове, помимо его самого, не будет даже пытаться разыскивать Эмму.

– Как твое частное расследование? Как там дела? – спросил Салгадо. – Все еще ищешь?

– Я ищу, – ответил Тим. – Но ничего не добился. Пока что.

– Никаких новых следов, ниточек, зацепок?

– К сожалению, нет.

– Мы не сдаемся, – сказал Салгадо и положил руку Тиму на плечо. – Никто из нас. Не так ли? У меня самого двое детей, и я бы никогда не сдался.

Сегодня Салгадо приехал один, демонстрируя прочность своего положения. Он родился на острове, но ему все же не хватает нескольких поколений за спиной, чтобы считаться настоящим майоркинцем. Взгляд Тима падает на то место, где стоял Салгадо. Там теперь стоит мужчина того же возраста, что и шеф полиции, но худощавее, элегантно одетый, с коротко подстриженными волнистыми волосами, намазанными маслом. Тим его где-то видел, но не помнит в какой связи, а элегантный расцеловывает Салгадо в обе щеки и продолжает свой путь в человеческом море, поглядывая на эскортниц.

Иногда в бюро Хайдеггера поступают запросы с просьбой о помощи в даче взяток политикам или чиновникам. Бюро всегда отказывает. Этим они не занимаются. Они занимаются другими делами, и поэтому Тим сегодня здесь. Супружеская неверность, мошенничество с продажей домов и квартир, или жульничество с лодками, как то, чем Тим занимался с утра, нажать на кого-то, кто не заплатил свой долг, вот за это они берутся. И всем и каждому на этой тусовке могут понадобиться такие услуги, так что, когда вторая рюмка водки начала действовать, Тим протиснулся в гущу гостей, раздавая визитки с названием фирмы. «If you encounter any problems, we are your guys» [30] .

– Do not give that to my wifie [31] , – говорит жирный толстяк в оранжевом костюме, а его спутница, молодая женщина в золотом бюстгальтере, насмешливо улыбается.

– Please, give to wife. Tell about me [32] , – говорит она с сильным болгарским акцентом, а орангутанг шлепает ее по пояснице, не доставая до попы, на которой та сидит.

В туалете клуба, в серебряной мозаичной пещере с приглушенным освещением, к Тиму обращается парень в обтягивающих кожаных брюках, спрашивая, не хочет ли он дорожку. Тим отказывается и протягивает ему визитку.

– На случай, если твой бойфренд будет делать глупости.

Мужчина явно не понимает, что Тим имеет в виду, но прочитав на визитке «Частный детектив», улыбается.

– Good place for marketing. Very smart man, you [33] .

Увы, я не слишком умен, думает Тим, выходит на воздух и видит на дорожке вдоль берега четырех девушек-подростков. Они шумят, вопят и кричат в сторону клуба: «Чертовы аристократы, FUCKING SNOBS, eat my pussy» [34] , и уходят в ночь на заплетающихся ногах. Ему хочется побежать за ними, сказать им, чтобы были осторожны. Но он им не защитник, и к тому же кто-то стучит пальцем по его спине. Он оборачивается и видит своего друга Акселя Биому, отпрыска нигерийских иммигрантов и преуспевающего человека, в том смысле, что он получил университетское образование и работает журналистом в газете Diario de Mallorca.

– Тим, как ты себя чувствуешь?

Музыка звучит тише, и они могут поговорить, не стараясь перекричать песни.

– А как тебе кажется?

– Как диазепам.

Разве он рассказывал Акселю про таблетки? Нет, это случайное совпадение.

– Буду писать об открытии клуба, – говорит Биома, и его худое темное лицо морщится, а в карих глазах появляется виноватое выражение. Тим не может удержаться.

– А я-то считал тебя серьезным журналистом.

– Я серьезен, как пляжный клуб в августе.

После этих слов Аксель делает глубокий вдох, подтягивает тонкие синие брюки и с тоской смотрит на двух голых до пояса парней в баре, которые медленно целуются.

– Я сегодня написал статью о китайцах в Пальме. Эти косоглазые, как термиты, вгрызаются медленно, но верно в фундамент города и подчиняют себе все. Но так писать, разумеется, никто не позволит, поэтому в статье обычная белиберда. Про то, какие они трудолюбивые и как здорово они интегрируются в испанское общество. Но это полная чушь. Все китайцы интегрированы только в свою собственную китайскую, с поеданием собак, культуру, где бы они ни поселились.