Смотри. На. Меня.
Шрифт:
«Я, блядь, все равно тебя найду»
Немного подумав, я написала ему:
«Я ушла из дома не потому, что хотела, а потому, что боялась, что ты со мной что-то сделаешь. У меня до сих пор сильно болит рука и, я так понимаю, ты этим бы не ограничился»
Сообщения тоже могли быть доказательством того, что семья Леоне не просто нарушала правила, а и того, что мне вообще в их доме небезопасно. Может, это тоже поможет.
От Марко пришел ответ:
«Вернись. Ты и так уже сделала себе же хуже. Я раньше говорил тебе не злить меня. Ты не послушалась. Теперь получишь последствия»
«Нет. Я еле спаслась от тебя. Рядом с тобой я не чувствую себя в безопасности»
«Тебе все равно придется вернуться домой. Сделай это сейчас. Не усугубляй еще сильнее»
«Я же тебе ничего не сделала. Почему ты постоянно пытаешься навредить мне? Тебе весело надо мной издеваться?»
«Что в твоей комнате делают цветы? От кого они?»
Я села на диване, сильно сжимая телефон в ладони. По коже скользнул холодок, настолько сильный, что я поежилась, спиной вжимаясь в диван.
Значит, Марко действительно вошел в мою спальню. Я именно этого боялась, но…
«Я закрыла дверь на ключ. Как ты попал в мою комнату? Опять выбил дверь?»
«Тебе конец, Романа»
Сколько бы я не смотрела на экран, больше не было сообщений от брата. Я тоже ему ничего не писала.
Выбрасывая пустой стакан от кофе в мусорник, я подумала о том, что не отказалась бы еще от кофеина.
Всю ночь я не спала. По пунктам расписала все нарушения семьи Леоне, после чего отправила это Ариго. Потом, занималась тату-салоном. Убиралась там и заодно приводила мысли в порядок.
Как же мне хотелось поскорее открыть салон. А еще невыносимо жгло жаждой кому-нибудь набить татуировку. Почему-то я не хотела наносить их на себя. Странно, если учесть то, насколько я ими одержима. Просто почему-то я уже давно решила, что на мне не будет ни одной из них, но вот на ком-нибудь я бы с удовольствием набила бы что-нибудь сложное. Может, стоит поискать себе модель. Хоть немного утолить свою жажду.
Все перемены в университете я рисовала в тетради. Делала эскизы. Этим же занималась и в кофейне во время рабочей смены, когда не было посетителей.
— Не знал, что ты умеешь рисовать, — услышав голос Дарио за своей спиной, я дернулась и настолько резко закрыла тетрадь, что чуть острым карандашом не пронзила себе ладонь.
— Господи, не подходи так со спины, — я серьезно испугалась. Особенно, если учесть то, что последний час в кофейне посетителей не было и я привыкла к тому, что я тут одна. А еще я опасалась того, что сюда может прийти Марко. Он не знал, где я работаю, но все равно толком это не успокаивало.
— Покажешь? — Дарио посмотрел на тетрадь. Я отрицательно качнула головой и, свернув ее, положила в карман фартука.
— Я очень скромный творец, поэтому, нет, — касательно татуировок и эскизов скромности во мне было ровно ноль, но все же я не хотела чтобы Дарио понял, что это не просто рисунки. — Почему ты приехал? Кажется, ты говорил, что освободишься в восемь.
Я посмотрела на часы. Сейчас четыре. До окончания моей смены еще час. Но и Дарио я не ожидала так рано увидеть.
— Просто проезжал мимо и решил, что хочу попробовать кофе, который ты готовишь.
— Не боишься отравиться? — я пошла за стойку к кофемашинке. В небольшом помещение стало пахнуть одеколоном Де Луки и холодом улицы, исходящим от него. Почему-то эти запахи уже теперь показались мне приятными.
— Есть такая вероятность?
— Ну, мало ли. Вдруг я из тех роковых женщин, которые травят своих мужчин. Правда, наверное, мне перед этим следует заставить тебя жениться на мне, чтобы позже забрать все твои деньги. Как видишь, я разбираюсь в бизнес идеях.
— Поэтому ты до сих пор работаешь в кофейне?
— Я усыпляю твою бдительность.
— Хорошо, — Дарио сел на высокий стул рядом со стойкой. — Тогда давай, попробуй заставить меня жениться на тебе.
— Как-нибудь позже, — я махнула рукой. — И учти, кофе у нас дорогой. Три двадцать.
— Какой ужас, — Дарио лениво подпер голову кулаком. — Если оставлю нормальные чаевые ты посидишь у меня на коленях?
— Нет. Мы такие услуги не предоставляем, — я поставила перед ним чашку с горячим кофе.
Как-то Дарио при мне пил кофе. Крепкий, без сахара. Когда я начала работать в кофейне, у меня появилась привычка запоминать кто и какой кофе пьет и я надеялась, что сейчас все сделала правильно.
Я подтянула стул и села напротив Дарио. Так, что нас теперь разделяла стойка.
— Почему не пьешь? — спросила, заметив, что Де Лука так и не прикоснулся к чашке.
— Жду, пока остынет.
Ого. Де Лука из тех людей, которые не любят горячее?
Обычно Дарио производил впечатление человека, который по утрам умывается кровью врагов, вытирается наждачкой, а потом кому-нибудь ломает пару костей. Просто так. Как обычный распорядок дня.
А он, оказывается, горячий кофе не пьет. Вот сейчас сидит и смиренно ждет, пока он остынет.
Почему-то это показалось… милым?
— Я могу у тебя кое о чем попросить?
— Да, но если при этом ты будешь сидеть у меня на коленях, больше шансов, что я сделаю то, что ты хочешь.
— Я вообще-то на работе.
— Да, я вижу, — Дарио опустил взгляд немного ниже. — Тебе идет эта форма. Я бы тебя выебал.
— Мне стоит воспринимать это, как комплимент? — я пальцами постучала по стойке. И почему по коже пронеслось покалывание?
— О чем ты хотела попросить? — Дарио взял свою чашку, но пока что не пил кофе. Просто поставил ближе.
— Можешь, через час отвезти меня домой? Или ты до восьми все-таки будешь занят?
Глава 42 Ужин
— Я быстро переоденусь и мы можем ехать, — взяв свой рюкзак, я обошла стойку и направилась к кладовой, где обычно меняла одежду.
Положив рюкзак на коробки, я уже собиралась включить фонарик на телефоне и закрыть дверь, как заметила, что, Дарио тоже подошел к кладовой и сейчас стоял около дверного проема, опираясь о него плечом.