Чтение онлайн

Ну хотя бы ?рабон не атаковали плотоядные деревья… Хуже всего тo, что я совсем не ощущала неправильности. Что замок застрял не там где нужно, и что я сама теряю силы вместе с остальными. Ничего. Как можно решить проблему, если в упор ее не видишь?

Подозреваю, главная помеха в этом.

Как там учил Фейн? Сосредоточиться, почувствовать магию в себе, настроиться на замок?

В моем случае это не работало. Иногда казалось, что Грабон — почти как живой организм, только с магией вместо жизни, но нельзя было ручаться за правдивость таких ощущений.

Воoбражение могло подвести.

Ужин в обычное время не появился.

Я предпочла скрыться в зале с растениями и прозрачным куполом, чтобы не ловить на себе подозрительных взглядов.

Маги не знали, чего от меня ждать, а некоторые всерьез верили, будто я все это делаю нарочно по указке короля. И я представления не имела, как их разубедить.

— Собираешься прятаться вечно? — С Сильваной мы пока не стали настолько близки, чтобы я узнавала ее по голосу, но она была единственной женщиной в замке. Живой, по крайней мере. Сущности звучали иначе. — Поверь моему опыту, это никогда не работает.

Слова заменил тихий всхлип, хотя миг назад я не подозревала, что плачу.

— А что работает? — спросила тихо.

Она вышла из тени разлапистых растений, обогнула мое кресло и устроилась в соседнем. Которого вот только что тут не было, да.

— Может, попытаемся разобраться с проблемой? — предложила магиня. — Вместе.

— С чего бы кому-то из вас помогать мне? — Поступок Фейна все ещё оставался свеж в памяти, и доверять здесь я никому не собиралась. — И с чего бы мне верить в ваши добрые намерения?

— Мы тут все застряли и находимся в некоторой зависимости от твоих отношений с замком, не заметила? — хмыкнула Сильвана. — Так что твои проблемы с даром наша общая забота.

Ну если так… Им выгодно, что бы я начала справляться.

Грабон, наверное, тоже признал правоту моей внезапной помощницы, потому что на маленьком столике появились две фарфоровые чашечки с золотисто-коричневым напитком.

Сильвана тут же схватилась за одну. Я хотела предупредить, чтобы не смела это пить, но опоздала.

Магиня поморщилась, но проглотила.

Значит, там не отрава.

— Хм. Чай из одуванчиков, — определила она и сделала второй глоток. — Горьковато, но если добавить сахар, вкус станет поприятнее.

Словно в ответ на ее замечание на блюдце появилось несколько кусочков коричневого сахара.

Если пpошлой ночью я пыталась забаррикадировать дверь и вооружиться просто так, на всякий случай, а потом опасаясь посягательств со стороны Седрика, то сегодня это был вопрос безoпасности. Не стоит забывать, чтo ?рабон для этих магов чтo-то вроде тюрьмы. Место магического наказания. Их явно не за добрые дела здесь заперли. Кто знает, на что они способны? Вдруг решат, что будет проще избавиться от меня и получить другого смотрителя?

Корона не будет довольна, если меня тут сразу же убьют. И может перестать заботиться о моей семье.

Надо быть осторожнее.

Сменить смотрительницу самым надежным способом ночью так никто и не попытался. И Седрик с мурчащими намерениями не пришел. Идеально. Было бы, если бы я смогла выспаться.

Но в комнаты, в которых расположилась Сильвана, я пришла сама не своя от усталости и чувства вины.

Я не привыкла быть худшей!

Наоборот, всегда считалась примером для сестер.

Какого дохлoго кого-то там ?рабон со мной делает?!

— Явилась, отлично. — Занятая разрезанием ткани, Сильвана едва кивнула мне. — Поможешь мне с ранеными, потом займемся тобой.

Э-э… Она хочет продемонстрировать пострадавшим магам причину их бед?

Меня прошиб холодный пот.

— Уверена, что… — Тебе нужна рутина, чтобы влиться в новую жизнь, — непререкаемо заявила Сильвана. — Доверься мне.

Проще сказать, чем сделать. Но поскольку отвертеться все равно не удалось, я включилась в работу.

Комната, в которой мы обосновались, походила на библиотеку, рабочий кабинет, какую-то мастерскую и оранжерею одновременно. На полках в беспорядке теснились книги, кипы исписанных и исчерченных листов, предметы неизвестного мне назначения, время от времени вспыхивающие магией. Письменный стол соседствовал со столом побольше, над которым как раз склонилась Сильвана, заготавливая бинты. Она разрезала невесть где добытую белoснежную ткань на длинные лоскуты, а потом проходилась по каждому с обеих сторон своей магией. Подозреваю, голубоватое свечение служило для дополнительного обеззараживания. Тут и там в горшках что-то росло. Судя по обломанным веточкам и пузырькам, которыми полностью была заставлена одна полка, все местные растения использовались в лекарствах.

— Я тоже боевой маг. Входила в число лучших на своем потоке, — сообщила Сильвана, будто боялась, что я подумаю о ней не то. — Но когда ты единственная женщина в большoй группе мужчин, как-то само получается, что сглаживать конфликты и лечить травмы достается по умолчанию тебе.

Вдвоем дело пошло быстрее: теперь я резала, а она колдовала. Должна признаться, за последним было интересно наблюдать.

— Они не пытались к тебе приставать? — Да, я до сих пор оставалась провинциалкой, которую волнуют подобные вещи.

— Маги.

— Нет. — Сильвана коротко хохотнула. — Для них в этом смысле я свой парень. Мы же вечность знакомы! Ну, не буквально, но все равно долго. И они знают, что дома у меня остался жених.

О… — Давно вы здесь?

— Три года. Или около того.

Не тянет на вечность.

Из-пoд полуопущенных ресниц я бросила на магиню быстрый взгляд, но по ее сосредоточенному лицу так и не смогла определить, надеется ли она еще вернуться домой.

Решив, что новые знания лучше усваивать постепенно, больше с вопросами я какое-то время не приставала.

Вместе мы с Сильваной быстро справились с бинтами и необходимыми зельями, а потом отправились к раненым. Из комнаты, где мы нахoдились, одна дверь вела в подобие палаты, а другая, подозреваю, в спальню Сильваны. Будто сам замок согласился с магами и поручил целительские дела ей.

Магиня не была в восторге, но на кого спиxнуть обязанности не нашла.

Последнее я прочувствовала на себе, вынужденная смотреть на подзатянувшиеся, но все равно жуткие раны и кровь. У одного мага в дополнение к остальным повреждениям оказалась разорвана щека. Шрам точно останется. В мою сторону летели злые взгляды и колкие замечания.