Чтение онлайн

А иные невежды тайно души свои губят тем, что следуют книгам, запрещенным святыми отцами семи вселенских соборов; они заповедали нам этих книг не читать, ибо читающие их никакой пользы не приобретают, лишь погружают корабль своей души в пучину грехов, как говорит писание: «Бросающий камень вверх — разобьет собственную голову; разжигающий огонь — сам сгорит в нем». Подивись, о человек, как сбылось учение, о котором сказано в Божественном писании: «Если человек и всем миром овладеет, а душу свою потеряет, и что получит взамен своей души?» Ты видишь, как этот злобный и хитрый волхв весь мир приобрел, а душу свою потерял — и какую добрую хвалу и славу получил? На нескончаемые века он со всеми его хитрыми чародействами погиб душой и телом и с позором лишил себя этой краткой быстротекущей жизни.

А ты, бесстыдный, зачем все это творишь, оставя надежды на милость Божию и призывая на помощь сатану, не находя себе в этой болезни никакой помощи? Сначала пойми, что есть человек и какова кончина дней твоих, и подумай, как ты предстанешь перед праведным судьей, судящим невзирая на лица,— Христом Богом нашим? И готовя себе путь туда, где тьма кромешная и неутолимый червь, попробуй, сможешь ли в этой жизни стерпеть жар земного огня? А если и сможешь, то будущего неугасаю-щего огня не стерпишь, этот пламень таков, что поднимается от земли до самых небес. Согрешившего человека и сына человеческого ожидает червь, его дом — ад, а его постель — тьма, и отец его — смерть, а мать и сестра его — тление. Как ты можешь и в уме это представить, не то что в жизни отступить от милостей Божьих ко злу и пристать к сатане и дьяволу, и опечалить своего наставника и хранителя — ангела Божьего? И если, непокорный Богу, не откажешься от злой своей жизни, действительно, говорю тебе, будешь мучиться в этом и в будущем веке, как и проклятый еретик Гришка Отрепьев.

А благодать и мир да будет с духом вашим, братия, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

«Повесть» относится к особой группе сочинений о Смуте — к тем сравнительно коротким запискам, где мало деталей реальной борьбы, но излагаются чудеса и видения, свидетельствующие о крайнем возбуждении умов участников событий и знаменующие будущие грозные события или совершившиеся деяния.

Автор «Повести» — протопоп кремлевского Благовещенского собора Терентий — известен также как духовник царей Бориса и Федора и составитель двух посланий Лжедмит-рию I, написанных в ноябре 1605 — апреле 1606 года. В первом обращении к Самозванцу благовещенский протопоп напоминал новому государю, что «священство» выше «царства», и толковал знаменитую историческую формулу «Москва — третий Рим» таким образом, будто с прекращением династии Рюриковичей не Московское царство является оплотом православия, а лишь одна русская церковь. И хотя Терентий признал законность нового монарха и его ставленника патриарха Игнатия, тон первой челобитной не панегирический, а поучительный: царский духовник требовал от колеблющегося в вере Самозванца строгого следования православию.

Вероятно, по этой причине Лжедмитрий поспешил избавиться от слишком ревностного Терентия: духовником Расстриги стал игумен Владимирского Рождественского монастыря Исайя Лукошков, а благовещенским протопопом — Федор, обвенчавший Самозванца с Мариной Мнишек 8 мая 1606 года. Вторая челобитная написана уже опальным Терентием, пытавшимся лестными речами возвратить расположение Самозванца.

Лжедмитрий не успел оценить запоздалой преданности бывшего протопопа: 16 мая 1606 года он был убит. Василий Шуйский также относился к Терентию с опаской, видимо, памятуя о службе этого ярого обличителя «неправды» безродному Самозванцу. Лишь в ноябре 1610 года колесо Фортуны совершило полный оборот в судьбе Терентия. На этот раз его вращала польская рука: по указу короля Сигизмунда III Терентий вновь заступил в должность благовещенского протопопа.

«Повесть о видении некоему мужу духовному» в ее сохранившемся виде была составлена вскоре после 19 октября 1606 года, но в основе ее лежит запись видения «некоему мужу», сделанная Терентием ранее 14 октября того же года. Первоначальная записка была отдана Терентием патриарху Гермогену, и тот поведал о чудном видении царю Василию Шуйскому, а царь будто бы велел читать «Повесть» Терентия в Кремлевском Успенском соборе «во весь народ». Все это происходило накануне решительных столкновений правительственных войск с отрядами Болотникова, Пашкова и Ляпунова, когда Шуйский остался «на Москве... не с великими людьми».

С. Ф. Платонов, оценивая известия «Повести», отмечал, что «рассказ протопопа Терентия... свидетельствует нам, до какого напряжения доходило чувство и воображение народа, ошеломленного чрезвычайными явлениями самозванщины и междоусобной смуты». Эти видения, отмечал Платонов, «говорят нам о глубоком нравственном потрясении русского общества, которое не могло отыскать правды и смысла в удивительных событиях реальной жизни, часто не верило очевидности, но верило сверхъестественному и вместе с тем возвышалось до открытого сознания, что «несть истинны во царе же и в патриарсе, ни во всем священном чину, ни во всем народе».

«Иное видение», приписанное к «Повести» Терентия, передает впечатления сторожей, стоявших на паперти Кремлевского Архангельского собора — усыпальницы московских царей. Рассказ о видении сторожей имеет дату: «великий плач» и «великий свет» в соборе являлись в ночь на 28 февраля 1607 года, то есть уже в новый период Смуты. После решающего сражения 2 декабря 1606 года московским войскам удалось отбить осаду армии Болотникова, но во многих городах засели «воры», а казаки собирались на Северской Украине под знамена царевича Петра, и Болотников был заперт в Калуге войсками Шуйского. Сторожа из Овощного ряда — московские посадские люди со страхом и ужасом слушали, как в храме кто-то «читал по-книжному за упокой беспрестанно», но не могли объяснить своего видения, не умели вывести из него историческую мораль. Это и понятно, ведь вряд ли кто-либо в Москве мог предвидеть исход летней кампании 1607 года, казнь самозваного царевича Петра, пленение Болотникова и явление нового Самозванца («Вора»), в борьбе с которым впоследствии пало правительство Шуйского.

Позднейшее «Иное сказание» 20-х годов XVII века сохранило еще одну запись о видении в Архангельском соборе, на этот раз датированном 20 октября 1609 года. И опять стражи будто бы слышали «некие сопротивные беседы» и голоса поющих отшедшим душам в вечные благодати 118-й псалом, где между прочими псаломскими стихами находим один, напоминающий нам о пафосе «Повести» Терентия: «Буду говорить об откровениях Твоих перед царями и не постыжусь».

Список с повести о видении некоему духовному мужу. Моление святой Богородицы и всех святых за все православное христианство

Некоему духовному мужу явилось такое видение во сне, и тот муж рассказал свое видение благовещенскому протопопу Терентию. И по его рассказам Терентий записал видение и составил письмо, да отдал его патриарху, да и царю рассказывал. А имени того человека, кому явилось то видение, не сказал ни царю, ни патриарху: он заклял его именем Божиим, не велел про себя сказывать. И по царскому велению то видение читали в соборе Пречистой Богородицы вслух перед всем народом, и много людей слушало его. И по этому случаю в царстве был учрежден великий пост и малый, лета 7115 [1606]-го, с октября с 14-го числа, от понедельника, до октября же до 19 дня, до воскресенья, и пели молебны по всем храмам и молили Бога за царя и за все православное христианство, чтобы Господь Бог отвратил от нас свой праведный гнев и укротил междоусобную брань и мирно и безмятежно устроил бы все грады и страны Московского государства в бесконечные веки. Аминь.

Благочестивому царскому синклиту и христолюбивому воинству и всему православному христианству Русского народа. Послушайте эту повесть о Божьей милости к нам, грешным: дивно и полезно нынешнему лукавому и непокорному роду, отвернувшемуся от Божьей милости и уклонившемуся от святых его заповедей и впадшему в многоразличные дьявольские сети.

Поведал мне, грешному, некий святой муж, имя его ведает Бог. Я молил его о пользе души и о нынешней пришедшей на нас невыносимой скорби. И он послушал моего смиренного моления к нему и подробно рассказал мне обо всем, что я у него спрашивал. И еще сказал мне, грешному: «Видел,— сказал,— чудное видение, исполненное ужаса. В одну из ночей я молился господину Богу и Спасу нашему Иисусу Христу и пречистой его матери заступнице нашей Богородице Марии о мире всего мира и о нынешних лютых напастях, пришедших на нас, дабы Господь Бог отвратил праведный гнев свой и послал бы милость свою на людей своих. И после молитвы, в полуночи, я возлег на моем одре и только погрузился в чуткий сон, как внезапно послышался мне великий звон, как будто звонят в тот большой колокол, что отлили по повелению царя Бориса. И я во сне дивился тому великому звону и говорил себе: «Зачем такой великий звон, ведь сегодня нет праздника?» И я немного приоткрыл оконце и увидел яркий, будто дневной, свет. И я сильно удивлялся и говорил: «Когда успела закончиться ночь, если я так мало спал?» И тут увидел человека, идущего ко мне, он был мне знаком, и я спросил его: «Брат, что значит этот великий звон?» И он ответил мне: «Иди скорее, господин мой, в святую и апостольскую церковь Божьей матери, честного и славного ее Успения, и увидишь там преславное видение».

И я, грешный, скоро поднялся и пошел по улицам к церкви Божьей матери и размышлял в себе: «Отчего это путь чист, хотя теперь осень, и многие дожди пролились на землю, а ныне путь сух?» И когда подошел к святой великой церкви — увидел ее окруженную несказанным светом, и долго стоял, и дивился тому неописуемому видению. И явился мне тот муж, которого я знал, и сказал мне: «Иди, господин мой, к западным дверям со стороны Патриаршего двора и там увидишь чудное видение». И я пошел туда, и приблизился к церковным дверям, и поклонился до земли. И поднялся от земли и увидел, что двери церковные отверсты, и увидел Господа моего, сидящего на престоле, окруженного ангелами, и Пречистую Богородицу, надежду нашу и заступницу, стоящую справа возле престола, и предтечу Иоанна Крестителя слева, и святых пророков, и апостолов, и мучеников, и святителей, и преподобных, и праведных, многих из которых и я, недостойный, узнал, глядя на их святой образ. И видел святую Богородицу, молящуюся сыну своему и Богу нашему и кланявшуюся до земли.