Смятая память
Шрифт:
– Как, совсем без объяснений?
– Да.
Я украдкой смотрю на лицо милого. Красавец! Не видела его почти неделю и понимаю, что безумно соскучилась. Сегодня он должен был ко мне приехать, но видимо его планы поменялись. Я тоскливо вздохнула и снова взглянула на Рафаэля. Он спокоен и никакой опасности для себя в выражении его лица я не вижу.
– Мне ничего другого не остается, кроме как расслабится и отпустить ситуацию?
– Да.
– Ты сегодня не многословен.
– Да.
В очередной раз, решаю, что моей жизни ничто уже не угрожает. Во время моих раздумий и разносторонних догадок, я и Рафаэль поднялись на второй этаж, и он открыл передо мной тяжеленную деревянную дверь во вторую комнату справа.
– Заходи, милая, располагайся и чувствуй себя как дома.
– Угу…
– Еда на столе, перекуси, приведи себя в порядок, я позже к тебе зайду. – Сказал Рафаэль и прильнул к своей «малышке», чтобы поцеловать. Я же в этот момент сделала то, что мне казалось естественно нужно сделать – отстранилась от Рафаэля.
Что за бред! Ради чего! Он должен понять, что я не в восторге от происходящего! Я зла на него до безумия!
И снова в глазах Рафаэля заплясали чертята. Я в очередной раз пожалела о том, не умею читать мысли. Он, посмотрев на меня снисходительно и с любовью одновременно, разворачивается, выходит и поворачивает ключ в замке. Меня похитили и заперли. Супер! Вот этого я никак не ожидала, хотя уже пора перестать делать дурацкое удивленное лицо при каждой новой выходке Рафаэля.
Я чувствую, как устала, эмоционально, да и физически пережить такое напряжение без последствий для тела невозможно. Захотелось прилечь на кровать, которая стоит посредине комнаты, словно достопримечательность из средневековья, такая огромная и похожая на ложе принцесс из сказок. Недолго думая, я решила проверить ее мягкость и присела на краешек. Да, она действительно мягкая. Убедившись в сказочной мягкости кровати, следующее, что я сделала– это развалилась с хозяйским видом на королевском ложе, ведь Рафаэль сказал чувствовать себя как дома. Тут я словно окунулась в детство, и почувствовала облачную мягкость бабушкиной перины. На меня мигом нахлынули воспоминания. Вот я в аэропорту Домодедово. Мама плачет навзрыд, а папа еле сдерживает слезы.
– Доченька, может быть, ты останешься? Передумаешь? – с надеждой в голосе произнес отец, поскольку мама вообще от плача не была способна сказать ни слова. Хотя в ее глазах я разглядела невысказанность. Да именно так бы я описала ее взгляд, столько недосказанности, будто я покидаю их навсегда, они больше не увидят свою маленькую девочку, не поговорят с ней. И немая просьба в глазах отца «Останься!»
– Нет, папуля, я уже все решила, я уезжаю! Я этого хочу! – родители заключили меня в свои крепкие объятья, поцеловали, благословили и я пошла на посадку, махая им рукой.
– Ты уже взрослая и это твое решение… мы должны уважать, – всхлипывая и глотая слезы, произнесла мама.
– До встречи, я очень вас люблю! – прошептала я и послала родителям воздушный поцелуй.
Во время полета я много думала о прошлом, и нисколечко о нем не сожалела. Не сожалела я о том, что продала квартиру, которую мне оставила после смерти любимая бабушка, ведь благодаря именно этой продаже у меня появились деньги на билет, на съемную квартиру, и чтобы продержаться первое время, пока не устроюсь на работу.
Как только я сошла с трапа самолета, то почувствовала волнение, и солнце Калифорнии нежно и приветливо меня обняло. Так мне показалось, ведь палило оно нещадно, а для моей белоснежной кожи – это вредно. Рейс компанией «Аэрофлот». Часы полета не тяготили, только ожидание новой жизни и возможности приблизиться к мечте грело мое сердце! И на конец– то, я дождалась – Международный аэропорт Лос-Анжелеса. Лос-Анжелес! Второй по численности населения город США, один из крупнейших мировых центров индустрии развлечений! Город – мечта, город – сказка!
И Тихий океан! Это один из главных критериев, по которому я выбрала именно этот город, расположенный на берегу Тихого океана. Тихий океан… Тихий океан вызывал у меня ассоциации с умиротворением и спокойствием. Но это только ассоциации. В реальности спокойной жизни в Лос-Анжелесе для меня быть не могло, ведь мне столько предстоит сделать! Молодая, красивая и амбициозная – я была полна желаний!
– Калифорния, встречай меня! Американская мечта, я уже близко! – так приветствовало девичье сердце город– мечту.
Пару дней спустя, обедая в кафе, недалеко от своего нового дома (свою съемную квартирку я сразу же стала называть домом), мое внимание привлекло то, что на меня довольно долгое время смотрит красивый, смуглый парень. Когда наши взгляды встретились, он сразу же решил покинуть свой столик и решительно подошел ко мне.
– Привет, я Рафаэль, Рафаэль Амайя– сказал он и улыбнулся. Его улыбка была белоснежной, на фоне загорелой, бархатистой кожи, весь его вид словно завораживал.
– Привет, – ответила девушка на ломаном английском,– я Катрин, Кэтти, Кэтти Смелая.
Он улыбнулся.
– Похоже, моя фамилия и здесь, звучит по-дурацки, – Сказала я и начала теребить салфетку, лежащую на коленях. В школе у меня были из-за нее проблемы, поскольку я «Смелая», то и отвечать на все вопросы преподавателей мне одной из первых приходилось. Думаю, что Рафаэль не знает русский язык, и понятия не имеет, что может означать моя фамилия. Видимо рассмешило его нечто другое.
– Откуда ты приехала, у тебя такой интересный акцент? – сразу же задал вопрос новый знакомый.
– Я из России.
– Далекая и снежная Россия! Ты не похожа на русскую, ну в моем представлении.
– Какое же у тебя представление о русских девушках? И почему вы все здесь считаете, что Россия вся в снегу? Снежная она только зимой!
– Ну, я всегда считал, что они – то есть вы, – Рафаэль поводил глазами из стороны в сторону, – В общем русские девушки– светловолосые и со снежными, холодными глазами. Русские ассоциируются у меня с холодом. А ты какая-то другая.
– Какая другая?
– Другая, совершенно другая… Ты – не холодная снежинка. Я наблюдаю за тобой минут десять и не могу оторвать взгляд. Твои глаза притягивают, они буквально сияют зеленым цветом, как изумруды.
– Ооо…Перестань…
– Твои длинные каштановые волосы так красиво обрамляют твое белоснежное лицо. От тебя определенно веет теплотой, ты вся излучаешь тепло, от которого хочется погреться душе. Здесь все загорелые, а ты словно белое суфле в шоколаде.
Я смотрела на него широко раскрытыми глазами, чаще обычного хлопая ресницами пытаясь скрыть смущение, и не нашлась, что ответить. Он определенно сразил меня наповал. Пара фраз и все, я была ошарашена. Таких комплементов от ровесников на родине я бы не дождалась никогда. Здесь же, совершенно другой случай. Выглядел Рафаэль безупречно, одет был с иголочки. Спортивное телосложение. Лет ему было не больше двадцати пяти.