Смыкая параллели
Шрифт:
Я задумался. Картинка складывалась воедино.
– Айрен, а у Дорена именно такая ситуация?
Айрен тяжело вздохнул:
– Знаешь, Костя, не хочу судить Дорена – не моя это работа. Но могу тебе сказать одно: очень много недоброжелателей, обиженных, оскорбленных, преданных и униженных оставил он в «пробной». Я удивляюсь его силе. Уже очень много лет он борется с темной энергией, мне кажется, будь я на его месте – давно бы сдался, а он – нет. Иногда я всерьез опасаюсь за него. В последнее время крайне заметно как он изменился, такая жизнь измотала его и, кажется, совершенно не радует.
– Да, энергия его выдает. Почему-то он мне не нравится.
Сален удивленно уставилась на меня. В ее глазах, также как и в глазах Айрена застыл немой вопрос. Я посмотрел на обоих по очереди:
– Что? Что-то не так?
Сален все-таки спросила:
– Костя, про какую энергию ты говоришь? Что там выдает Дорена?
Я улыбнулся, вспомнив о том, что они не в курсе моего нового умения:
– Ах, да! Забыл вам рассказать. Я тут сидел на совещании думал и на меня, вдруг, что-то нашло, все вокруг стало расплываться, словно я постепенно теряю зрение, ну ощущение такое было. Я попытался сфокусировать взгляд, чтобы разглядеть выступающих, но ничего не вышло – вместо людей мне виделись какие-то цветные шары. Я несколько раз закрывал и открывал глаза, было забавно смотреть люди – шары, шары – снова люди. И тогда я понял, что шары – это энергии. – я немного помолчал, снова посмотрев на собеседников. – Или что, я не прав?
Жители «явной» явно не врубались в обстановку, они пребывали в растерянности и продолжали молчать. Айрен обратился к Сален:
– Ты что-нибудь понимаешь?
Сален покачала головой:
– Ну-у, – протянула Сален, озадаченно почесав затылок, – что я могу сказать? Он очень быстро учиться. И как бы это странно ни звучало – у него много умений разной направленности. Некоторые из них весьма редкие. – теперь Сален посмотрела на меня, – у нас ими владеют единицы. А как их увязать между собой – непонятно.
Айрен потер подбородок:
– Или ты что-то путаешь, Константин… Или плюс ко всем твоим вновь обретенным способностям, ты еще и видящий…
Теперь настала моя очередь удивляться, я выставил руки вперед, как будто пытаясь остановить их:
– Подождите, подождите! Это что, не нормально?
Ответила мне Сален:
– Это как минимум странно. Чтобы видеть, нужно иметь определенную профессию, направленность. Но какова твоя направленность непонятно. Твои знания настолько разрозненные, что нельзя привязать тебя к какой-либо одной деятельности. Кто ты, Костя? На сегодняшний день это загадка.
В разговор вступил Айрен:
– Думаю, что вскоре мы эту загадку разгадаем. Меня больше интересует другой момент: с чего ты взял, что ты видишь энергии? Расскажи, что именно ты увидел?
– Ну… как сказать… Я не видел людей, ни тебя, ни Сален, вместо вас были разноцветные шары. Все шары были схожи между собой, отличались незначительно. Но… энергия Сален, например, ярко-красная, а твоя – очень ярко светится.
Айрен повернулся к Сален:
– Сален?
Она потупила взгляд, словно нашкодивший ребенок.
– Сален, ты ему ничего не сказала?! Нет, это, конечно, не мое дело. Как говорится – это ваша жизнь. Но я думаю, здесь ты не права.
Я, как уже здесь завелось, абсолютно ничего не понимал:
– Сален, а становиться невидимым – это тоже мое новое умение?
Жена обернулась и уперлась в меня взглядом, как будто пыталась заглянуть внутрь меня:
– Костя с тобой все в порядке? Ты чего несешь?
– А вы? О чем говорите? Причем так, как будто меня здесь и нет вовсе. Чего ты мне не сказала?
Сален снова опустила голову, пытаясь подобрать слова, потом выпалила на одном дыхании:
– Красный цвет моей энергии, Костя, говорит о том, что я беременна…
Меня словно окатили кипятком. Наступило молчание. Айрен и Сален уставились на меня в ожидании реакции. Я испытывал настолько странные и непонятные мне эмоции, что не мог понять, как мне реагировать. Словно ты жил, жил себе, все было прекрасно и предсказуемо, но вдруг мгновенно бросили в некую пустоту. И больше ничего нет… Ни слов, ни даже мыслей. Я все также молча опустился на диван, через некоторое время, мой язык мог шевелиться, выйдя из состояния отморожения, и все же говорить было до странности сложно, потому что мозг остался все таким же отмороженным:
– Я… конечно, все понимаю… Сален… Может быть, я не совсем еще влился в ваш сумасшедший коллектив. Может быть, недостаточно осведомлен о нынешних традициях и порядках… Но, я же имею право на то, чтобы знать о твоей беременности. – обида на Сален предательски надламывала голос, я старался говорить медленнее, чтобы это не бросалось в глаза. – Тем более, мы вроде как женаты. Или как тут у вас это называется? – я вновь посмотрел на свою жену.
Глаза Сален забегали в разные стороны, она открывала рот в попытке что-то сказать, потом снова закрывала, вновь пыталась что-то сказать и, наконец, заговорила все время заикаясь:
– П-прости, Костя. Я-я даже не могла п-подумать, что ты так расстроишься…
Я ее перебил:
– Я хотя бы могу поинтересоваться: кто отец ребенка?
Окончательно растерявшаяся Сален, чуть не поперхнулась воздухом:
– Как это кто? Ты. – девушка немного помолчал и громко добавила – Поздравляю, Константин Алексеевич, вы скоро станете папашей чудной девочки…
Нельзя было не заметить саркастические нотки, в последней фразе Сален. Мой мир снова был перевернут вверх ногами. Но все-таки эта фраза растянула мой рот до ушей, хоть я и пытался скрыть это. Подлетев к жене, я подхватил ее на руки и закружился по кабинету. А потом бережно на диван:
– Ну, ну, это же в корне меняет дело! Это… это… просто… у меня нет слов… только… Ну, почему ты мне раньше не сказала?
Сален немного успокоилась и даже повеселела, она улыбнулась и я, просто, растаял от этой нежности, светящейся, лучезарной. Эмоции переполняли меня, и до сих пор я не в силах описать это сложное чувство. Хочется, чтобы этот момент застыл и остался в памяти навсегда. Какое счастье понимать, что ты не одинок, что с тобой рядом жена и еще совсем крошечная, но все-таки дочь.
Айрен смотрел на нас, искренне радуясь простому человеческому счастью. Такому доброму и беззаботному, которого нам всем так не хватало сейчас. Мне на секунду показалось, будто в его глазах стоят слезы.
Немного придя в себя, мы вернулись к обсуждению тем насущных.
Айрен вмиг стал снова серьезным:
– Костя, ты мне скажи, какую энергию ты увидел у Дорена?
– Ты, знаешь, она, во-первых, тусклая и… я не знаю, как это объяснить, но она меняет цвет, с обычного на серые оттенки и обратно…