Смыкая параллели
Шрифт:
– Прости, Костя, здесь я бессилен.
Лекарь развел руками и опустил голову.
– Нет! Нет! – заорал я во все горло. – Это моя жена, моя дочь! Сален!
Я бестолково тряс тело своей жены в надежде, что она очнется. Я громко выкрикивал ее имя и просил ответить, как будто это могло что-то изменить.
Она уже не могла мне ответить. Камень жадно пожирал ее энергию, лишая последних жизненных сил, лишая возможности переродиться. А также, давая Дорену очередной крепкий образ, который он использует для войны. Украденная таким подлым образом энергия, словно вырывалась из моей груди, но я не чувствовал боли.
Я положил голову на грудь жене. Слезы катились ручьем, я не мог поверить в то, что это происходит.
– Сален! Сален! – я снова тряс ее за плечи.
Зак попытался поднять меня:
– Костя, успокойся. Мы найдем Дорена, найдем этот камень. Можно попытаться что-то сделать.
Я встал с земли и теперь очень спокойно, даже чересчур холодно ответил:
– Да, я найду Дорена.
Я резко достал меч из ножен и со всех сил перерубил ниточку энергии, связывающую мою жену с камнем. Зак схватил меня за руку, его глаза округлились от ужаса:
– Что ты делаешь?! Ты убьешь ее! Навсегда! Ты не оставляешь нам шанса помочь ей!
Камень, моментально растрескавшись, осколками рассыпался по земле. Сален резко вздохнула, ее тело обмякло из уголка рта потекла кровь.
– На веки вечные! – произнес я и занес меч для нового удара.
На этот раз, собрав все остатки сил, я воткнул меч в грудь своей жены. Зак пытался удержать меня:
– Остановись! Ты убиваешь ее!
Я всем телом навалился на меч, все глубже вгоняя его в тело, пока он не уперся в землю. Сален вскрикнула, это был последний звук, сошедший с этих нежных и таких любимых губ. Мое сердце сжалось, словно в горошину, от боли как раз тогда, когда в груди Сален оно остановилось.
– Эта тварь не получит ее энергию!
Я встал и пошел прочь. Зак находился в шоке, он не знал, что делать и что вообще происходит.
– Костя, ты куда? Что ты делаешь?
– Я знаю, где Дорен. Я убью его.
Я был у подножья горы.
Хотел я тебя там встретить.
Мне тихо шептали дубы,
Но я им не мог ответить.
Я взглянул на свой меч, светившийся полнотой энергии до этого момента, он стал совсем тусклым, будто доживая последние минуты. Кое где словно вены пробегали ниточки энергии, иногда подсвечиваясь синим цветом. Я убрал его в ножны. По дороге подобрал осколки камня, который забрал у меня мою жену.
Я в небо смотрел устало,
Топтал я сырую землю.
Как жаль, что тебя не стало…
Дыханьем я воздух колеблю.
Освободив сознание от мыслей и бесполезных теперь переживаний, я шел вперед, постепенно ускоряя шаг, пока, наконец, не побежал. Резко наступила тишина.
Я вижу вдали: это ты,
Не терпится слышать шаги,
Как будут резвиться цветы
Под легким движеньем ноги.
Я бежал вперед. Повернув голову, я увидел, как мимо меня проплывают люди, воюющие с зомби, кошки, разрывающие на куски этих тварей.
Но ты почему-то стоишь,
Колышется только платье.
Ты смотришь и, просто, молчишь,
Сверкает браслет на запястье.
Время остановилось, медленно растекаясь, словно растянутая карамель, а я уносился вперед, все дальше и дальше удаляясь от поля сражения. Ноги сами несли меня в нужном направлении. Я знал куда приду. Сален показала мне все.
Стройна и горда, как всегда.
Постой! Ты мне машешь рукою!
Ты делала так иногда,
А волосы льются рекою.
За несколько секунд я добрался до подножья горы, еще немного и вот эта поляна. Она закрыта с трех сторон густым лесом, несколько поваленных деревьев… Я знаю эту поляну, благодаря моей Сален. Здесь я впервые встретил Миру. Кажется, что с того момента прошла целая жизнь… Повсюду разбросаны непонятные вещи.
И я разбегаюсь опять,
Бегу я к тебе, спотыкаясь.
А вдруг не успею обнять?
Сказать, как люблю, улыбаясь?
Недалеко от меня в кресле лежит девушка, без сознания. Она заботливой рукой обернута в теплый плед, но видно, что внутри ей очень холодно и что-то мешает придти в себя. Что-то держит ее по ту сторону.
Рассеялся серый туман
И ты превращаешься в иву…
Каким был прекрасным обман…
Туман посмеялся игриво.
Около девушки сидит страж с абсолютно потерянным лицом. При виде меня он резко встает и движется в мою сторону, очень медленно, на ходу доставая, арбалет, пытаясь взять меня на мушку.
Я ивушку ту обнимал,
Целуя сухими губами…
Ее обнимал и рыдал,
Все крепче сжимая руками…
Напротив меня стоит Дорен, он жестом останавливает Джуса, заставляя его замереть на месте. Старик очень гадко улыбается. Огромная сила и, в то же время, панический страх скрыты под этой маской.
Я был у подножья горы,
Я в небо смотрел устало.
Мне что-то шептали дубы.
Как жаль, что тебя не стало…
Дорен что-то говорит, но я его не слышу. Я останавливаюсь в двух шагах от своего главного врага.
Постепенно возвращается звук. Поющие птицы и шелест листьев, чувство полного умиротворения.
– Теперь ты видишь, на что я способен? – Дорен все так же улыбается. – Ты появился не в той параллели, пойдем со мной. Я отведу тебя дальше.
Я грустно улыбаюсь:
– Куда дальше, Дорен?
– Сначала в «переходную», а затем в «итоговую».
Я повернулся к стражу:
– Не уж-то и ты в «итоговую»? Не рановато собрался?
– Да пошел ты! – огрызнулся Джус. – Дорен отведет меня туда, потому что здесь мне не место.
– Это он тебе сказал?
Джуса удивленно уставился на Дорена, тот молчал.
– А не он ли тебе сказал, что эта девушка должна стать твоей женой?
– Она и есть моя жена!
– Джуса, как можно быть таким идиотом? Не расскажешь? Ты знаешь, я когда маленьким был, очень любил мультик смотреть, не знаю в курсе ты или нет, «Простоквашино» называется. Так вот, там есть фраза такая хорошая, как раз про тебя: «Поздравляю тебя, Шарик! Ты – балбес!»
Джус дернулся с места и снова поднял арбалет. Но Дорен вновь остановил его:
– Перестань, Джуса! Он же просто провоцирует тебя. Неужели ты не видишь?
– Я? Что вы! Я пытаюсь достучаться. Знаешь, что с ней происходит Джус?
– Было сложное перерождение, у нее осложнение.
– Неужели? Ну и тупой! Даже я знаю, что это не так. Она в данный момент разрывает связь с тобой. Не чувствуешь?
На лице стража появился испуг.
– А знаешь почему? Потому что она – не твоя жена! Хотя бы это ты можешь понять?!