Чтение онлайн

Чтобы знать, в чем состоит наше спасение, надо знать наперед, в чем состоит наша погибель, потому что спасение нужно только для погибших. Ищущий спасения этим самым по необходимости признает себя погибшим: иначе для чего бы искать ему спасения?

Погибель наша совершилась через уничтожение общения нашего с Богом и через вступление в общение с падшими и отверженными духами. Спасение наше заключается в расторжении общения с сатаной и в восстановлении общения с Богом.

Весь род человеческий находится в погибели, в падении. Мы лишились общения с Богом в самом корне и источнике нашем – в наших праотцах [6] , при посредстве их произвольного согрешения. Они были сотворены непорочными, непричастными греху и тлению; с самого сотворения своего соделались причастниками Святого Духа; получив бытие естественное по человечеству, вместе получили и бытие сверхъестественное от соединения с Божеским Естеством. Произвольно отвергнув подчинение Богу, произвольно вступив в подчинение дьяволу, они утратили общение с Богом, свою свободу и достоинство, предали себя в подчинение и рабство падшему духу. Они произвольно отвергли жизнь, призвали в себя смерть; они произвольно нарушили целость дарованного им при сотворении добра, отравили себя грехом. Как начала рода человеческого, они сообщили и не перестают сообщать свою заразу, свою погибель, свою смерть всему человечеству. Адам, сотворенный по всесвятому Образу и Подобию Божию, долженствовавший произвести соответствующее потомство, осквернил Образ, уничтожил Подобие, произвел потомство, соответствующее оскверненному образу, уничтоженному подобию. Священное Писание, засвидетельствовавшее, что человек сотворен по Образу Божию (Быт. 1, 27), уже лишает этого свидетельства чад Адамовых. Писание говорит о них, что они родились по образу Адама (Быт. 5, 3), т. е. такими, каким соделался Адам по падении. По причине утраты подобия образ соделался непотребным. От лица каждого человека, вступающего в бытие падения, Писание приносит горестную исповедь: Я в беззаконии зачат, и во грехе родила меня мать моя (Пс. 50, 7). Человеки соделались врагами Бога, Творца своего (Рим. 5, 10).

Бог, по неизреченной милости Своей, призвал снова род человеческий в общение с Собой. Это совершил Он при посредстве самого чудного, непостижимого способа. Единым из трех Лиц Своих, Всесвятым Словом, Он принял человечество, зачавшись в утробе Пресвятой Девы действием Всесвятого Духа, устранив от Себя обыкновенное человеческое зачатие от семени мужского, зачатие, сообщившее всем человекам заразу греховную. Таким образом явился в роде человеческом непорочный Человек, каким создан праотец. Этот непорочный Человек был причастником Божественного Естества, подобно первозданному [7] , но несравненно в большей степени: первозданный был святым по благодати человеком, а вочеловечившийся Бог соделался Богочеловеком. Все грехи человеческие Он принял на Себя. Он мог сделать это, потому что, будучи человеком, был и всемогущим, всесовершенным Богом.

Приняв все человеческие грехи на Себя, Он принес Себя в искупительную жертву правосудию Божию за согрешившее человечество: Он совершил искупление, ибо мог сделать это. Неограниченно и бесконечно Святой искупил Своими страданиями и смертью многочисленные, но ограниченные согрешения человеческие, – и Священное Писание со всей справедливостью свидетельствует о Нем: Вот Агнец Божий, Который берет на Себя грех мира (Ин. 1, 29).

Богочеловек заменяет Собой перед Богом и весь мир, и каждого человека. Добродетели, и общественные и частные, истекающие из падшего человеческого естества, утратили по вочеловечении Бога значение: они заменены великим делом Божиим – верою в Того, Кого послал Бог. В этом Beликом деле Божием заключается и спасение, как засвидетельствовал Сам Спаситель: Сия же есть жизнь вечная: да знают Тебя, Единого Истинного Бога, и посланного Тобою Иисуса Христа (Ин. 17,3).

Добродетели христианина должны истекать из Христа, из обновленного Им человеческого естества, а не из естества падшего. Так как падение наше состоит не в истреблении добра из естества нашего – это отличительный признак падения отверженных ангелов, – а в смешении нашего естественного добра с неестественным для нас злом, то падшее естество наше имеет свойственные ему добрые дела и добродетели. Совершают их язычники [8] , магометане и все, чуждые Христа. Добрые дела и добродетели эти, как оскверненные примесью зла, недостойны Бога, препятствуют общению с Ним, противодействуют спасению нашему.

Отвергнем это мнимое добро или, правильнее сказать, это величайшее зло! Отвергнем деятельность падшего естества! Предадимся деятельности, заповедуемой нам верою во Христа! Перестанем проводить жительство по указаниям нашего падшего разума, по влечению нашего падшего сердца! Начнем проводить жительство по указанию евангельских заповедей, по требованиям воли Божией. Жительствуя так, спасемся.

Те, которые дают добрым делам падшего естества незаслуживаемую ими высокую цену, впадают в величайшую душевную погрешность. Они впадают, не понимая того, в уничижение и отвержение Христа. Часто слышится от них вопрос: «Отчего не спастись язычникам, магометанам, лютеранам и всем подобным, явным и прикрытым врагам христианства? Между ними много самых добродетельных людей». Очевидно, что вопрос и возражение являются от совершенного незнания, в чем заключается погибель и спасение человеческие. Очевидно, что таким вопросом и возражением уничижается Христос, выражается мысль, что Искупление и Искупитель не были необходимостью для человеков, что человеки могут удовлетворить своему спасению собственными средствами. Короче: этим вопросом и возражением отвергается христианство.

Добродетели падшего человеческого естества имели свою цену, подобно постановлениям ветхозаветным, до пришествия Христова: они приводили человека в состояние, способное принять Спасителя. …Свет пришел в мир, – сказал Богочеловек о Своем пришествии к человекам, – но люди более возлюбили тьму, нежели свет, потому что дела их были злы. Ибо всякий, делающий злое, ненавидит свет и не идет к свету, чтобы не обличилисъ дела его, потому что они злы, а поступающий по правде идет к свету, дабы явны были дела его, потому что они в Боге соделаны (Ин. 3, 19–21). Свойственно возлюбившим грех отвергать Христа: потому что Христос повелевает оставление возлюбленного грешникам греха. Свойственно любителям добродетели притекать и прилепляться ко Христу: потому что исполнение (полнота) возлюбленного ими добра – Христос.

…Бог нелицеприятен, но во всяком народе боящийся Его и поступающий по правде приятен Ему (Деян. 10, 34–35). Эти слова произнес святой апостол Петр по поводу призванного Богом к вере язычника, сотника Корнилия. Стремление к истинной добродетели предуготовило и соделало Корнилия способным к принятию спасения. Так должно разуметь слово «приятен», по объяснению великого учителя Церкви, святого Иоанна Златоустого; так объясняется это слово и самим повествованием, изложенным в «Деяниях Апостольских» святым евангелистом Лукой (Деян. 10, 3–6). Молитвы и милостыни Корнилия были так сильны, что милосердный Господь призрел на них; но они, сами собой, не доставили спасения Корнилию. Они соделали его способным уверовать во Христа, а вера во Христа доставила ему спасение.

Вот точная оценка добру падшего естества! Тогда имеет цену это добро, когда оно приводит ко Христу. Когда же оно, удовлетворяясь собой, отлучает от Христа, тогда оно делается величайшим злом, отнимает у нас спасение, даруемое Христом, – спасение, которого оно само собою никак подать не может.

Подобно действию естественного добра действие Ветхого Завета. Уклонение от него до пришествия Христова было отступлением от Бога; желание остаться при нем по пришествии Христа соделалось отступлением от Бога (Гал. 5, 4). Ветхий Завет был служителем спасения, приуготовляя человеков к вере во Христа, которой даруется спасение; но для иудеев, захотевших остаться навсегда при Ветхом Завете, он соделался ходатаем, орудием погибели. Душепагубная погрешность иудеев заключается в том, что они, по действию гордости и самомнения, дали Богом данному им Завету иное значение, нежели какое дано ему Богом, и ради Ветхого Завета, который был живописной тенью Истины – Нового Завета, – отвергли Новый Завет. Ради тени они отвергли то, что предызображала тень; ради временного руководства ко спасению они отвергли само спасение – отвергли Искупление и Искупителя.

Столько же душепагубна погрешность тех, которые, ослепляясь гордостью и самомнением, дают своим добрым делам, делам падшего естества, несвойственную им цену. «Разбойник и хищник – тот, – говорит преподобный Макарий Великий, – кто не дверью входит… но перелазит инуде (Ин. 10, 1): таков и тот, который без оправдывающего Христа оправдывает сам себя. Все святые, оставляя свою правду, искали правды Божией и в ней обрели святую любовь, сокровенную от естества», растленного падением.

Естество, будучи растлено падением, имеет и правду [9] растленную. Все мы сделались, – говорит пророк, – как нечистый, и вся праведность наша – как запачканная одежда (Ис. 64, 6). От подошвы ноги до темени головы нет у него, падшего человека, здорового места (Ис. 1, 6). Зло, поразившее нас, – по объяснению святыми отцами слов пророка, – не частное, но во всем теле, объяло всю душу, овладело всеми силами ее. Не осталось в естестве нашем никакой частицы, не поврежденной, не зараженной грехом: никакое действие наше не может обойтись без примеси зла. Когда вода смешана с вином или уксусом, – тогда каждая капля ее содержит в себе примесь: так и естество наше, будучи заражено злом, содержит примесь зла в каждом проявлении своей деятельности. Все достояние и достоинство наше – в Искупителе.

Человек оправдывается… только верою в Иисуса Христа (Гал. 2, 16). Чтобы усвоиться Искупителю живой верой, требуется всецелое отвержение души своей (Лк. 14, 26), то есть не только греховности, но и праведности падшего естества. Стремление к удержанию за собой оскверненной грехом правды падшего естества есть деятельное отвержение Искупителя. Вы, оправдывающие себя законом, Моисеевым или естественным [10] , остались без Христа, отпали от благодати, – говорит апостол (Гал. 5, 4). Если законом оправдание, то Христос напрасно умер (Гал. 2,21). Это значит: в образе мыслей (мудрований), допускающем достоинство собственной правды человеческой перед Богом по явлении христианства, непременно существует богохульное понятие, заквашивающее весь этот образ мыслей, – понятие о ненеобходимости Христа для спасения; понятие, равновесное отвержению Христа [11] .