Чтение онлайн

— Или тебя прихватят власти. Мент, который здесь крутится, так тебя прижмет, сам не поймешь, как окажешься в его лапах, — продолжил Миша не совсем в тему.

— У вас, господа, старый взгляд на жизнь, — усмехнулся Володя. — Не забывайте, у нас под носом куча орков. Защищаться от них надо? Надо. Поэтому хотим мы или не хотим, а дружина должна быть. А сам я ничего не боюсь. Не переглядывайтесь, это, видимо следствие удара орка. Я какой-то совсем уж спокойный стал, как будто всю жизнь махал секирой.

— Кто поспорить, от орков надо защищаться, — согласился Дима.

— Достали вы меня своими деловыми разговорами. — Встрял в разговор Миша. — Предлагаю, кто еще раз заговорит об орках и оружии — кулаком в лоб, что б шишка была на память. Будет день — будет драка, а пока поговорим о приятном.

— Идет, — рухнул на кровать Володя, вольготно забросив ноги на ее спинку. — А все-таки, сколько интересного нам, мужики, предстоит!

Пусть друзья с ним не согласились. Сами поймут — без единства им не вытянуть, а может и не выжить. Конца войны с орками не предвидится. А бежать отсюда он не собирался. Учителем ему не быть!

Пока достаточно дружины, а затем… Короткого разговора с ними ему хватило для того, чтобы окончательно убедиться в правоте своей мысли. У них будет свой союз борьбы с орками и выживания в новом мире!

Следующим утром вставать, как любому обычному студенту, ведущему ночной образ жизни, не хотелось. Мало того, его друзей мучило еще и похмелье. На Мишку, умудрившегося накануне где-то добавить, было больно смотреть. Дима в таких вопросах покрепче, а Володя к своему удивлению вообще не почувствовал последствий вчерашнего возлияния.

Ощущение утренней свежести и здоровья заставило его окончательно проснуться. Фантастика какая-то. В жизни, конечно, всякое бывает. Но все-таки, они же вчера пили. И лег он несколько нетрезвым. Опять орк?

Других предположений не возникло. Володя завернулся в одеяло, сохранявшее столь приятное в холодной комнате тепло, и попытался уснуть. На его взгляд, натикало всего лишь часиков семь утра. Более точного времени не скажет и прокурор — благодаря орчьему подарку часы в их комнате вышли на заслуженный отдых. Короче, рано. Спать да спать еще до начала занятий. Он попытался вспомнить, со скольки их курс учится, конечно же, не вспомнил, сосчитал до ста и погрузился в сладкую дрему. Женская половина, составлявшая три четверти жильцов общаги, своими каблуками неизбежно разбудит и его, и остальных представителей сильного пола.

Ему приснился прекрасный сон. Он летел невысоко над землей — метрах в десяти — и наслаждался видом окрестностей. Володе даже показалось, что он узнает местность — полет проходил неподалеку от его дома. Но и во сне скептически настроенный разум возразил на такое допущение. Он же ни разу не летал над своей деревней. Местность в их области слишком однообразна, чтобы сверху точно определить свое положение.

Скептические возражения опустили его на землю в буквальном смысле. Он слегка ударился подошвами о пригорок, и проснулся.

Эх, снова бы уснуть. Володя вспомнил ощущение полета. Он никогда не представлял, как это прекрасно. Впрочем, вряд ли его поймет кто-нибудь, кроме тех, кто тоже летал во сне. Говорят, когда растешь, приходят такие сны. Здорово!

Он потянулся. День начался. Лестницы сотрясались от топота каблуков разных видов и фасонов. Трудолюбивые девчонки идут на занятия. Им и орки не помеха. А вот его приятели спят. Непорядок.

— Миш, — позвал он в полголоса.

— Дрыхнем, — прохрипел друг, почти не просыпаясь. Его ничего не прошибало. Даже оазис порядка во всеобщем безобразии не лишал равновесия и желания поспать.

Удивительно, если бы Мишка произнес нечто другое. Володю интересовали не его соображения по поводу их планов на первую половину дня.

— У нас с утра есть что-нибудь?

Практичный вопрос, задаваемый Мише едва ли не каждое утро, заставил того осечься и задуматься, дыша водочным перегаром.

— Да вроде нет, — задумчиво сказал он, проанализировав собственные воспоминания о расписании. — Первая лекция, кажется, с десяти часов.

— Я тоже не помню, — добавил Дима, лязгнув пружинами кровати.

— Тогда спим? — Предложил Миша.

Дима согласно всхрапнул. Володе, однако, спать совершенно расхотелось. Где-то в глубине души, до этого задавливаемой ленью и нежеланием переваривать всю совокупность предметов, непонятно зачем выдаваемых бедным студентам, появилось ощущение долга и желания учиться. Володя удивился новому для него чувству. Обычно желание чего-то читать, а уж тем более учить возникало либо из настояния преподавателя, либо, гораздо реже, из интереса.

«Надо идти!» — Решил он. Чертов орк, всю малину испортил. Кто бы чего сказал дважды победоносцу, — он ухмыльнулся, — если бы он, отягощенный заботами о счастье человечества и усталый после двух дней сражения, не явился — куда он не явился?

— Миш, куда мы не собираемся явиться?

Мишка ответил почти сразу, но речь пошла не о занятии, а о возможности вступления Володи в противоестественные связи с некоторыми животными. Разумеется, следовать его предложению — товарищ называется! — Володя не собирался.

— Господа! — Объявил Дима, который, оказывается, всхрапнул не из согласия с Мишей, а медленно просыпаясь, — не важно, что у нас будет, мы должно подавать пример.

Мишка взвыл, почувствовав угрозу экстренного подъема.

— Вы одурели сегодня? — Едва ли не закричал он. — Давайте спать, успеем еще стать образцово-показательной комнатой. У меня голова трещит после вчерашнего, — попытался он надавить на чувство солидарности.

— А поесть? — Спросил его Володя. Он вспомнил о завтраке, выдаваемом бесплатно. Если они проспят до второй лекции, их порции получит счастливчик из кухонного коллектива.

Радикально поставленный вопрос решил исход пикировки.

— Картошка ныне дорога, — внес ясность Дима, — посему — подъем, гигиена и завтрак.

— Я не пойду! — Попытался отстоять свои права белого человека Миша.

— Пойдешь, — безжалостно пресек сопротивление Дима. Он вскочил с кровати и принялся искать спортивные штаны, куда-то заброшенные вчера ночью. Володя встал след за ним. Одевшись, они переглянулись и направились к беззаботно дрыхнувшему Мише.

— Ай! — Озвучил тот исчезновение одеяла.

— Не материться, — предупредил его Дима, — иначе стакан воды.

Связываться Мише, даже разозленному, с могучим Димой не хотелось.