Чтение онлайн

Быстрота действия всегда составляла существенную сторону снайпинга и, удивительно, какие быстрые успехи достигались в этом отношении после кратковременных упражнений по появляющимся головам. Соревнование между отдельными стрелками и группами доводилось до крайних пределов, и в течение каждого курса производились состязания между отборной командой из солдат и из офицеров. Раздавались призы за хорошую стрельбу, и конкурирующих всегда было более чем достаточно. В этих состязаниях обычно участвовали лишь слушатели, выдававшиеся по своим успехам в стрельбе.

Временами такие состязания происходили между канадцами и колониальными солдатами, с одной стороны, и регулярными британскими – с другой, а иногда в них участвовали представители шотландских полков против англичан.

Мы неизменно придерживались практики подводить после выстрела каждого стрелка к его цели и дать ему возможность лично рассмотреть, куда он попал. Стрелку с телескопическим прицелом несомненно гораздо более интересно воочию убедиться в результатах своей стрельбы, чем узнать о них через сигнальщиков.

После восьмидневной стрельбы из обыкновенной винтовки наиболее достойные переходили к стрельбе с телескопическим прицелом. Некоторое затруднение создавалось тем, что телескопических винтовок было сравнительно мало и они всегда требовались на передовой линии; но в некоторых батальонах находились, по-видимому, одна-две лишние винтовки, которые и присылались на курсы. Обычно это были довольно плохенькие винтовки, но до некоторой степени нас выручали снайперы, присылавшиеся к нам со своими винтовками для проверки установки. Обычно снайперы, хорошо прошедшие курс школы, снова присылались к нам для проверки и индивидуальной установки своих постоянных винтовок.

Не находя нужным слишком распространяться на тему о стрельбе, скажу лишь, что в среднем из каждой сотни наших курсантов семьдесят пять человек уходили от нас по окончании курса весьма порядочными стрелками.

Очень многие, конечно, заслуживали гораздо высшей отметки, чем «весьма порядочно», так как метод соревнования и желание быть «чемпионом» школы делали прямо чудеса.

Принимая во внимание трудные задачи, ставившиеся нашим стрелкам в виде быстро движущихся и очень малых целей, общие успехи обучающихся надо считать более чем блестящими.

Хотя стрельбе и уделялась главная доля внимания, были, однако, и другие предметы, считавшиеся необходимыми для снайпера. Одним из таких предметов было наблюдение. Метод обучения был старый, применявшийся мною с начала 1915 года. Строились два параллельных окопа на расстоянии четырехсот пятидесяти и до шестисот шагов один от другого, причем один из них представлял собой точную копию какого-либо участка германской передовой линии. Обучающиеся со своими телескопами и записными книжками располагались в другом окопе, в то время как в немецком окопе несколько разведчиков, одетых в германскую форму, внезапно появлялись от времени до времени в разных пунктах и старались, по возможности, воспроизводить все явления, наблюдаемые в настоящем германском окопе. Так, в одном месте, в воздухе вдруг подбрасывалось несколько лопат земли, в другом – через несколько минут, над самым гребнем бруствера показывался шлем и кирка, двигавшиеся одну-две секунды вдоль окопа. Местами открывались бойницы и т. д. Группа наблюдателей, следя из другого окопа, заносила в свои книжки все замечания, т.е. время, место и что именно замечено. Все участники группы по возможности снабжались телескопами одинаковой силы, но с первого же дня обозначалась разница в природном даровании и умении отдельных наблюдателей, так как некоторые из них представляли очень верные записи, тогда как другие не в состоянии были заметить и правильно оценить все происходившее в германском окопе.

Эта система давала практику не только в смысле самого процесса наблюдения в телескоп, но также и практику ясного, толкового изложения в сжатом виде всего ими замеченного. Иногда наши школьные офицеры или более ловкие ловатские разведчики незаметно выползали из германских окопов, а в одном случае – двум ловатским боевым наблюдателям удалось, таким образом, проползти даже в тыл группы наблюдавших офицеров-курсантов. На благоприятной местности это не так уж трудно сделать, но наши окопы были устроены таким образом, что между ними оставалось, по крайней мере, три-четыре совершенно открытых места, хорошо видных со стороны наблюдателей, и пробраться через которые незамеченным можно было лишь при соблюдении величайшей осторожности.

Ночью те же окопы употреблялись, для обучения разведывательным поискам. Между ними находилась полоса с воронками от снарядов, остатками от проволочных заграждений, разбросанными предметами обмундирования и снаряжения, с целью придать местности наибольшее сходство с настоящей нейтральной зоной. После моего ухода из школы, майор Ундерхилль дополнил это сходство еще тем, что размещал на этой полосе некоторое количество чучел, представлявших собой трупы германских солдат. В карманах «трупов» находились солдатские книжки, документы и другие предметы, указывавшие на принадлежность к части и которые разведчики обязаны были доставить в Штаб. Вообще, условия, в которых приходилось обучаться разведчикам в школе, как нельзя более подходили к условиям действительной работы на фронте, интерес к работе усиливался применением способов соревнования между группами того и другого окопа. Иногда защитники германского окопа снабжались ракетными пистолетами, применявшимися германцами, которые они пускали в действие точь-в-точь, как это делали немцы. Наступающие забирали с собой колышки с фамилией разведчиков. Колышки вбивались в землю на самых важных или предельных пунктах, достигнутых данным разведчиком.

Ночные поиски производились иногда и днем, причем применялись темные очки, изобретенные майором Крэм. В ясный солнечный день, через такие очки видно не более, чем в самую темную ночь, и, без сомнения, наблюдатели не малому научились, обсуждая, при полном дневном свете, движения разведчика в очках, пробирающегося по нейтральной зоне в обстановке ночной темноты [25] .

Опыт войны показал, что наши разведчики, пробиравшиеся на нейтральную зону, чаще всего обнаруживались противником в момент выхода из наших окопов или при возвращении обратно. Другой опасный для разведчика момент – это момент поворота назад. Удачно пробравшийся на нейтральную зону разведчик часто при повороте приподнимался на колени, и если в этот момент немцы выпускали светящуюся ракету, – они обыкновенно обнаруживали всю разведывательную партию.

Я не стану останавливаться на других предметах, преподававшихся в школе, о них говорится подробно в приложениях в конце книги, скажу только, что большое внимание было обращено на ночное движение по компасу. Удивительно, как немного офицеров понимали обращение с призматическим компасом и имели при себе компас, достойный этого названия. Введение противогаза прибавило новые затруднения в деле обучения, так как приходилось проводить часть учений в условиях газовой тревоги.

По меньшей мере, один раз в продолжение каждого курса устраивались тактические задачи для разведчиков.

Для этого выделялись небольшие партии унтер-офицеров и солдат, каждая под командой офицера, и им назначалась известная линия, которую они должны были держать под наблюдением. На их обязанности лежало доносить обо всем замеченном.

Некоторые из наших штатных разведчиков высылались рано утром с приказанием пробраться через данный участок окопов незамеченными, а школьные инструктора в это время следили со стороны за происходившими действиями. Такого рода тактические задачи давали случай начальникам наблюдательных отрядов проявлять в полной мере свою находчивость и инициативу.

Среди наших курсантов ходили рассказы, что будто бы я как-то раз прошел вдоль всей дороги, представлявшей из себя занимаемую линию, переодетый французским крестьянином. На самом деле, я никогда ничего подобного не делал, но забавно было видеть, с каким необыкновенным усердием они выслеживали меня, когда думали, что я нахожусь на участке.

Обучение наблюдателей в школе, в отличие от работы телескопистов на фронте, описанное мною ранее, представляло живой интерес. В приложении № 1 читатель найдет подробную программу обучения наблюдателей, предназначавшихся для пополнения Ловатских разведчиков. Нам повезло в том отношении, что к нам поступало большое количество людей, уже достаточно опытных в обращении с телескопом, и обучение гаких людей происходило довольно быстро.