Чтение онлайн

Дмитрий закончил речь, к концу вокруг него собралась добрая треть лагеря, и среди этой толпы зависло мрачное молчание, и продолжалось это молчание уже где-то секунд пятнадцать. Дмитрий уже начал придумывать, что ещё можно сказать людям, чтобы хоть как-то их подбодрить или подстегнуть к действию, но тут вмешался Миха.

– Чего стоим!? Вы все его слышали, так что прекращайте ворон считать и тушите костры, если не хотите, чтобы за вашими…

Дальше пошёл поток не совсем цензурных слов, в красках описывающий, что происходит, когда чистильщики прибывают в не готовый к нападению лагерь. Надо сказать, что даже для человека, который видел подобное собственными глазами, данное описание казалось слегка шокирующим. Дмитрию оставалось лишь надеяться, что из-за этого потока красочных эпитетов лагерь не опустится в пучину паники, но сейчас было важно одно – люди наконец вышли из оцепенения, часть начали аккуратно тушить костёр, пытаясь не испортить дрова, а остальные пошли рассказывать остальным. Убедившись, что его работа здесь окончена, Дмитрий наконец смог направиться в палатку Валерия. Старик уже спал, а снайпер сидел рядом с ящиком металлолома, и, при свете свечи пересобирал винтовку.

– С ней что-то не так? – спросил Дмитрий, беря книгу и садясь поближе к свету.

– Нет, просто хочу быть готовым к их приходу.

Дмитрий хотел заметить, что если они придут, то им не поможет даже десяток подобных винтовок, но решил просто так не провоцировать брата, вместо этого он лишь открыл книгу и позволил себе хоть немного расслабиться.

Расслабиться удалось ненадолго, уже спустя несколько минут Алексей разобрался с винтовкой и затушив свечу вышел из палатки.

– Погоди, – остановил его Дмитрий, – ты разве не собираешься спать?

– Они могут прийти ночью, мы должны заметить их заранее.

Дмитрий хотел напомнить брату о том, что ночью, когда всё сливается в сплошную черноту, можно пропустить даже поезд, чего уж говорить о парочке броневиков, а также о том, что у чистильщиков скорее всего будет ПНВ, так что дозорный скорее будет удобной мишенью, но однорукий прекрасно знал, что спорить с братом бесполезно, так что вместо этого он лишь молча кивнул и вернулся в палатку.

Дмитрий лёг спать, погружаясь в мрачные мысли. Картина вокруг лагеря складывалась паршивая, если не сказать хуже – племя каннибалов неподалёку, пусть и достаточно дружелюбное, оазис, который вполне мог быть зарождающимся вулканом, и, естественно, чистильщики. Однорукий не знал, что они забыли здесь, не знал было ли им известно о лагере, но он точно знал одно – купола были угрозой, и угрозой серьёзной.

В конце концов, спустя двадцать минут, и бесчисленное количество нервных проверок, не съехал ли с лица респиратор, Дмитрий всё же сумел успокоить свои нервы и уснуть.

Мальчик не знал сколько времени прошло, не знал где он, но по крайней мере он был жив… Хотя, сейчас даже в этом нельзя было быть уверенным на сто процентов. Мальчик попытался по клочкам имеющейся у него информации хоть какую-то цельную картину. Первое – зрение, оно было размыто, но мальчик всё же смог понять, что над ним было не небо, и не сталь броневика, а обычная палатка из шкур. Второе – слух, который подсказывал, что кроме него в помещении находились ещё два человека. Они говорили о чём то, но мальчик не мог разобрать слов. Ну и наконец третий, главный источник информации – боль. В то время как зрение и слух лишь чудом добирались до сознания мальчика, боль кричала, звенела и ревела, отчаянно пытаясь обратить на себя внимание. Болело всё тело, болело невыносимо, но сильнее всего болела правая рука. Это была худшая боль, которую он когда-либо испытывал, это было невозможно терпеть, он пытался закричать, пытался схватиться за раненую конечность, но не мог. Все, на что у него хватило сил – повернуть голову, и лучше бы он этого не делал.

Его рука до локтя была абсолютно синей, на ней была корка из засохшей крови, а под ней можно было разглядеть рану, оставленную осколком гранаты. Мальчик попытался пошевелить пальцами, но у него ничего не получилось, это лишь вызвало новую лавину боли.

Внезапно произошло одно изменение – мальчик услышал шаги, и понял, что голоса начали приближаться, пока не стали достаточно различимы, чтобы можно было разобрать слова.

– Валер, ты уверен, что это необходимо? Он ведь не выживет так.

– Его руке и так конец, тут только ампутация.

– Зачем такие радикальные меры? Валера, ты ведь даже не врач, как ты…

– Тут не нужно быть врачом, всё и так понятно. У мальчишки жар под сорок, сильное переохлаждение, а в руке уже начался некроз. Я вообще не уверен, выживет ли он, и если я и смогу вытащить его с того света, то уж точно не целиком.

Второй мужчина утих, судя по всему, у него закончились аргументы.

Внезапно чужая рука схватила поражённую конечность, вызвав ещё один наплыв боли. Мальчик вновь попытался закричать, и, как и в прошлые разы, у него ничего не получилось.

– Потерпи, сейчас будет немного больно, – сквозь невыносимую боль услышал мальчик, напрягая последние силы он всё же смог поднять голову, лишь чтобы увидеть, как на его руку опускается топор…

Дмитрий рывком вскочил с лежанки, схватившись за механическую руку, разнывшуюся фантомной болью. Довольно быстро его заспанный мозг понял, что это был всего лишь очередной кошмар.

– Ты как, в порядке? – спросил Алексей.

– Да, да, – на самом деле рука продолжала болеть, но брату не за чем было об этом знать. – Ну как там ночное дежурство?

– К счастью, всё обошлось, – ну естественно, если бы не обошлось, то все уже были бы мертвы. – Недавно вернулись разведчики, сказали, что нашли следы идущие обратно под купол. Можно сказать, что угроза миновала.

– Отлично. Кстати, а где Валерий? – спросил Дмитрий, доставая из стопки недочитанную книгу.

– Отца зачем-то вызвал глава, как думаешь, снова будем кочевать?

– Надеюсь, что нет, – в прошлый раз они бродили по пустошам почти месяц, питаясь и живя даже хуже, чем сейчас, и только-только успели закрепиться на новом месте. С другой стороны, учитывая недавние события, возможно бежать отсюда так быстро, как только возможно, было и не самой плохой идеей.

Можно было ещё много чего обсудить с братом, но всё же Дмитрий постарался побыстрее закончить разговор, наедине с книгой он чувствовал себя куда лучше. Наконец однорукий вновь смог отвлечься от реального мира, в кои то веки расслабиться и…

…и уже спустя несколько минут его прервали.

– Димон! Давай сюда, еду раздают.

– Чего? Так рано? – он точно помнил, что, когда садился за книгу на улице только начинался рассвет.

– Рано? Сейчас полдень, ты уже пять часов читаешь.

Не веря словам брата, Дмитрий выглянул из палатки и с удивлением для себя обнаружил, что на улице действительно был полдень. Не понимая как такое, могло произойти он посмотрел на книгу, и понял, что уже почти дочитал её. На несколько секунд он завис, как обычно зависает Таня, к счастью, респиратор скрыл от окружающих его глупое выражение лица. Да уж, за книгой время действительно течёт незаметно.

– Теперь веришь? – с ухмылкой на лице спросил Алексей.

– Ну твою-то мать, – прошептал Дмитрий, и, вернув на место книгу, вместе с братом пошёл к главному костру.

Рядом с костром собралась по-настоящему большая толпа, и было в честь чего. На вертеле крутилась туша оленя, в то время как его ноги и парочку зайцев жарили на другом костре. Увидев мясо желудок однорукого явно дал понять, что был бы не против, если бы его чем-нибудь наполнили, но с первого же взгляда было понятно, что мясо было ещё не готово.

– Мне кажется ты рановато меня позвал, – сказал Дмитрий, уже разворачиваясь к палатке.

– А мне кажется, что вполне вовремя.

– Друзья мои! – внезапно услышал Дмитрий голос Никиты, идущий из центра толпы, – мы и другие разведчики проверили место, где вчера были найдены следы чистильщиков. С радостью мы сообщаем вам, что мы нашли следы ведущие обратно под купол. Угроза миновала! И в честь этого у нас сегодня будет турнир!