Чтение онлайн

Глядя на оживающую мощь, коммодор даже облизнулся.

– Хемптона мне на связь!

– Хемптон.

– Хемптон. Вы что-то часто умничаете. Сомневаетесь. Разве мало Туман перепахал нашего побережья, чтобы излечить вас от соплей?

– Сэр, никак нет. Сэр.

– Раскроете рот, когда я спрошу. Я смотрю, вы не в полной мере доводите мои приказы до подчиненных. Но я это исправлю. После боя проекцию “Астории” мне на инструктаж!

Аватара “Винсеннеса” вздрогнула от шлепка по ягодицам. Вильямс ощупал ее хозяйскими движениями.

– Надо сравнить. Почему-то флагманская куколка слушается меня с полуслова. А твоя постоянно открывает пасть, когда не надо. Бери пример с Вальдеса. На “Квинси” всегда порядок. Может быть потому, что горячий мексиканский мучачо с нее не слазит! И перестань уже стесняться, ты ж не заднеприводной какой-нибудь. Резче с ними. Будь мужиком, блджад! Уж если нас гноят на штрафных корытах, давай брать от них, чего можно. Не корчи из себя джентльмена, нам все равно уже некуда падать!

Коммодор опять засмеялся:

– Если жалеешь мне свою игрушку, выкупи ее парочкой пленных. Как их там? Хиэй, Ашигара, Хагара... Гагара! Винси, не спать, доклад!

– “Хиэй”. Четыре башни, восемь четырнадцатидюймовых попарно. Четырнадцать шестидюймовок поштучно. Восемь пятидюймовок, тоже попарно. Но “Хиэй”, похоже, набрала воды. Сидит почти по палубу. Двигаться и стрелять вряд ли сможет.

– Дальше!

Игнорируя лапание, аватара продолжила ровным тоном:

– “Ашигара” и “Хагуро” - систершипы. По пять башен, в каждой по паре восьмидюймовых. И по четыре двойки пятидюймовок.

– Винси, детка, не надо так ежиться. Хочешь, чтобы я оставил тебя в покое? Добудь мне этих. Ну? Тактическое решение!

– Всей массой по “Хагуро” - бесстрастно произнесла Винси, - пока “Ашигара” уберет буксир, пока займет позицию для ведения огня, “Хагуро” мы, скорее всего, потопим. Или выведем из строя. Один к трем нам не противник. Потом так же “Ашигару”. Тогда “Хиэй” можно будет захватить.

– Винси, зайка... Ты точно не слышишь никого больше поблизости?

– Нет, - голос аватары не дрогнул.

– Приглядывай за нашим другом-джентльменом. Тут ему не Пикадилли, блджад.

– “Астория” следует в ордере согласно приказанию.

– Вот еще бы не жевал слюни капитан “Астории”...

***

Капитан “Астории” -- рослый негр -- тер гладко выбритую голову левой рукой, держа в правой фуражку. Не глядя на девушку в морской форме, выдохнул:

– Который уже раз... Мне снится победоносная морская битва. Будто я адмирал, и повелеваю флотом.

Аста сочувственно склонила русую голову:

– Ты кричишь во сне от того, что проигрываешь?

Хемптон скривился:

– Нет. Во сне я все делаю правильно. В свой кошмар я попадаю, когда просыпаюсь.

– Попадание!
– Аста задрожала всем телом, а корабль отозвался резким страшным треском лопнувшей стали.
– Накрытие! Мы под залпом! Вольфрамовые стрелы по баллистичсскшшш...

Освещение в рубке погасло; двигатели стихли. На полном ходу крейсер врубился в невысокую волну; Хемптон полетел под приборную консоль. Корабль накрыло спадающим буруном.

***

Бурун поглотил буксирные концы; “Хиэй” выбрасывала десятки тонн балластной воды, восставая из темно-серых волн. Отдав буксиры, “Ашигара” развернулась почти на пятке - насколько это применимо к тяжелому крейсеру - и заняла место справа от “Кагуры”.

В тактической сети Резервной эскадры проснулась Начи:

– Место цели определено. Цель групповая, эллипс рассеивания накрывает цель полностью.

– Координаты получила, - прошелестела Миоко.
– Донаводка?

– К донаводке готова. Огонь!

Чтобы противник их не засек, “Миоко” и “Начи” отошли за пределы досягаемости радаров. Отряд “Хиэй” находился примерно посередине между погоней и стрелками, видел сразу тех и других, и выдавал целеуказания.

Впрочем, “Начи” уже слышала противника и сама. Из проектного вооружения у нее осталась только ствольная артиллерия. На освободившемся месте разместилась акустика, акустика, и еще раз акустика. И еще селектор целей, и еще выбрасываемые буи, и буксируемые антенны гидролокатора, и воздушные антенны, и оптические комплексы, и квантовые локаторы, и дополнительная электростанция для всего этого. И дополнительные вычислители для обработки лавины сведений. Так что “Начи” видела вдвое дальше почти любого корабля Тумана.

“Миоко” точно так же лишилась ракет и торпед, и даже всех пятидюймовых орудий. Высвободившийся вес был обращен в массивные стволы высокой стабильности, с камерами дожигания, разгоняющими снаряд плавно и непрерывно, начиная от казенника и до самого дульного среза. Внутреннюю баллистику десяти оставшихся пушек вылизали до пятнадцатого знака; для внешней баллистики поставили электронику с метеорологическим комплексом, каких не имела сама “Хиэй”. Получился корабль-снайпер: со сравнительно небольшим весом залпа, с калибром всего восемь дюймов - но с невообразимой даже для Тумана точностью.

Вот и сейчас десять управляемых снарядов “Миоко” по параболе забрались в разы выше самолетов, чуть-чуть не доставая спутники. На вершине траектории, пролетая точно над “Хиэй”, снаряды получили с нее корректировку, поправились на ветер и элементы движения цели, после чего нырнули в плотные слои атмосферы. Там защитные колпаки отгорели. По последней части параболы сыпались уже разогнанные до гиперзвука пучки вольфрамовых стрел. Не всякий радар заметил бы цели с такой малой отражающей поверхностью; а и заметив, мало кто успел бы принять меры.

Три тяжелых крейсера флота США попали в эллипс накрытия, точно как тараканы под тапок. Разом потеряв ход, “Винсеннес” и “Астория” осели в буруны. Третий в пеленге - “Куинси” - попытался было выкрутиться. Но Хиэй предусмотрела и такой вариант.

– Ашигара! Кагура!

Вместо части ракет “Ашигара” и “Кагура” получили дополнительные ходовые группы, дополнительные слои брони, генераторы защитных полей. А еще бортовые торпедные установки для стрельбы в упор, а еще запас ремонтных материалов и ремонтных же роботов... Словом, эту шальную пару Хиэй готовила к бою на кинжальной дистанции.