Снегурочка
Шрифт:
— Я тоже остаюсь? — удивился Топор.
— Да, — сказал я, — если что-то пойдёт не так, то количество тем, кто под горой, уже ничем не поможет, а вот здесь очень даже может выручить. Если дело будет совсем дрянь, Топор, уводи людей! Лишнее геройство не нужно. Не стоит жертвовать всеми жизнями ради мести.
— Мне лучше пойти, и ты сам знаешь почему! — сказала Амина.
— Нет, тебе лучше остаться, по этому самому. А мы уж как-нибудь. Но это всё резервный план. Я рассчитываю, что всё будет, как запланировано, — сказал я, поняв, что она говорит про воскрешение.
Моё распределение почти никому не понравилось, но спорить со мной никто больше не стал. Боря мог бы упереться, если бы я его не взял, поэтому я сразу и включил его в свою маленькую «группу». Остальные подчинились, поняв, что в моих словах есть здравый смысл. Если это ловушка, то гораздо разумнее оставить основную группу снаружи, а не тащить всех на смерть. Уже уходя, я повернулся и сказал Сирин:
— Да, чуть не забыл! При плохом развитии событий можешь отозвать наш договор с огненными птицами. Пусть делают что хотят.
— При плохом развитии событий мы и сами жахнем по горе из всех стволов, — сказала Сирин, — а помня, что мы сделали с ордой пауков, я думаю, эффект будет такой, что они даже не представляют!
— Сильно на это не рассчитывай, — сказал я, — ведь с нами сейчас нет малышки Лизы, там она сильно добавила мощи!
— Блин, точно! Я и забыла про это! — расстроилась Сирин, — да, жаль, что её нет!
— А мне не жаль! — сказал я, — пускай ребёнок сидит в безопасности, а не сражается с монстрами. Драк на её жизнь ещё хватит, пусть вырастет для начала.
— Ну, тоже верно, — грустно сказала Сирин.
Не все поняли суть нашего короткого разговора, но общий смысл был понятен и без деталей. Могли бы жахнуть ещё сильнее, но не получится.
Мы старались сильно не прощаться, потому как, надеялись вскоре вернуться. Хотя некий внутренний позыв к этому и был.
Мы с Борей зашагали вслед за Йети, который деликатно ждал нас всё это время на почтительном удалении, на самом краю площади.
Некоторое время мы шли молча, потом Боря не выдержал.
— Алик, как ты думаешь, как всё пройдёт? — спросил он.
— Борь, давай не будем! Скоро всё выяснится, к чему гадать? К тому же не стоит обсуждать это там, где наши разговоры могут услышать! — сказал я.
Боря задумчиво взглянул на идущего впереди Йети и с пониманием кивнул.
Я прекрасно понимал его нетерпение, потому что и сам его испытывал. Однако старался держать себя в руках и не давать эмоциям затмевать мой разум. Сейчас нужно было, как никогда, сохранять хладнокровие.
Снегурочки нас уже ждали. Юки-Онна сидела на высоком ледяном торосе, видимо, ей нравилось находиться повыше. Снегурочка устроилась на глыбе льда внизу, возле дорожки.
Я обратил внимание, что лес кругом был повален на большой площади, видимо, это последствия взрыва горы. Однако самих ледяных обломков, вызвавших такие разрушения, уже практически не осталось. Они «утекли» по склонам наверх, послужив строительным материалом для восстановления разрушенного.
Даже сейчас я видел странные ручейки из снега и ледяной крошки, которые стекались к горе и ползли по ней вверх. Зрелище было странное, но мало ли мы странностей видели в последнее время?
— Что-то долго вас пришлось ждать, — с лёгким укором сказала Снегурочка, — совсем не торопитесь.
— А мне кажется, что мы очень быстро пришли, — сказал я, — восприятие времени обычно относительно и когда ждёшь, оно тянется медленно. Предлагаю не вступать в эту бессмысленную дискуссию и перейти к делу.
— Ну, к делу, так к делу, — пожала плечами Снегурочка и встала, — пойдём, думаю, будет проще пробираться с боковой стороны. Там нужное нам место должно быть ближе.
— А Карачун не будет против, что мы лезем в его домик? — спросил я как бы между прочим.
Снегурочка, которая уже повернулась к нам спиной, вдруг резко обернулась и сверкнула глазами.
— Что ты сказал? — медленно спросила она.
Честно говоря, я уже пожалел, что начал этот разговор именно сейчас. Язык мой — враг мой! Провокация была отличная, но нужно было её использовать уже после того, как условия сделки будут выполнены. Зачем это нужно было делать сейчас и ставить под угрозу всю операцию? Ответа у меня не было. Точнее, был только один: я не рассчитывал на такую острую реакцию, потому и ляпнул услышанное вчера от духа имя. Оказалось, что зря.
— Я спросил, не будет ли хозяин горы против того, что мы вторгаемся в его владения, — сказал я, понимая, что давать заднюю уже поздно, и нужно попытаться как-то смягчить эффект от вопроса.
— Что ты знаешь про хозяина? — резко сказала сверху Юки-Онна.
— Извините, если чем-то вас расстроил, просто я не думал, будто это какой-то секрет. Вы ведь знаете, что я общался с огненными птицами, так что мог от них многое узнать, верно? — сказал я.
— Верно… — внимательно на меня глядя, сказала Снегурочка.
— Вопрос-то, на мой взгляд, существенный, если мы полезем сейчас под гору. Но, возможно, я ошибаюсь, и никакой проблемы нет. Тогда могли бы сразу так и сказать, и я бы не волновался. Вообще, не понимаю, чего вы так напряглись? — пожал я плечами.
Я старался говорить легко, чтобы снять напряжение, сгладить ситуацию. Дразнить сейчас девочек не стоило. Очень хотелось, конечно, но не стоило.
— Никакой проблемы нет, — после паузы кивнула Снегурочка, — пойдём!
И она зашагала дальше. Мы с Борей переглянулись и пошли следом. Юки полетела вперёд, обогнав всех нас.
Я облегчённо выдохнул. Всё же надо быть аккуратнее с тем, что говоришь, а то вон какие все нервные.
Если рассматривать основание горы как круг, то мы ушли от центра, где встретились со снегурочками, градусов на сорок пять.
Когда мы дотопали до нужного места, Юки была уже там и начала «бурить» проход. Она стояла напротив горы и лёгкими жестами обеих рук создавала вихрь, который как бур вгрызался в нижнюю часть склона и проделывал в нём тоннель.
Увидев это, я подумал, что пока что всё идёт как надо, и это не могло не радовать.